Стрелочники истории - Вячеслав Александрович Алексеев

Любопытно, палка, за ней несколько веток и комок грязи улетели "туда", в иную реальность и благополучно упали на землю.

Саня подходил к "окну" вплотную, отходил, заходил за него (кстати, "с той стороны" ничего не было!) – феномен продолжал оставаться на месте. Из "дыры" шел не очень мощный, но постоянный поток затхлого воздуха, впрочем почти лишенного каких-либо специфических запахов и ароматов. Ну, может чуть-чуть, на пороге чувствительности, пахло йодом.

"Похоже, повышенное содержание углекислоты" – подумал Саня – "Хотя, концентрация вполне терпимая. Ну и чего мне с это дырой теперь делать? Но фотографии то нужно сделать по любому".

Саша достал мобилку и принялся нащелкивать само окно в окружении леса, а также прибрежные виды, не высовываясь внутрь.

Угомонившись, спрятал телефон, закурил сигарету, обдумывая – что он скажет приятелю на работе и тут краем глаза заметил, что окно исчезло. Закрылось. Резко повернувшись, повел рукой в сторону окну – оно тут же появилось, хотя Саша был от него метрах в двух. Быстро отвернулся, стараясь не смотреть в ту сторону. Перевел взгляд на деревья, какие-то кусты. Постарался думать об этих кустах, наблюдая за окном. Оно опять пропало.

– Очень любопытно – подумал он. – Значит окно появляется только тогда, когда я о нем думаю, а как только отвлекаюсь – закрывается. Впрочем, уже начинает темнеть, пора домой. Приду завтра, до электрички. Ну а там видно будет.

Обернувшись, помахал поваленным елкам ручкой, "окно" на секунду появилось, обдало своим воздухом и тут же захлопнулось. А Саня, насвистывая детскую песенку про кузнечика, отправился на дачу.

"На ком бы испытать окно?" – думал Сашка, раскладывая разбросанные по даче вещи обратно по полкам и шкафу. – "Может на Кузьке?"

В деревне жила ничейная собака – чистопородный дворянин. Летом она крутилась у дачников, тут ее обильно кормили, а на зиму уходила в другие жилые поселки. Но пока Кузьма еще не появился. Тут взгляд упал на мышеловки, кучкой лежавшие под кроватью. Две были в виде проволочных клеток с защелкивающейся дверцей, а три – обычные смертоубийственные капканчики.

Вытащив обе клеточки, зарядил сыром и поставил одну под печь, а вторую на кухне у мышиной дыры. Норку Санек еще прошлым летом забил репейниками, вроде как мыши боятся приставучих колючек, сейчас же вытащил оттуда высохший репей и пристроил вторую мышеловку. Дверцей к дыре. Милости просим! Хотя, все мыши на зиму тоже могли уйти из нежилого и потому голодного дома в какую-нибудь другую сытую деревню.

Потом начал разбирать постель. Попадется мышь – поставим научный эксперимент, не попадется – не очень то и хотелось. Купим специально обученных белых мышей на птичьем рынке. Или в магазине "Природа", недалеко от дома, а бесчеловечный эксперимент проведем в другой раз. Вместе с Димкой.

Задумался. А стоит ли говорить Димке про "дыру"? Пожалуй, стоит, без напарника в таком деле совсем плохо и слишком рискованно.

Утром чуть свет Санек опять стоял у заколдованного места. С собой он принес клетку – одна мыша все же полезла за сыром и попалась. Чтоб она не сдохла раньше времени Саша даже пытался ее покормить и напоить, впрочем, особых результатов не заметил. И тем не менее, пока мышка была жива и внешне вполне здорова.

– Вот и я! – сказал Саша в сторону "окна". Феномен, видимо, услышав приветствие, тут же распахнулся во всю свою пятиметровую ширь.

Поискав палку, и ничего не найдя – все лежавшее на земле еще вчера было брошено в "окно", Саша оторвал ближайшую ветвь елки. Обломал лишние ветки, нацепил на тонкий хлыст клетку с мышью и просунул ее туда, в неведомую реальность. Мышь тут же откинула лапки. Рука дернулась, клетка упала внутрь.

– Блин! Все-таки там смертельно опасно! А я чуть не полез! Как же ее достать?

Пытался подтянуть клетку к себе поближе той же веткой, но в итоге затолкал ее еще дальше, вглубь неизведанной территории. Мешало то, что манипуляции приходилось делать аккуратно, чтобы не дай Бог не просунуть "туда" руку. А то кто его знает. Мышь то подохла!

– Крючок нужен какой-нибудь. Этой палкой не зацепить. А, ладно, сбегаю домой, там в сарае проволока есть. Никуда дохлая мышь не денется.

Саня развернулся и потрусил на дачу.

Вернулся спустя час – пока дошел туда да обратно, пока проволоку искал, и нужный кусок отламывал – инструмент то в Москве, время и прошло.

Представшая после открытия "окна" картина весьма удивила – мышь была жива и активно пыталась прогрызть фанерный пол мышеловки. Тут же был извлечен мобильник и сделаны очередные исторические снимки.

– Ага! Там можно жить! И сам переход не смертелен! – подумал Саша, цепляя проволокой злополучную мышеловку.

Но едва клетка пересекла границу "окна" – мышь опять сдохла и на сей раз уже по настоящему.

– Вот те раз – подумал исследователь, фотографируя дохлую мышь со всех сторон. – Может она от стресса? Не, прежде чем туда соваться, нужно будет все проверить!

Позабыв про обед Сашка придумывал все новые и новые эксперименты сунет ветку в "окно", закроет его, а потом разглядывает идеально ровный срез. А вторая половинка той же ветки с почти зеркальным срезом – валяется "там". Причем, верхняя из трех лежащих елочек, которую край "окна" должен был зацепить – остается целой и невредимой, что при открытом, что при закрытом "окне". Настрогав ветки и даже порубив проволоку мышеловки на мелкие кусочки, Саня не поленился, сбегал на поле и принес несколько камней. Получился интересный эффект, если камень положить на ствол или даже на землю до открытия "окна" – с ним ничего не происходит. Межмировой портал обволакивает, точнее – "обходит" все твердые предметы. Но тот же камень спокойно режется, если появляется на открытой границе. Еще удивительней было наблюдать волнистую нижнюю линию портала – по кромкам кучки "наструганных" камней, которые оказались в "той" реальности и после очередного открытия-закрытия "там" обвалились. Край "окна" чуть приподнят над землей, а за ним начинается горка из каменных пластинок. Еще забавней была ситуация, когда Саша сначала выставил перед собой палку, потом открыл портал – внешне ветка заканчивалась строго на границе миров. Что не помешало ей спокойно быть вытянутой, и оказаться целой и невредимой.

Как не пытался он определить толщину феномена ничего не получилось заходишь сбоку – видно "зеркало" нулевой толщиной, но едва окажешься сзади ничего не видно – только лес, который и должен там стоять, хотя Саша был на все