Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 12 - Семён Афанасьев

при малейшем риске — перевод пострадавшего в больницу, что снимает с полиции любую ответственность. Главное — пару минут до приезда скорой дожить, поморщился Рёта и вернулся к акту происшествия.

Выехавшая к трупу группа, судя по онлайн документообороту, сейчас как раз производила внешний осмотр, изъятие предметов с места, всё по списку. Дальше тело ждал морг, связанный с судебной медициной, и вскрытие — последнее назначается автоматически при насильственной смерти.

Одна гора с плеч: теперь хотя бы труп ведёт специализированное подразделение, а участок больше не управляет телом и не принимает решений по квалификации смерти. Дело раздвоилось. Живой — пока тут (врачи, едьте быстрее), а труп уже в чужой зоне ответственности.

— В-в-вааа-фэ-фы-фа! — кандидат в задерживаемые неожиданно попытался что-то сказать и привлечь к себе внимание.

Удалось лишь второе.

Рёта мгновенно протянул ему бланк и ручку:

— Пожалуйста, напишите вашу фамилию.

Это ни в коем случае не полноценный допрос, а подтверждение базовых данных. Вне зависимости от последующей процессуальной квалификации, сейчас нужно установить (или подтвердить) личность, для чего кроме имени стандартно выясняют дату рождения, адрес регистрации и род занятий.

Всё это в бланке было.

Да, персонажи с той стороны стола очень часто не могут связно говорить, думал Накамура, как ни крути, это часть нашей работы. По разным причинам не могут говорить. В таких случаях они пишут — это нормально и процессуально чисто.

Этот персонаж по виду ожил и писать в состоянии, уже хлеб.

Незнакомец придвинул к себе бумагу и почти каллиграфическим почерком стремительно вывел:

Прошу подтвердить мой статус. Свяжитесь с руководством.

Второй смысл читается как «передайте по вертикали» — по спине полицейского без разбега рванула струйка пота.

Что-то такое было в одном из блоков служебных инструкций, работай, память, работай.

Рёта начал было открывать рот, чтоб уточнить — задержанный нетерпеливо махнул рукой в направлении стеклянного стакана с табличкой «старший смены».

— Такаги-сан! — Накамура окончательно растерялся.

Начальник стремительно оторвался от монитора и через секунду подошёл к ним:

— Я вас слушаю. — Он сориентировался быстрее подчинённого, на которого даже не взглянул.

Тип всё тем же безупречно каллиграфическим почерком вывел:

Инспектору Такаги. Прошу подтверждения статуса. Сделайте запрос наверх. Ваш человек не в курсе — видимо, он недавно служит.

К удивлению Накамура, лист незаполненного бланка был сложен пополам и передан на его глазах шефу, который к ещё большему изумлению новичка принял писульку двумя руками.

Не говоря ни слова, старший смены вернулся в свой стакан, закрылся и принялся куда-то названивать. Его слов слышно сюда, разумеется, не было.

* * *

Там же, примерно через 40 минут.

— Забудь. Ничего не было. Ты всё сделал правильно. — Такаги говорил уверенно и даже где-то доброжелательно.

Это немного не вязалось с ощущениями Накамуры — странный задержанный только что вполне официально испарился, будто его и не было: в участке появились двое в штатском, один из них остался у входа, второй стремительно прошёл в стакан старшего смены, показал инспектору Такаги какое-то удостоверение (без передачи в руки).

Последовал короткий обмен фразами, который частично было слышно на деске:

— … статус формально тот же — «сопровождаемое лицо», не задержанный…

Новичок с любопытством прислушался, поскольку загадочную команду шефа последние полчаса выполнял без понимания собственной роли — изолировать типа до особого указания, но без процессуальных действий.

Рёта попытался напомнить старшему смены пожелание патруля — обеспечить срочную работу следователей. С фигурантом, по словам старших коллег, нужно успеть поработать до прибытия врачей (от медицины, кстати, таинственный персонаж сам отказался, когда скорая приехала — так и написал уже на другом листике).

В итоге избитого не допросили, никак не оформили арест, просто ожидали «подтверждения статуса» — вероятно, сейчас произошло именно оно.

Глава 2

— Почему мы его отпустили? — Накамура всё-таки набрался наглости и, улучив момент, спросил Такаги напрямую.

— Я получил подтверждение по линии, — старший смены на мгновение оторвался от экрана с отсутствующим выражением лица.

— Но у нас нет никакой подписи! Его у патруля принял я! — Рёта чувствовал, что чего-то недопонимает, точнее, не знает — не хватало опыта.

— Этого и не требуется, — взгляд Такаги сфокусировался и стал осмысленным. — Я же пометил в твоём файле по сети.

— Что? Как? — удивлению новичка не было предела.

Старший смены ответом не удостоил, вернувшись к собственной работе.

На своём мониторе Рёта через пять секунд открыл нужный файл и действительно прочёл:

Дальнейшее разбирательство передано компетентному органу.

— при этом не указывалось, какому именно органу.

Накамура уже понял, что и где искать. Ещё через мгновение он полностью восстановил картину: на основании акта передачи лица данное дело, не доходя до следователя полиции, получило отметку о смене юрисдикции, зафиксировалось время — и на этом всё.

Задержанного полицией человека официально, хотя и по закрытым каналам, передали другой службе.

Выходил из участка избитый, кстати, в сопровождении двух приехавших за ним костюмов не через центральный вход — через служебный. И не как задержанный, а как свободный человек.

Накамура работал лишь второй день и просто не знал: именно так у полиции забирается дело (и — кадровый сотрудник, если есть) организациями с более высоким приоритетом в иерархии национальной безопасности.

Не освобождение — формально, а «передача по компетенции». Что с неизвестным произойдёт дальше, полиция никогда не узнает — в Едином Реестре запись сменит подведомственность и получит гриф, за который чернорабочим полицейского участка нет хода.

Такая система.

Рёта ещё вернулся к файлу в конце смены. В графе статуса там сколько-то часов как сменилось наименование:

Материалы переданы.

— доступ участка к данному делу был закрыт.

Когда Накамура уже шёл после дежурства домой, он смог сформулировать случившееся тремя короткими фразами: никакого конфликта, никаких объяснений ему-новичку, только резкое изменение дистанции и тона — нить оборвалась на старшем смены.

Непонятно, как в следующий раз этим патрульным в глаза смотреть, подумал Рёта. А с другой стороны, что я мог сделать? Воевать с Такаги?

* * *

— Решетников-сан? Вас беспокоит полицейский участок Meguro… — по мере разговора челюсть логиста опускалась всё ниже, а брови становились домиком всё выше. — … таким образом, мы не нашли процессуальных оснований для дальнейшего задержания.

— Ты же сейчас сто процентов валяешь дурака? Не так ли, коварный Такидзиро-кун? — Ута, мгновенно сориентировавшись в моменте, намотала локон на палец и произнесла так, чтоб было слышно присутствующим, но ни в коем случае — не собеседнику логиста.

— Ты о чём? — Хонока