Ревизор: возвращение в СССР 54 - Серж Винтеркей

Ну так оно и вышло. Боянов отворил дверь, и в зал тут же веселой гурьбой ворвался целый табор из десяти артистов «Ромэна». Некоторых я сразу узнал, все же много раз посещал театр, когда пьесу готовили к показу, и с артистами за столом сидел после премьеры.

И да, медведь у них с собой тоже был!

На следующие двадцать минут зал погрузился в лихой мир цыганских песен и танцев. Все было на уровне, атмосферу цыгане все же умеют создавать, как ни крути.

Ловил себя на мысли, что в кубинском ресторане табор смотрится особенно экзотично. Но бросив взгляд на кубинского посла, понял, что тот воспринимает их очень даже органично. Ну да, в принципе, так и должно быть. Разудалые песни и пляски для латиноамериканцев — это образ жизни. Только они танцуют на пляже, а в остальном все то же самое. Но вот медведя у них нет, так что цыгане все же выиграли…

* * *

Москва, ресторан «Гавана»

Захаров был приятно впечатлён составом серьёзных лиц на мероприятии — все, как Паша и говорил: кубинский посол, Межуев, генералы. С генералами и кубинским послом он уже переговорил и обменялся визитками после того, как цыгане удалились из банкетного зала, и сотрудники ресторана включили медленную музыку, чтобы все желающие могли потанцевать, а официанты принести гостям горячее. «Надо будет теперь прикинуть возможные поля сотрудничества, — подумал Захаров. — Осталось ещё с Межуевым пообщаться».

Он предложил тому выйти покурить. Межуев, охотно кивнув, тут же вышел вслед за ним. Через лобби ресторана они вышли на улицу и отошли подальше от входа. Не они одни вышли покурить и поболтать, — а у них разговоры всё же специфические. Не надо, чтобы кто‑нибудь случайно услышал хоть что‑то.

— Ну и как вам новости про Полянского? — вежливо спросил Захаров Межуева.

— Да всё к тому шло, — ответил Межуев. — Фактически это был только вопрос времени.

Захаров кивнул:

— Согласен с вами.

— Несчастливая эта должность — министр сельского хозяйства. Что есть, то есть, — согласился Межуев.

— Но для нас с вами из-за всего этого, наверное, и плюс определённый имеется. У Кулакова, наверное, после отстранения Полянского, тоже не все в порядке должно быть, что может отвлечь его от Ивлева? Учитывая, что Кулаков в Политбюро как раз за сельское хозяйство отвечает. Ну, я чисто теоретически так полагаю… — заметил Захаров.

Про то, что именно произошло на Политбюро, Захарову ещё не было известно. Их отношения с Гришиным не вышли ещё на тот уровень, чтобы он с ним делился такими деталями. Так, прошла некоторая информация, что была там какая‑то ссора между членами Политбюро, но Захарову пока не удалось ещё выяснить, кто с кем и за что боролся. Знал только, само собой, о павшем бойце в виде Полянского, которого сняли с должности министра сельского хозяйства и вывели из состава Политбюро.

Приходилось полагать, что всё, что произошло, было как‑то связано с сельским хозяйством. Но, конечно, хотелось узнать больше — и Межуев явно этой информацией располагал. 'Ну да, всё же не в горкоме, как я, а в ЦК КПСС сидит в том же самом Кремле, где и помощники членов Политбюро, — размышлял Захаров. — В общую курилку ходят, так что да, конечно, у Межуева должна быть более подробная информация. Интересно только, учитывая, как они совсем недавно начали взаимодействовать, поделится ли он хоть чем-то?

Захарову повезло. Межуев понял, что он не в курсе деталей, и, к его ликованию, решил выказать ему доверие и поделиться ими. Начал рассказывать:

— Там стычка вышла между Андроповым и Громыко, которые потребовали от Кулакова и Полянского отчитаться, когда они собираются наконец прекратить порочную практику закупки зерна за рубежом. Мол, сами должны выращивать научиться. Главное, Виктор Павлович, — сказал Межуев, — что Кулаков и Полянский в этой битве потерпели сокрушительное поражение. А Полянский вообще вон, и должности лишился, и из Политбюро вылетел. В связи с этим хочу отметить, что именинник наш — очень везучий человек. Посмотрите, какое удачное для Ивлева совпадение вышло: у Кулакова, как вы совершенно правильно предположили, теперь такие проблемы, что не факт, что он вообще вспомнит о нашем подопечном, — продолжил Межуев.

— Это точно, — согласился Захаров. — Для него, конечно, все эти проблемы как гром с ясного неба. Он же так уверенно наверх шёл…

После того как они минутку постояли молча, покурили, думая о своём, Межуев продолжил:

— Кстати, вот теперь, Виктор Павлович, очень интересная сложилась ситуация, что порождает новые возможности, — сказал Межуев. — Сейчас фактически каждый член Политбюро будет нового кандидата на пост министра сельского хозяйства искать. Ушёл бы Полянский по другой причине, не подорвав при этом репутацию Кулакова — в этом всем и смысла бы не было. Кулаков, скорее всего, сам бы нашёл нужную кандидатуру и сам бы её протащил в Политбюро. А теперь, поскольку его репутация серьёзно подорвана и о былом влиянии и речи больше не идёт, появляются возможности другому члену Политбюро своего кандидата на эту позицию посадить. И если это будет серьезный человек, который что-то сможет серьезное сделать на этой позиции, то есть шанс, что он и в Политбюро сможет со временем войти, и глядишь, что и Кулакова потом на его должности потеснить. Ведь если он не будет креатурой Кулакова, то не будет ему ничем обязан.

Захаров слушал Межуева и понимал, что тот предлагает ему, фактически, союз на долгие годы. Такие планы, что он свободно с ним обсуждает, потребуют годы на воплощение. Похоже, что Межуев по каким-то своим причинам Кулакова очень сильно ненавидит, раз решился так откровенничать, несмотря на то, что мы не так давно и подружились. Ему отчаянно нужны союзники против него…

— Мы от КПК будем кандидатуру представлять на пост министра сельского хозяйства, но пока у нас вариантов не особенно и много, — пояснил Межуев. — Так что, если вдруг у вас найдётся подходящий по своей биографии человек, и главное благодарный тем, кто его будет наверх двигать, сообщите мне. А я наверх руководству буду его продвигать.

Да уж, вот тебе и небольшая должность у Межуева… Зато какие амбиции! И возможности тоже — он же сейчас заявил, по сути, что Пельше ему