Башни Латераны 5 - Виталий Хонихоев

Он пошёл дальше, вдоль колонны. Шестая телега, седьмая, восьмая. Проверить крепления, проверить рамы, проверить цепи. Рутина. Спасительная, отупляющая рутина. Надо бы держаться подальше от этой рыжей Кристины… да на то пошло и от Хельги, которая оказалась кузиной Альвизе, с ума сойти, насколько мир тесен. На привалах она периодически расспрашивала его о прошлом, он все больше отмалчивался, ну чего он может про семью Альвизе знать и про него самого. Нет, он довольно хорошо знал Ала, тот был пьяница, игрок, бабник и несносный, высокомерный хвастун, однако всегда держал свое слово и не жалел себя, если нужно было выручить товарища. Не боялся ни черта, ни дьявола, всегда стоял с выпрямленной спиной и никому никогда не кланялся. В каждом кабаке Тарга у него были знакомые девицы и из спален разъяренных мужей-рогоносцев он выпрыгивал в окно больше, чем у Лео пальцев на руках… а то и волос на голове. Он был весел и никогда не поддавался унынию, никогда не показывал этого, но был сентиментален… даже как-то пытался свести Лео и Беатриче. При том что пара из них получилась бы так себе. Беатриче была кровожадной стервой, которая ни секунды не колебалась если было нужно ударить первой. Рядом с ней нужно было всегда держаться настороже, потому что настроение у нее колебалось от «какой ты лапочка» до «сука, я тебя сейчас на ремни порежу» — мгновенно, без разгона.

И конечно же Лео по ней не скучал. Как можно по такой скучать? Чертова Беатриче, психованная стерва, легкая на передок, Беатриче которая спит с каждым первым встречным… он по ней не скучает, ни капли. Так ей и надо…

Лео стиснул зубы. Все-таки неправильно что она погибла там, в Скальной Чаше, а он даже тела не нашел… принял за нее приманку, обманку. Значит ли это что он и не знал ее никогда?

Он прибавил шагу, почти побежал. Девятая телега, десятая, одиннадцатая. Всё в порядке. Возницы знали своё дело, а после разноса, который Мартен устроил тому раззяве с седьмой телеги, даже самые ленивые начали проверять крепления дважды в день.

Лео миновал последнюю телегу и оказался в промежутке между батареей и хвостом рыцарской колонны. Здесь шли оруженосцы — молодые парни в кольчугах и бригантинах, ведущие в поводу заводных лошадей. Боевые кони рыцарей шли под седлом, но без всадников — в полном доспехе на марше не поездишь, свалишься от жары и усталости. Сами рыцари ехали где-то впереди, на лёгких походных лошадках, а их закованные в сталь чудовища топали здесь, навьюченные тюками с доспехами и оружием.

Лео пристроился сбоку, обходя колонну по обочине. Торопиться некуда — до головы батареи пара сотен шагов, успеет.

— … а я тебе говорю, это позор! Клянусь Триадой и Пресвятым Архангелом! — донеслось справа.

Двое оруженосцев спорили, не особо понижая голоса. Молодой — светловолосый, с пухлым почти детским лицом — горячился, размахивая свободной рукой. Второй, постарше, с обветренным лицом и шрамом на подбородке, отвечал спокойнее, но в голосе слышалась усталость человека, который ведёт этот спор не в первый раз.

— Позор, Генрих? Что именно позор? — откликнулся тот что постарше.

— Всё это! — Молодой мотнул головой в сторону телег батареи. — Девчонки на тележках! Мой господин, барон фон Штауфен, тридцать лет в седле. Его отец был в седле, и дед, и прадед. Шесть поколений! А теперь мы плетёмся в хвосте, пока какие-то девки делают нашу работу.

— Твой господин жив. После четырёх боёв в этой кампании — ни царапины. Эти… как ты их называешь, «девчонки на тележках» — делают свою работу. Выехали на позицию и нанесли удар. Враг сдался. Чего тебе еще нужно, молодой? Кроме того, среди магов и мужчины есть… немного правда, но есть.

— Это позорная война! Позорная тактика! — не сдавался Генрих: — какие-то девчонки в своих платьицах, которые еще вчера на балах и светских приемах мандой торговали, сегодня скривили физиономию и все! Огненный шар или там метеоритный дождь! Ладно раньше маги только для осады были нужны, тут все понятно — стены просто так не обрушить, но сейчас! Когда их на эти тележки посадили — они могут бить по нам! По пехоте или по коннице! Зачем тогда рыцари, скажи мне? Если все что нужно — это куча девок на тележках⁈

— Ну во-первых ты бы не орал на всю округу про «девок» и «мандой торгуют». — говорит его товарищ, бросив быстрый взгляд в сторону Лео: — там в основном благородные дейны, а за оскорбление и спросить могут. А во-вторых, ну и что?

— Ну и что⁈

— Конечно. Если эта чертова война обойдется без меня и моего господина, то лично я первый вздохну с облегчением. Пусть девчонки воюют. Кстати, они уж наверняка смогут договориться так, чтобы меньше воевать…

— … ты чего⁈ Как так можно⁈

— Не навоевался ты еще, паря, как я погляжу…

Глава 2

Глава 2

Разведка вернулась на закате. Лео увидел их первым — трое всадников на взмыленных лошадях, вылетевших из-за поворота дороги. Лёгкая кавалерия, разъезд. Легкие кольчуги, конические шлемы, короткие копья, сабли на боку, колчаны с луками, притороченные у седла. Накидки с новыми цветами Арнульфа — золото на лазури, вернее — желтое на синем. Один из коней едва заметно прихрамывал.

— Мартен, — негромко позвал Лео. Десятник обернулся, проследил за его взглядом. Лицо у него не изменилось, но Лео заметил, как напряглись плечи под потёртой кольчугой.

— Вижу. — обронил он, провожая всадников взглядом. Те промчались мимо батареи, обдав пехотинцев запахом конского пота и пыли. Один — молодой, с едва пробившейся бородкой — держал руку у бока. На кожаной куртке темнело мокрое пятно.

— Задели, — сказал Мартен. — Значит, нашли кого-то.

Колонна продолжала ползти вперёд — скрип колёс, лязг железа, глухой топот сотен ног. Но что-то изменилось. Лео чувствовал это кожей. Разговоры стихли. Люди поворачивали головы, провожая взглядами всадников, скрывшихся за изгибом дороги. Разъезд встретил кого-то — не новость, конные разъезды постоянно влипали в неприятности, для того, собственно говоря, легкая кавалерия и существовала — влипать в неприятности. А заодно — узнавать, где находится враг, где удобно устроить засаду, а где эта засада уже устроена. Параллельно с этими задачами конные разъезды наверняка узнавали, где припрятаны винные погреба, копченные колбаски с сыром