Империя #3 - Жан Аксёнов

— Обещаю, — вздохнула Шурка, как-то странно на меня посмотрев.

Утро пролетело совершенно незаметно. Спустилась заспанная Катя, пробурчала что-то, захватила кофе и ушла наверх. Вот кого тоже придётся принудительно спать укладывать. Пётр Александрович по-быстрому позавтракал, забрал Шурку, собрал всех учеников и ушёл с ними в подсобку, переоборудованную в серверную, проводить урок.

Эмма приехала незадолго до назначенного времени в лёгком летнем платье. Я вышел её встречать.

— Приветик, Илья! — по традиции она бросилась мне на шею.

— Привет, — улыбнулся я, привычно отстраняясь. — Готова? Где экипировка?

— Всегда готова! — весело ответила она. — У меня всё с собой. У тебя ведь найдётся комната, где я могла бы переодеться?

— Не поверишь, но о том же вчера подумал, — хмыкнул я, — и приказал приготовить. Только не оставляй там зубную щётку.

— Пффф! — фыркнула она. — Не очень-то и хотелось!

Михаил Чемезов прибыл точно в назначенное время на матово-чёрном внедорожнике с усиленной подвеской. Мы с Эммой встретили его на крыльце.

— Мишенька! — воскликнула Эмма, увидев выходящего из машины мужчину, и тут же бросилась к нему с объятиями. — Сколько лет, сколько зим!

— Графиня! — широко улыбнулся он, обнимая её в ответ. — Сколько лет тебя знаю, а ты всё так же восхитительно прекрасна!

— Илья, — повернулась ко мне Эмма, — представляю Михаила Борисовича Чемезова, промышленника из Челябинска. Миша, граф Каменский, Илья Михайлович.

— Очень приятно познакомиться, Ваше Сиятельство, — учтиво кивнул Чемезов.

— Взаимно, Михаил Борисович, — ответил я. — Прошу в дом. И давайте без церемоний — просто Илья.

— С удовольствием, — кивнул он. — Тогда и вы зовите меня Михаилом.

В гостиной за утренним чаем сидели мама и Лера.

— Михаил Борисович Чемезов из Челябинска, — представил я гостя. — Моя мать, Настасья Викторовна, и сестра, Лера.

— Ваше Сиятельство, — легко поклонился Чемезов маме, приветсвенно кивнул и улыбнулся Лере, — большое удовольствие познакомиться с вами.

Лерка очень мило потупила глазки, и вроде как даже порозовела.

— Михаил, не откажитесь от кофе? — предложила мама.

— Благодарю, — согласился он.

Десять минут светской болтовни ни о чём, и я проводил Михаила и Эмму в выделенные им комнаты, да и сам пошёл переодеваться.

ㅤ

Ещё через четверть часа мы собрались на веранде, выходящей на задний двор. Эмма была в своём чёрном костюме из сверхпрочной кожи. Кожаная портупея плотно облегала торс, из ножен торчали рукояти клинков.

Чемезов принёс вытянутый кейс.

— Можно разложиться на столе для сборки? — вежливо спросил он.

— Конечно, — кивнул я.

Два щелчка замков — и кейс открылся. Внутри, в ложементах из чёрного бархата, покоились детали карабина. Сразу видно — самозарядный, с газоотводным механизмом. Конструкция была мне знакома, но дизайн оказался необычным.

Чемезов достал ствольную коробку, соединённую с прикладом из золотистого ореха тёплого, медового оттенка. Древесина словно светилась изнутри.

Сначала он надел на шток, торчащий из ствольной коробки, поршень — отполированный стальной цилиндр скользнул по направляющей почти беззвучно.

Чемезов достал ствол из громовой стали. Матово-чёрный, с характерными синеватыми переливами, металл. Задняя часть ствола выполнена заодно с массивной казённой частью, образующей верхнюю крышку коробки. Снизу ствола виднелась газовая камера.

