Сияние вечного пламени - Пенн Коул

Брат Лили был самым вероятным наследником короля, к восхождению на трон его готовили с раннего детства. Магическая сила Лютера была так устрашающе велика, что настоящих соперников у него даже не предвиделось. Имя Лютера было фактически выгравировано на короне.

Учитывая то, что лишь несколько часов назад я царапнула кинжалом ему горло, что мы грозили друг другу смертью, сообщать Лютеру, что теперь корона моя, я совершенно не торопилась, и это не вспоминая другие сильно пугающие события.

– Ему нельзя говорить об этом, – сказала я. – Никому нельзя. По крайней мере, пока. Пожалуйста, Лили, умоляю тебя!

– Но ведь ты наша королева, – прошептала Лили со страдальческим выражением лица.

Я сильнее стиснула ей плечи:

– Раз я твоя королева, ты должна мне повиноваться, так? Ты должна делать то, что я велю?

Лили закусила губу и кивнула.

– Тогда, как королева, я велю тебе не рассказывать об этом никому. Особенно принцу Лютеру.

Лили всхлипнула, сообразив, что попала в ловушку.

– Об этом все узнают, разок взглянув на тебя, – заметил Теллер, показав на корону.

– Наверняка есть способ спрятать ее или снять. – Я с надеждой взглянула на Лили. – Есть ведь?

– Король Ультер надевал корону лишь по особым случаям, – ответила Лили, потом замялась. – Но, возможно, снять ее получится лишь после того, как ты пройдешь Коронацию.

– Лили имеет в виду Обряд Коронации. Это ритуал, который проводят на Кёриле, – пояснил Теллер и показал на Святое море – в сторону запрещенного острова в его центре.

Я еще никогда так не радовалась тому, что мой братишка, единственный из смертных, получил приглашение учиться в престижной академии Потомков, поэтому прекрасно разбирался в их мудреных традициях.

– А когда его проводят? – спросила я.

– После Периода Оспаривания. В течение тридцати дней любой Потомок королевства может оспорить права нового монарха, если считает, что тот… – Теллер глянул на меня с сочувствием, – не достоин носить корону.

– Хорошо. – Я коротко хохотнула, чувствуя, как напряжение покидает мое тело. – Даже отлично. Лютер может оспорить мои права. Боги, да я просто уступлю их ему. Пусть хоть все Потомки считают меня недостойной, мне без разницы.

Теллер и Лили обменялись мрачными взглядами.

– Все не так просто, – медленно проговорил Теллер. – Если Потомок требует провести Оспаривание, он должен сражаться с новым монархом на дуэли, пока один из них не погибнет. – Казалось, слова причиняют Теллеру физическую боль. – Это битва не на жизнь, а на смерть, Ди.

– Наверняка есть другой способ… – Неподдельный ужас на лице братишки заставил меня замолчать.

Окружающий мир начал раскалываться. Если все это было правдой, привычная мне жизнь закончилась. Смертные с их совершенно оправданным недоверием к Потомкам и откровенной ненавистью к королевской семье выгонят меня из деревни. Я проживу достаточно долго, чтобы помириться с отцом? А чтобы найти нашу пропавшую маму?

А Генри… Боги, Генри!

Возлюбленный моего детства; мужчина, на брачное предложение которого я так и не ответила; человек, приведший меня в кровавые ряды Хранителей Вечнопламени, повстанческого движения смертных. Хранители доказали, что ради уничтожения Потомков не остановятся ни перед чем. Если они решат, что я одна из Потомков или, чего пуще, монарх…

Тяжесть всего этого начала тянуть меня на дно. Только вчера я была непримечательной смертной девушкой, жившей непримечательной жизнью, а теперь стала… И кем же я стала?

– Скажите мне, что это галлюцинация, – прошептала я. – Скажите, что я сошла с ума и это какой-то ужасный сон.

Руки Теллера обхватили мои плечи.

– Что бы ни случилось, одна ты не останешься. Мы справимся с этим вместе.

Его голос дрожал так сильно, что это едва не разбило мне сердце. Благодаря элитному образованию Теллер знал о последствиях восхождения на трон куда больше моего. Если ему так страшно…

Стыд захлестнул меня, охладив раскаленную лаву паники. Я старшая сестра, я должна быть сильной ради Теллера. Должна была обещать ему, что все наладится. После исчезновения мамы спокойный и уравновешенный Теллер и так стал в нашей семье опорой. Еще и это бремя я взвалить на него не могла.

Набрав в легкие побольше воздуха, я сминала, сминала, сминала страх в свинцовый шар, который можно закатить в темные закоулки сердца, потом отстранилась от Теллера и прижала ладонь к его щеке. В глазах братишки отразился свет от короны и выхватил весь страх, который Теллер так старательно прятал.

– Завтра ты пойдешь к отцу и к Генри. Скажешь им, что я уехала из Смертного Города в гости к подруге, а когда вернусь, не знаешь.

Теллер бросил взгляд на наш родительский дом:

– Нам точно не стоит поговорить с отцом прямо сейчас? Вдруг мама сказала ему что-то, прежде чем… – Он осекся.

– Сейчас не стоит. Сперва мне нужно разобраться в этом самой.

Теллер нахмурился, но кивнул. Я беззвучно вознесла молитву благодарности за верного брата, хотя кому ее адресовала, Клану Потомков или Старым Богам смертных, точно не знала сама.

– А сегодня куда мы пойдем? – спросил Теллер.

– Ты останешься здесь. Проштудируешь свои учебники, выяснишь, что в них сказано о короне, об Обряде Коронации, об Оспаривании, – все, что может помочь мне решить эту проблему.

– А что насчет тебя?

На этот вопрос у меня ответа не было. Я не могла рисковать, показываясь хоть кому-то, пока эта жуткая штуковина парит у меня над головой.

– Я могу помочь, – вмешалась Лили. – В королевских охотничьих угодьях есть сторожка. Без разрешения монарха ее использовать никто не посмеет, так что тебя не потревожат. Кроме того, ты ее законный владелец. – Лили пожала плечами. – Отныне вся королевская собственность принадлежит тебе.

У меня сердце замерло при мысли о том, что все излишества и роскошь, за которые я некогда презирала монархов, теперь мои. Только подумать, что я могла бы сделать со всем тем богатством – сколько проблем решить, скольким людям помочь…

Я покачала головой, прогоняя шальные мысли. Я не собиралась цепляться за трон и уж точно не желала с кем-то сражаться за него не на жизнь, а на смерть. Все это было одной большой, немыслимой ошибкой. Мне просто требовалось немного времени, чтобы это доказать.

Глава 2

Час спустя я осталась одна в королевской охотничьей сторожке, просторном деревянном доме, притаившемся в тихом уголке леса. Внутри дом богато отделали теплым деревом, обставили уютной мебелью, завесили шкурами. В гостиной слабо пахло табаком и гикори[1]; стены украшали головы убитых зверей и картины маслом с изображением прошлых монархов.

Двери были заперты на кровезамки́, отпираемые