МИСС ВСЕЛЕННАЯ для Космопиратов - Тина Солнечная

Он по-прежнему молчит.

— Ну чего уставился?

Он моргает, будто возвращается в реальность. Откашливается.

— Просто… — его голос всё такой же ленивый, почти насмешливый, — я знал, что ты выберешь что-то… эффектное. Но чтоб настолько…

Я закатываю глаза.

— Это был не выбор. Это был саботаж кнопок на неизвестном языке.

Он усмехается.

— Значит, у тебя талант. Даже случайно умеешь выглядеть, как подарок для самых извращённых фантазий.

Я замираю. Он тоже.

— Светлячок, если ты так реагируешь на каждый мой комплимент — нам с тобой будет очень интересно.

— Мне с вами вообще не интересно, — шиплю я. — Особенно когда вы крадёте женщин и наряжаете их в… вот это!

Что-то в его лице на мгновение меняется — почти незаметно.

Как будто он сам понял, что перешёл грань.

Он ухмыляется, подходит ближе.

— Мы никого не наряжаем. Ты сама всё выбрала. Я просто пришёл посмотреть, как ты справилась.

— Надеюсь, ты доволен.

— Более чем. Пойдем, тебя ждёт остальная команда. Не забудь покачивать бедрами, чтоб хоть как-то оправдать вот это все.

Он разворачивается, и я, вздохнув, плетусь за ним, пытаясь не чувствовать, как всё это «вот это» обтягивает абсолютно всё.

Пока он молчит, я стараюсь незаметно осматриваться.

Коридоры — металлические, но не тюремные. Скорее — технические, футуристичные. Пол полупрозрачный, где-то под ним мерцают провода и что-то пульсирует светом. Стены — гладкие, с сенсорными панелями. Кажется, тут всё живёт своей технологической жизнью.

Пахнет… стерильно. Как в больнице.

Мы поворачиваем, проходим мимо одной из дверей — она приоткрыта. Я машинально бросаю взгляд и останавливаюсь, как вкопанная.

Иллюминатор.

Огромный, панорамный, во всю стену.

И за ним — не чёрная ночь, не небо, не город…

А открытый космос.

Звёзды. Мириады. Огромные пятна туманностей.

И пустота. Жуткая, бескрайняя, давящая.

— Что это?.. — мой голос едва слышен.

Рыжий останавливается, поворачивается.

— Открытый космос, — буднично сообщает он.

— Видеофон? Трансляция? Голограмма?..

Он приподнимает бровь.

— Какая трансляция? Это окно.

Вас в школе ничему не учили?

Я медленно качаю головой.

— Какой ещё космос… Нет.

Нет-нет-нет.

Паника снова накатывает.

Если это не голограмма, если это не съёмочная площадка, не база где-то в лесу…

Если это реально космос, и я не на Земле, и вообще… где, чёрт побери, я⁈

— Нет… — начинаю бормотать я, пятясь. — Это не может быть… Это… я не…

— Светлячок, дыши, — говорит он, делая шаг ближе.

— Я на космическом корабле⁈ — срываюсь на крик. — Вы совсем долбанулись⁈

Он вздыхает.

— И снова — да.

Голова кружится. Сердце колотится, как пойманная птица.

Пот стекал по спине. Дыхание сбивается, мир наклоняется, будто пол ушёл из-под ног.

Я пятюсь, бьюсь спиной о стену, цепляюсь за край дверного проёма.

— Это сон, это бред… Это всё шоу. Или шутка. Или глюк. Мне подсыпали что-то. Я сейчас проснусь. Я сейчас проснусь, — бормочу сквозь зубы, — я не в космосе, вы не настоящие…

Рыжий молча подходит.

Движется быстро, но без резкости.

Берёт меня за плечи.

Я пытаюсь вырваться, но он — как каменная стена.

— Светлячок, дыши, — тихо говорит он. — Всё уже произошло. Кричи, бейся, паникуй — но ты здесь. И это настоящая реальность. Твоя. Сейчас.

