Блюз поребриков по венам - Анна Игоревна Рудианова

оберега: отпугивает нечистую силу и маньяков. Простая безделушка из хирургического сплава, даже не потемневшая за долгие годы: небольшой овал с выступающими краями и восьмиконечный крест, вписанный в круг. Бабушка подарила мне его на десятилетие, и с тех пор мы с ним неразлучны.

– Вы – видящая! – обрадовал незнакомец и протянул визитку с адресом.

«Площадь Растрелли, дом 1, строение 1, индекс 191134», – значилось на белом прямоугольнике. И Витиеватое «СМАК».

– Вы знаете, чего хотят львы на Банковском мосту. А недавно пытались одеть Ангела в Измайловском саду. И ведь он действительно замёрз.

А ведь этот мужик реально за мной следил, значит, он натуральный маньяк.

Ой, мамочка, посади меня в Сапсан да в Москву отправь! Хватит с меня испарений болотных!

– А что будет, если я не приду? – покрутив визитку в руках, уставилась на ботинки мужчины. Они сияли чистотой, несмотря на грязный февраль кругом.

С какой стороны ни посмотри, сказочный персонаж. Особенно на зрачки не смотри! Страшно.

– Вы придёте, – заверил меня мужчина, встал и ушёл.

Я ещё полчаса морозила попу на холодных камнях моста. А после экзаменов явилась в СМАК как миленькая.

Станислав Аристархович Дизверко обладал даром влиять на людей и духов, подавлять их волю и делать своими рабами.

Он, действительно, оказался драконом.

А вас когда-нибудь звал к себе на работу дракон?

***

По дороге на Канонерский остров попала в три пробки, самая большая оказалась как раз в Канонерском тоннеле – маленьком игольном проезде между городом и островом. Там в глубокой луже застрял автобус. Я только и успела раскрыть папку с информацией на нового «видящего».

Несколько лет назад у меня состоялся серьезный разговор с начальником, в котором я пр***осила его больше не вербовать работников лично. Уж очень пугающим показался мне мой опыт.

Станислав Аристархович ожидаемо обрадовался, престарелому дракону только волю дай спихнуть лишнюю работу на кого-то другого. Он доверил знакомство с потенциальными «видящими» мне.

В мои задачи входило: наблюдение, оценка потенциала, вербовка и адаптация.

К слову, нынешний мужчина должен был стать моим первым заданием в роли вербовщика.

К делу следовало подойти аккуратно и не спугнуть дичь.

Полицейский на фотографии в деле выглядел привлекательно. Брюнет, серые большие глаза, лёгкая небритость. Он явно подражал оперативникам американских сериалов. У таких людей должна быть приятная улыбка.

БАМ!

Меня ощутимо тряхнуло. Мою “КИА Рио” значительно расплющило. Пока я пялилась на морду небритого мужика, какая-то скотина въехала мне вбок! Как, скажите, можно не увидеть еле ползущую машину?!

Вылезла из своей деточки, угодила по щиколотку в лужу и пригрозила кулаком небесам. Те намёк поняли и разродились мелким нудным дождём.

Обожаю Питер.

ГЛАВА 2. Проблемы коммуникации

ГЛАВА 2. Проблемы коммуникации

Клим

Утро любого дня не бывает добрым, если тебя вызывает начальство на ковёр. Моё начальство любит это дело: показательную порку. Знает в ней толк и раздаёт кнуты направо и налево, оставляя пряники себе.

Вот и сегодня Глеб Анатольевич Авсейков, полковник юстиции и наш непосредственный начальник, собрал подчинённых тесным кружком в семь человек (остальные разбежались по отпускам) и имел нас и в хвост, и в гриву. Изощрённо так, с выдумкой подходил к делу и с огоньком.

– Близится конец месяца! – орал он, фонтанируя слюной, оскорблениями и угрозами. – Премии лишу, бакланы! Чтобы план по раскрываемости был выполнен! – и, немного подумав, добавил: – И перевыполнен!

– Это как? – совершенно не вовремя встрял Ромка. Он у нас ещё молодой, зелёный, как незрелый кислый виноград, но хваткий, подаёт надежды, что однажды станет вполне приличным следаком. Но сейчас влез ой как некстати, за что отхватит люлей в кабинете от меня и ребят.

А пока я лишь слегка (так, что Ромашка подпрыгнул и зашипел от боли) наступил ему на ногу. А чего он лезет к Авсейкову? Это же теперь надолго! А был шанс, что полковник уже проорался и распустит нас по делам, но теперь надежды нет, не в ближайший час точно.

– Да кАком кверху! – громыхнуло в кабинете. – Сами убьётесь! А коллеги по отделу будут это дело раскручивать! Мне нужен десяток раскрытых дел в месяц, ясно?! Три жмурика всплыли на Канонерке! Три!!! А вы тут штаны просиживаете! Живо на место! Чтоб каждую песчинку перетрясли, но раскрыли это дело! Вечером доложить!

Мы недружным строем прошелестели, что нам всё ясно, и всё-таки были выпущены на волю.

– Котёночкин, задержись! – гаркнуло начальство, когда я был уже почти в коридоре, одной ногой, так сказать, на свободе.

Рядом заржали коллеги, которые вот уже лет пять неадекватно реагировали на мою фамилию. Молодая секретарша Зоенька тоже хихикнула, Ромка засвистел известную всем мелодию из «Семнадцати мгновений весны», Сашка громким шепотом, так что услышали все в коридоре, выдал:

– А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!

– Клоуны! – бросил коллегам и вернулся в кабинет к начальству.

– Клим, присядь. Это на пару минут, – бросил Глеб Анатольевич.

В целом мужик он неплохой, нервный и дерганный, но не злобный, не самый глупый, не упырь какой-нибудь. В карьере своей упёрся в потолок, потому что все нужные знакомства у него уже закончились, все связи использовались. Он, может, и хотел бы прыгнуть выше, да никак не выходило. Так, скорее всего, и просидит над нами до пенсии и ещё пару лет после выхода.

Я же в своих далеко идущих планах метил на его место лет через пять-семь или ещё куда повыше, в городское управление. Что мне тут в районе размениваться?! Авсейков мои амбиции понимал и за них меня очень не любил. Но сделать ничего не мог: как ни крути, я лучший сотрудник района! У меня отличная раскрываемость, показатели на высоте, пятерка по сдаче нормативов. Вот недавно повысили до руководителя следственного отдела Главного следственного управления Кировского района города Санкт-Петербурга. Звучит?

– Тобой тут служба безопасности интересовалась. Досье запрашивала, – Глеб Анатольевич театрально закатил глаза и дёрнул вверх подбородком. Как будто не на вышестоящее начальство указывал, а на самого Господа Бога. – Ничего не хочешь мне сказать? – шеф прищурил свои и без того небольшие глазки, отчего стал похож на отлично откормленного хряка, каких моя тётка в деревне резала к зиме на сало.

– Даже не представляю, зачем им понадобился. А что вообще