Быстрым, отработанным движением Михаил вставил затвор в направляющие казённой части, и бережно, плавно присоединил её к ствольной коробке, одновременно накинув газовую камеру на шток поршня. Поршень вошёл в газовую камеру, затвор — в ствольную коробку, а пазы казённой части — в свои посадочные места. Мягкое скольжение точно подогнанных поверхностей, завершившееся уверенным щелчком — и всё встало на свои места.

Теперь винт газовой камеры. Чемезов закрутил его от руки, а затем откинул небольшой рычажок. Он несколько раз повернул этот рычажок, что сопровождалось пощёлкиванием трещотки. Изящное решение.

Последний штрих — цевьё из того же золотистого ореха с чёрными полимерными вставками. Чемезов просто приложил его к месту и надавил. Щёлк — и цевьё встало на место, скрыв весь газоотводный механизм.

На планку Пикатинни, интегрированную в казённую часть, встал оптический прицел. Ремень… Магазин…

Весь процесс занял меньше минуты, и не потребовал ни одного инструмента. Золотистый орех, матовая громовая сталь — карабин в руках Михаила производил впечатление дорогого ювелирного изделия.

— Впечатляюще! — не удержался я. — Вроде знакомая конструкция, но…

— Система Черновых, — кивнул Чемезов. — Но дизайн сделан на заказ. Патроны артефактные, специально для демонов, по пять штук в каждом магазине.

Говоря это, разложил несколько магазинов по карманам разгрузки. Я успел заметить, что патроны в них с разной маркировкой. Понятно, смотря что за дичь попадётся.

Последними из кейса Михаил достал… метательные звёздочки! Вот уж что я точно не ожидал увидеть! Их он закрепил на наручах, в магнитных креплениях.

— Сюрикены? — спросил я.

— Они самые, — улыбнулся Чемезов. — Я маг металла.

— Покажите в действии, — попросил я. — Нам с Эммой надо понимать пределы ваших возможностей.

Я телекинезом поднял в воздух яблоко из вазочки на столе, и подвесил его в воздухе метрах в десяти от веранды.

Чемезов вытянул руку, и один из сюрикенов метнулся к цели. Я резко сдвинул яблоко в сторону, и стальная звёздочка пролетела мимо. Я уже было победно улыбнулся, как вдруг она развернулась прямо в воздухе, будто бумеранг, и полетела обратно, по дороге разрубив яблоко на две половинки. Сюрикен просвистел мимо меня, и с чётким щелчком встал на своё место на наруче.

— Ого! — удивился я.

А Михаил передёрнул затвор и выстрелил из карабина навскидку, не целясь. Одна из двух половинок яблока, которые я ещё удерживал телекинезом в воздухе, разлетелась брызгами.

— Впечатляет, — я показал большой палец. — Осталось проверить щиты.

Мы спустились с веранды во двор. Михаил молча выставил энергетический щит. Я вытащил свой меч и от души рубанул им наискось. Щит выдержал, но я увидел, как Чемезов болезненно поморщился.

— На пару ударов хватит, — вынес я свой вердикт, — но медведю в лапы лучше не попадаться.

— Так и есть, — честно признался наш клиент. — А вы, граф?

— Проверьте сами, — улыбнулся я, показывая на карабин.

— Да ну? — Чемезов недоверчиво покосился на Эмму.

Та кивнула, с явным интересом следя за происходящим.

Михаил пожал плечами, поднял карабин и выстрелил, целясь немного мимо меня. Я выставил щит — и пуля увязла в нём, замерла в воздухе, вращаясь по инерции, как волчок. Я подхватил её телекинезом и аккуратно положил на стол.

У Эммы от удивления брови поползли на лоб, да и у Чемезова челюсть не сразу закрылась.

— Никогда такого не видел! — выдохнул он.

— Мы вас страхуем, но не гарантируем отсутствие ран, — предупредил я. — Вы получите честный бой один на один с демоном, и мы вмешаемся только если будет прямая угроза вашей жизни.

— Понял, —