Война без правил - Антон Юрьевич Перунов

— Ничего, я разберусь. Где они? — и двинулся вперед, отчего хлыщу пришлось посторониться.

Ровные ряды кроватей были пусты, только у задней стены стояла ширма.

— Они там? — догадался Манфред.

— Да, — следуя за ним по пятам, ответил медик, набрасывая на ходу на его плечи халат. — Но их жизни висят на волоске. Им нужен абсолютный покой.

Рейсхриттер остановился, вскинул вспыхнувшие злой силой глаза на строптивого фельдшеришку и на некоторое время задержал зрительный контакт. Его собеседник вздрогнул и опустил голову.

Белое бескровное лицо одного, почти неотличимое от натянутой до подбородка простыни, сухие почерневшие губы, тяжелое прерывистое, с громкими всхлипами, дыхание. Голова другого почти целиком скрыта бинтами, и только закрытые глаза с синюшными кругами еле подрагивали.

— Санитар-фельдфебель, — обратился Вальдов к медику вполне официально, подчеркивая разницу в их статусах, — вы так и намерены торчать у меня за спиной? Убирайтесь отсюда, вы будете мне только мешать, — презрительно оглядев умирающих, бросил оберлейтенант.

— Но…

— Исполнять! — не допускающим возражений тоном приказал Вальдов. Конечно, такое обращение с имперским гражданином и унтер-офицером было не слишком правильным и уж точно не отвечало букве Устава. Но сейчас Манфреду было не до уговоров. Убедившись, что фельдшер вернулся на пост у входа, они перешли к действиям.

Встав у кровати первого, он, еле шевеля губами, велел шуцману очнуться. Но тот так и остался лежать бревном, никак не реагируя на ментальное воздействие.

«Дай мне-с-с», — прошелестел в его голове Сунг.

И тотчас Манни ощутил прикосновение разума Змея, после чего картинка изменилась, и он начал видеть мир глазами напарника. Приложив руки к голове раненого и ощущая, как из них вытягиваются и охватывают мозг умирающего энергетические щупальца, он активировал его распадающееся серое вещество.

Шуцман распахнул глаза и бессмысленно уставился в потолок.

«Спраш-шивай! Быс-с-трее».

— Кто на вас напал?

Человек, стоящий на пороге смерти, тотчас заговорил механическим голосом, безо всякого выражения.

— Я узнал его. Это был Март Вахрамеев.

— Откуда знаешь? Ты уверен, что это был именно он?

— Видал его пару раз на соревнованиях. Чемпион, ети его…

Кровь в висках рейсхриттера стремительно запульсировала, одно дело предполагать, другое иметь прямые доказательства личного присутствия Врага Нации.

— Что еще?

Но раненый вновь закрыл глаза и перестал реагировать на его приказы. Тогда Вальдов добавил Силы, буквально сжав мозг обреченного в энергетические тиски.

«С этим все-с-с. Переходи к другому».

И действительно, как только рейсхриттер убрал руки от головы карателя, тот, конвульсивно дернувшись, испустил дух. «Первый пошел». Второй оказался более покладистым и сразу начал говорить, правда, так и не открыв глаз.

— Как ты выжил?

— Там была бойня, — раненый дернулся всем телом. — Все в огне. Лицо горит, — он попытался поднять ладони, чтобы защититься.

— Руки по швам. Не двигайся. Отвечай на вопросы. Как понял?

— Будет исполнено, гер офицер.

— Дальше рассказывай.

— Я дополз до камней, затаился в расщелине и отключился от боли.

— Дальше! — продолжал давить Вальдов.

— Потом очнулся. Услышал рядом голоса. Но не мог сдвинуться с места.

— О чем был разговор?

Раненый замолчал, словно пытаясь вспомнить.

— Говори, свинья! — рассвирепел оберлейтенант, нутром чуя, что тот знает нечто важное. И поддал Силы так, что сам же побоялся, что напрочь спалит его мозг.

— Есть другие, — откликнулся тот. — Они придут. Сюда. Партизаны боятся за них. Все.

«И этот-с-с готов» — прошипел Сунг.

Вальдов и сам сообразил, что второй отошел в мир иной. Ну что ж, он успел получить важную информацию. Правда, и сам теперь чувствовал себя неважно. Он опустился на кровать и какое-то время восстанавливал с избытком потраченные резервы. Но долго отдыхать не смог. Требовалось действовать.

Поднявшись, покинул палату, даже не взглянув на медика и, как только оказался на борту, отправил срочное сообщение: «Устроить засаду у обнаруженного логова террористов. Взять живыми всех, кто там окажется!»

Удача сегодня определенно была на его стороне. Спустя два часа, уже глухой ночью группа бойцов Сопротивления, возвращавшихся на базу после выполнения задания, была замечена и угодила в засаду. Сопротивлялись миряне отчаянно, из пятерых четверо погибли, но одного, оглушенного и потерявшего сознание, им все же удалось взять живым. Как только Манни получил об этом известие, он тотчас вылетел в горы.

— Говори, собака, где ваши норы? — набросился он сходу на пленника.

Тот только зло плюнул немцу в лицо. Взорвавшись, Вальдов принялся бить партизана ногами, попеременно в живот и лицо, пока тот не начал хрипеть и харкать кровью.

— Говори! — прорычал он.

— Сдохни, немецкая свинья!

— Ах ты, русская сволочь! — снова со всей яростью набросился он, пока не довел пленного до беспамятства.

«Хватит-с-с. Дай мне-с-с».

Голова Вальдова словно вспыхнула, грозя развалиться на части. Но потом он снова видел мир глазами Змея.

«Ис-с-вини. Чуток перес-с-таралс-ся».

Против Змея у крепкого бойца не было ни единого шанса. Он начал говорить и, пока не выдал все схроны и маршруты, данные бойцов и связных в городах, которые были ему известны, допрос не останавливался. Вальдов узнал достаточно. Теперь у него появилась возможность одним ударом уничтожить немалую часть сил местных заговорщиков, но куда важнее, что, потянув за ниточку, он мог размотать весь клубок. Так что требовалось действовать осторожно, чтобы не спугнуть добычу. Еще важнее было то, что он убедился: Враг Нации обязательно вернется и сунет свой нос в здешние дела. И тогда он его наконец поймает!

«Ос-ставь ему жизнь».

— Зачем? — пнув ногой безвольное тело, спросил Вальдов.

«Я подчиню его волю-с-с. Он будет нашим оружием-с-с».

— Черт! Да ты прав! Так мы определённо поймаем Вахрамеева, — обрадовался рейсхриттер.

Впившись пальцами в кровавое месиво, в которое превратилась голова несчастного, он порциями вливал в него жизнь, пока тот не открыл глаза.

— Ты сейчас уснешь. Когда проснешься, забудешь все, что здесь произошло. Забудешь меня. Ты пойдешь обратно, к своим. И будешь ждать Вахрамеева. Твоя задача его убить, любым способом. Все.

Он отнял руки от пленного, и тот безвольной куклой отключился.

— Иди сюда, — подозвал Манни солдата, дожидавшегося издали его приказа. — Накачай его лучшими средствами из медпака, не жалей лекарств. Главное, чтобы террорист не умер и через несколько часов смог своим ходом убраться к своим.

— Но это же пленный боевик… Нам было приказано…

— Отставить возражения. Я как руководитель операции официально, под протокол, отдаю приказ. После бросите тело где-нибудь в кустах. Дальше он справится сам. И никому об этом ни слова. Режим строгой секретности! Исполнять!

— Есть, гер оберлейтенант, — взял под козырек санитар.

Манфреду удалось поспать меньше часа,