Сон Разума - Михаил Француз

А разогнать тучи над местностью в радиусе пяти-шести километров, способен каждый из них, не то, что все вместе. Это собрать дождевые облака сложно и требует наличия именно Водного Дара, а вот разогнать — практически любой сильный Одарённый может. Вроде бы, даже у Стихии Земли какие-то способы на этот случай имеются, что уж говорить об Огневиках и Даровитых Ветра.

В пользу верности моего предположения о рукотворности такой прекрасной погоды говорило ещё и то, что здесь было тепло, то есть, действительно тепло — минимум на десяток градусов теплее, чем в самом городе, из которого я вылетел.

Что ж, тут обвинять некого: только сам виноват, что несерьёзно отнёсся к нынешнему мероприятию. Не прибыл сюда заранее, не озаботился созданием максимально благоприятных и выигрышных для себя стартовых условий окружающей среды, не подготовил поле боя.

А они вот отнеслись, и подготовили.

Но, мне же лучше: прибытие моё выглядело эффектнее. Представьте: чистое голубое небо, клонящееся к закату солнце, хвойный лес, резко обрывающийся полем, и сверху, в этом небе крылатые кони, заходящие на круг для посадки.

Да: крылатые кони. Император (пусть даже ещё только номинальный, не коронованный) в одиночку передвигаться не может. Просто, не может, иначе он уже не Император — не солидно. Так что, и мой перелёт на это стрельбище сопровождала Гвардия, совсем недавно самодурством моим переименованная в «Астартес».

Ну, точнее, не «переименованная», так как старое имя «Гвардия» у них никто не отбирал. То, что я сделал, это дал им ещё одно, новое. Их собственное, уникальное. И, кстати, не сказал бы, что оно им не понравилось: как мне по секрету сообщил Борис, в полку по этому поводу, прошлой ночью даже масштабную праздничную пирушку закатили, на которую он, от моего имени, пару бочек какого-то очень редкого и дорогого вина из Императорских запасов отправил… и выпивали там замечательно, и за здравие нового Императора, и за славные традиции, и за «Астартес»! Причём, последний тост особенно по душе пришёлся: «За Астартес!» — короткий, звучный, загадочный, многозначительный…

В общем, да — три десятка Астартес при параде, с парадным оружием, на крылатых конях. И я — впереди них всех, на самом крупном, самом белом, самом ярком и самом красивом скакуне, в белой с золотом парадной форме Есаула Имперской Гвардии… ну а что? Решение прошлого Императора-то никто так и не отменял. Тем более, что оно уже было заранее, до его прилёта ко мне в Персию, официально оформлено всеми соответствующими приказами и бумагами. От меня ж там требовалось только формальное согласие и принесение Присяги. Никому и в голову прийти не могло, что я там начну артачиться. А, приказ о назначении и присвоении, тем временем, формально уже состоялся: Есаул я самый настоящий и официальный, везде, где должно и следует, учтённый. Даже жалование уже из казны выписывается. В то время, как Императором я, формально ещё не являюсь — Коронации-то не было, и, ещё неизвестно: будет ли? Точнее, то, что она будет, никто не сомневался, вопрос был только за тем, кого именно коронуют. И ответ на него напрямую зависит от результата сегодняшней схватки — Поединком назвать как-то язык не поворачивается, когда один против четверых.

Но я отвлёкся.

Белый крылатый конь, белая с золотом парадная форма. В белых с золотой отделкой ножнах Артефактный меч-дзянь. И Алина на «женском» седле передо мной, в кольце моих рук, небрежно придерживающих поводья, тоже в белом с золотом длинном платье, в белых сапогах до колен и в белой короткой шубке с меховой оторочкой.

Зачем я Алину с собой взял? А, почему бы и нет? Кто мне, самодуру и диктатору, это запретит? А девушка хотела посмотреть на то, как я буду раскатывать «пришлых». Да и полетать на коне над облаками со своим будущим мужем — романтика!

Ну и в целом, кроме того, что мне было неспокойно и боязно оставлять её одну во Дыорце, в период серьёзной властно-политической неопределённости — мало ли у кого какие глупые мысли появятся, навроде попытки похищения и давления на меня через неё, этот парный визит — ещё и политический ход, демонстрация моего и её статуса на международной арене. Сигнал и своим, и соседям, что, как минимум, место Первой жены Императора, формальной Императрицы уже занято, и подкатывать ко мне с этим не надо!!!

Причём тут «международная арена»? Так всё просто: здесь сегодня на этом полигоне столько народу собралось, кроме самих бойцов!! Тут все посольства всех крупных и мелких держав присутствовали чуть не в полном составе! Да ещё и кроме них, гости, что специально ради этого из других стран прибыли. Максимально высокие гости — случай-то совершенно не рядовой: Император меняется! Ведь, независимо от исхода боя, Борис на свой Трон уже не вернётся. Так или иначе, а в ближайшие дни состоится Коронация, и новый Император у России появится. Весь вопрос только в том, кто это будет: я ли, кто-то из выживших в предстоящем бою «пришлых» ли, а может быть, и кто-то из прибывших в столицу Князей, которые тоже в стороне не останутся, когда общая потеха начнётся. Более, чем глупо было бы не прислать в такое время к нам кого-то соседям: можно же и поучаствовать, и какие-то политические интриги закрутить, и новых союзников отыскать, и новые связи завести, и десятилетиями не менявшиеся расстановки сил в свою пользу попытаться подвинуть — раздолье, просто праздник для дипломатов! Поле не паханое!

В общем, зрителей было много. Имелось перед кем выпендриться и покрасоваться. Настолько много, что за прошедшие двое суток здесь, на этом полигоне для них пришлось в авральном порядке инфраструктуру организовывать: трибуны строить, палатки-шатры ставить, кухню пригонять, буфеты ставить, генераторы, освещение, экраны, камеры, прочее, прочее, прочее… Настолько оживлённо здесь было и людно, что это уже каким-то выездным светским мероприятием, вроде охоты или пикника казалось, а не местом проведения смертельного боя: мужчины в красивых костюмах и военной форме, дамы в нарядных платьях, столы с закусками, снующие между ними вышколенные официанты, оркестр с живой инструментальной музыкой для развлечения гостей.

Я прибыл. И моё прибытие, нельзя сказать, что прямо-таки произвело фурор, но внимание привлекло изрядно. С другой стороны: а как иначе-то? Я ж — главное действующее лицо, виновник всего торжества, без меня б оно и не состоялось.

Я соскочил с коня, помог спуститься Алине, взял её под