Я дрожу. Он притягивает меня ближе, прижимает крепко, почти наваливаясь телом, не давая распасться на части.

Пахнет металлом, кожей, и чем-то терпким, чужим.

Я упираюсь в его грудь, слабею, сжимаюсь в комок в его руках, и только повторяю шепотом:

— Я не могу… Не могу…

В этот момент к нам кто-то подбегает.

Я слышу шаги, а потом — голос, короткий и деловой:

— Успеем, пока не свалилась в истерику.

Холодный укол в шею.

— Нет… — шепчу я, последние силы — на сопротивление. — Не надо…

Но слова тают.

Глаза закрываются сами собой.

Мир исчезает.

Снова.

Глава 4

Смех.

Он тянется, обволакивает, как тёплая волна.

Голоса мужские. Громкие. Невозмутимые.

Я медленно открываю глаза — и сразу же прищуриваюсь от света.

Лежу на какой-то широкой кушетке, вроде мягкой, но с явным намёком на медицинскую. Накрыта лёгким одеялом. Рядом — стол. За ним шестеро мужчин. Все здесь. И они пока не заметили, что я очнулась.

Знакомые лица. Рыжий. Короткостриженный брюнет, с которым он спорил у капсулы. Альбинос и темноволосый — еще двое моих похитителей…

И двое новых.

Первый — тёмно-русый, волосы подстрижены коротко, но чуть подлиннее, чем у брюнета. У него высокий лоб, прямой нос, губы, будто вечно сдерживающие усмешку. Он сидит, облокотившись на спинку кресла, глаза полуопущены, но я чувствую: он всё замечает. Спокойный, как штиль перед бурей.

Второй — побрит налысо, с хищными скулами и светлыми глазами, которые всё время бегают. Он будто вибрирует под кожей, как натянутая струна. Его движения быстрые, точные, резкие. Он смеётся громче всех, но смех у него резкий, как щелчок.

Я не двигаюсь. Лежу, затаив дыхание.

Пусть думают, что я ещё без сознания. Пусть думают, что всё под контролем.

И тут рыжий оборачивается, бросает ленивый взгляд — и встречается со мной глазами. Мысли мои услышал или что?

Он замирает. Улыбка всплывает на губах моментально, как будто ждала своего часа.

— И снова здравствуй, Светлячок. Проснулась?

Все остальные тоже оборачиваются.

Шестеро пар глаз — на мне.

Я резко сажусь, сдёргивая с себя одеяло. Сердце стучит, как бешеное.

Хочется вжаться в кушетку и одновременно сбежать.

Грудь тяжело вздымается. Ладони дрожат. Я обвожу взглядом их лица — они разные, но в каждом читается одно: напряжённое внимание. Наблюдение.

Как будто перед ними не человек, а нестабильная субстанция, которая может взорваться в любой момент.

— Не паникуй, — рычит брюнет, тот, серьёзный, с короткой стрижкой. — Или снова получишь укол.

Я вжимаю плечи, сглатываю.

Нет. Только не это.

Я с трудом выдавливаю из себя:

— Всё нормально… Я… спокойна. Спокойна, видите? Пожалуйста… не надо больше…

Рыжий кивает, будто одобряет, хотя явно мне не верит.

— Вот и хорошо.

— Отпустите меня, — тихо говорю я. — Я никому не нужна. Просто… отпустите. Я никому ничего не скажу.

Рыжий откидывается на спинку кресла, вздыхает:

— Мы доставим тебя — и отпустим. Нам ты не нужна. Не волнуйся. Ты просто… посылка.

Я вздрагиваю.

— Верните меня домой. Пожалуйста. Я не могу быть тут. Это какой-то бред… Я не врубаюсь, где я вообще. У меня конкурс. Мама. Телефон. Земля. Что это всё⁈

Среди них пробегает напряжённая тишина. Кто-то шепчет:

— Походу, её сейчас снова накроет.

— Может, всё-таки вырубить? — предлагает беловолосый ледышка, лениво ковыряя