Душнила. Книга 2 - Александр Кронос

прямо сейчас поднималась вверх, закрывая собой пробоину. Заодно цепляла брёвна. Выкидывала натуральные ложноножки и втягивала обломки древесины, которые придавала конструкции дополнительную прочность.

— Сколько с лесными вожусь, такое вижу впервые.

Мне показалось или в голосе Митяя сейчас прозвучали нотки искреннего восхищения. Настолько очевидные, что даже Беатрис, которая вылизывалась, устроившись на печи, глянула в его сторону с интересом.

Следом мы вместе с ведьмаком поставили на место дверь. А Верпа затянула глиной разбитые окна.

Зрелище было такое себе. Эдакий наполовину разнесённый домик из страшной сказки. Зато теперь внутрь не попадала вода и было куда теплее. Оставалось лишь поставить на место стол, у которого сломалась одна из ножек и собрать стреляные гильзы.

Телами снаружи, тоже занялась кикимора. Сразу после того, как умяла трёхлитровую стеклянную банку тушёнки, что хранилась у ведьмака в погребе. Этого оказалось достаточно, чтобы Верпа восстановила силы и принялась погружать трупы в грунт.

— А соседи? Мы тут палили на всю округу ведь.

Уложив шаманку на печь, я озвучил вопрос, который тревожил разум последние несколько минут. Но Митяй лишь покачал головой.

— Дождь, ветер и побочное действие силы. Волколаки могли бы всю ночь хороводы водить и через костры прыгать. Поутру никто не вспомнил бы.

Звучало красиво, но тем не менее имелся ещё один нюанс. Вернее целая груда. Например разнесённый угол его дома и курицы соседки, которых Влада превратила в безумные боевые машины.

У ведьмака нашёлся ответ и на это. Точно такой же. Мол, всё равно не вспомнят. Чем выше концентрация силы в пространстве, тем хуже работает память у обычных людей. Вот уровень сонливости наоборот растёт. Учитывая, что почти сто процентов населения деревни — пенсионеры, вспомнить они о прошедшей ночи ничего не смогут.

Непривычно молчаливая Беатрис, которая устроилась рядом с Владой на печи, сухо подтвердила его правоту и я окончательно выкинул вопрос из головы. Вместо этого попробовав запустить магнитофон и наконец прослушать первую из кассет.

Но тут меня ждало полное разочарование — техника оказалась разбита отлетевшим табуретом.

Попытка погрузиться в записи тоже ничего не дала. Почерк у деда был такой, что не разобрать. Отдельные слова я вроде бы понимал. Но этого было недостаточно, чтобы уловить смысл хотя бы нескольких абзацев кряду. К тому же усталость сейчас навалилась такая, что было не до расшифровки иероглифов.

Митяй предлагал занять его кровать, что стояла за шторкой, но я предпочёл лечь на полу. Ветра сейчас не было, а осколки посуды от меня отделяло толстое одеяло. Вполне комфортные условия, если вспомнить про альтернативу.

Перед сном проверил телефон. Не зря — обнаружилось пять сообщений и три пропущенных вызова от Григория. Плюс послание от бывшего заказчика, который интересовался возможностью встречи, про которую спрашивал раньше.

Соседа в первую очередь интересовало, как всё развивается с хийси. И тут я мужчину прекрасно понимал — для человека, чей сын целый день находился в заложниках, он держался неплохо.

Ответил ему, озвучив чистую правду. Что собираюсь решить вопрос завтра. Самым, что ни на есть, кардинальным образом.

Что до «директора», предлагающего встречу — предложил ему напомнить о ней позже. После чего отложил телефон и вытянувшись, попытался объективно проанализировать весь расклад с германским оборотнем, который последние семнадцать лет провёл в пермской тайге.

Хватило меня на пару минут и всего одну здравую мысль. Волколак выполнял приказ. Либо такое поведение было изначально зашито в его присягу. Учитывая всё, что я в последние дни слышал о духоглядцах, установка на месть, выглядела более чем логичной.

Правда это порождало ещё один вопрос. Какого лешего он решил, что мой дед имеет какое-то отношение к гибели его хозяина и насколько это может быть правдиво? Но над ним я подумать уже не успел. Провалился в сон.

Проснулся от шума снаружи. Криков, которые пробивались через дрёму и не давали снова провалиться в сон.

— Митяй! У меня курей лиса покрала. Снова! И петуха сожрала. Выручай, лесничий. Найди сволоту и пристрели!

Поморщившись, я почувствовал, как в ногах ворочается что-то тёплое и тяжелое. Поднял голову. Беатрис. Кошка совсем не аристократично свернулась клубком на одеяле, устроившись прямо в моих ногах.

— А ты популярен ведьмак, — прохрипела проснувшаяся Верпа. — Скажешь ей, что это совсем не лиса?

Уже проснувшийся и накинувший рубашку Митяй, который сейчас на вид ничем не отличался от обычного деревенского деда, что-то пробормотал в ответ. Я же потянулся к телефону. Взяв его, увидел свежее сообщение. Открыл. И почувствовал, как улетучивается сон.

Кто-то прислал фотографию из моей же квартиры. Сделал её, сидя в моём кресле и разбросав по полу пачки с купюрами. Ниже была лаконичная подпись.

«Приезжай. Надо поговорить.»

Глава II

Скрипнула дверь — Митяй отправился на улицу вести переговоры с соседкой, которая обнаружила курятник пустым. Я же пялился на присланную фотографию. Кто это может быть? Ловушка хийси? Но какой тогда смысл сообщать о ней заранее?

В голове мелькнула мысль попросить проверить Григория. Но это бы тоже стало не самым умным шагом. Кто именно находился в квартире, мне неизвестно. Как и его намерения. Но если внутрь полезет баби нгепет, который наверняка позовёт родню, последствия представить несложно. Тем более они сейчас на нервах и готовы палить в кого угодно.

Усевшись на одеяле, провёл ладонью по лицу. Немного подумал. И набил ответ. «Никуда не уходи. Скоро буду.»

Помимо этого, было ещё сообщение от давешнего директора, который снова предлагал встретиться сегодня вечером. Даже интересно, чего такого он от меня хотел? Свести с кем-то из своих боссов, которому тоже нужны подобные услуги? Или его взяли за яйца и мужчина банально пытался заманить меня в ловушку?

В любом случае, его я благополучно проигнорировал.

— А кормить нас чем-то будут, мурр? Мы же в деревне. Тут на завтрак принято подавать сырые яйца, свежее молоко и мясцо с лёгкой прожаркой.

Рядом с кошкой заворочалась шаманка. За стеной же зазвучал голос Верпы.

— Тут принято не кормить тех, кто не работает. Хочешь молока — иди и подои корову.

Беатрис ловко спрыгнула на покосившийся стол, роль одной из ножек которой сейчас играл табурет.

— Могу вскрыть ей череп. Или выпотрошить и выпить молоко изнутри, мурр. О! А это идея. Так ведь можно, да?

Усевшаяся на печи шаманка сонно зевнула. Опустила взгляд на кошку.

— Ты в курсе, что людей, который беспочвенно несут смерть в массы, никто не любит?

— Так