Два лика графа Белькурова 2 - Владимир Георгиевич Босин

перепугался моей особы, что начал заикаться и чуть не потерял своё пенсне. Думал я его убивать приехал. А уже через полчаса, после того как мы прогулялись вдоль поля, я сумел убедить парня, что очень его уважаю и страшно влюблён в милую Вареньку. Но та мне отказала в категоричной форме, по причине огромной любви к самому Павлу. Ну и мы чуть ли не в обнимку вернулись к коляске молодого Хлудова, что вызвало настоящий шок у его кучера. Так вместе и явились в отчий дом. Сам хозяин, Иван Алексеевич поначалу пытался быть холодным со мной. Но когда сын чуть не стал от свалившегося счастья плакаться папе в жилетку, тот смягчился и даже ухитрился по-быстрому наклюкаться за чашкой чая. К концу вечера мы уже обнимались как закадычные товарищи и распрощались лучшими друзьями. И как он мог отказать мне в такой мелочи — как продажа мне одной крепостной девки.

А через день уже сам ко мне подошёл Тимофей. Рожа аж светится:

— Ну, доволен? Сегодня же дам ей вольную и играйте свадебку. Плодитесь, как говориться, и размножайтесь.

А через два дня мы вдвоём въезжали в небольшой уездный городок Калязин, что лежит в 120 верстах от нас. Это полный день езды верхом, если поспешать. Мы только остановились в полдень дать роздых лошадям и перекусить. А заодно я предпринял последнюю попытку раскрутить казака на откровенность.

— Так что там произошло в Ярославле? Меня пулей долбануло и многое не могу вспомнить.

— Барин, спросите лучше самого Григория. Не хочу я влазить между вами. Разругались вы крепко, он собрался и в ночь уехал.

Маленький волжский городок, вдоль неровных улиц тянутся невысокие купеческие домишки. У лавки лениво переговариваются извозчики и из-за церковного забора видна серая гладь реки.

Тётку Григория, к которой он перебрался, зовут Анна Матвеевна Жилина. Вдова коллежского регистратора, женщина лет шестидесяти. Сухонькая с тёмным платком на голове. Супруг давно оставил бренный мир, детей супруги не сподобились сделать. Вот она и коротает время одна в своём деревянном доме. Дом хоть и старенький, но ещё крепкий. Нижний этаж старушка сдаёт приезжим. Мелким чиновникам и купцам. А сама проживает наверху в трёх комнатах. Небогато, но опрятно. Герань на окнах и старая мебель красного дерева, оставшаяся от лучших времён.

— А это комната Гришеньки. Но его нет дома, — выяснилось, что Григорий иногда давал уроки верховой езды сыну местного помещика и выезжал за город. Старушка как смогла, объяснила нам, где того найти.

Боже, как раскалывается голова. После сотрясения мозга пить решительно противопоказано. Но вчера я наклюкался как свинья. Григорий сам попался нам навстречу. Поначалу воротил нос с холодным видом. А потом Тимоха нас помирил и мы напились вдрызг.

А когда головная боль чуть отпустила, я вспомнил вчерашний разговор и так захотелось встать и с разбегу впечататься башкой в стену. Так чтобы вдребезги. Это невозможно переварить. Как этот образованный дворянин с высокоморальным понятием чести, въевшуюся в подкорку мозга — смог пойти на такое. У меня в голове не укладывается. Я понимаю, что не имею к этим мерзким поступкам отношения. Но почему-то на душе препогано.

В Москве граф покуражился и тоже наделал делов. Разругался не только со своим управляющим, грозился даже его выгнать. Но в оконцовке не решился. Устроил некое подобие дуэли, там своя длинная история. И мне её ещё нужно осмыслить.

Но, видать его дико раздражало то, что я успел везде оставить свои следы. И он принялся уничтожать всё, к чему я прикасался. Запретил Завадскому действовать от своего имени при покупке зерна. Но это мелочи. А вот в Ярославле граф развернулся по-полной. Ему сразу на глаза попалась Василиса. Бедняжка так обрадовалась увидев его. А тот, узнав подоплёку превращения крепостной женщины в барышню, приказал содрать с бедняжки одежду и голышом отправил в людскую. А когда её супруг попытался защитить жену — совсем вышел из себя. Итог печален. Калеку запороли плетьми. Он и так был слабого здоровья, а тут после порки занемог и через два дня испустил дух. Женщина не смогла выдержать таких перемен и бросилась в реку. Барской прихотью она получила возможность стать кем-то более возвышенной и такое внезапное падение в ад. И всё, нет больше дружной семьи, где царила любовь. Обеих внезапно осиротевших девочек отправили в деревню к дальней родственнице. Вот тогда Григорий впервые сорвался и наговорил графу всякого. До дуэли дело не дошло, он просто сорвался в ночь и пропал. Даже не получив положенного жалования.

Глава 2

Днём с больной головой я вновь встретил своего товарища. Но пить больше не стал, хватит. Видать Григорий что-то для себя понял вчера. По-крайней мере, когда я попросил вернуться, тот молча ушёл собирать вещи. Вот такие пирожки с котятами. Даже не знаю, как возвращаться в город и смотреть людям в глаза.

Нет, всё понятно. Это мой дом и зависимые от меня люди. Только мне придётся как-то исправлять всё сделанное другим человеком.

Знаете, в детстве я читал одну забавную книжку Роберта Стивенсона «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда». Так там у лондонского врача, очень положительного и уважаемого человека с безупречной репутацией было раздвоение личности. Мистер Хайд — жестокий и аморальный тип, склонный к импульсивности и насилию. И в конце книги Джекил пришёл к мысли, что они оба являются светлой и тёмной сторонами одной личности. И он решил разъединить добро и зло. Но не успел, личность мистера Хайда победила. Зло оказалось зубастее. В результате произошло убийство и окончательное падение человека. То есть эта книга о двойственности человеческой природы. Но порой можно побороться за выживание. Я, возможно, смог победить в себе зло. Но теперь мне предстоит ужасно сложная вещь. Каким-то образом загладить вину. Только — вот какая хрень. Милую очаровательную и непосредственную Ваську уже не вернуть. Как и её мужа. А вот помочь детям — я очень постараюсь.

Ярославль встретил нас осенним дождиком. Улицы умыло дождиком и мы старались не изгваздаться в грязи. Повозка с вещами и парой слуг будет долго тащиться по размокшей грунтовке, но сейчас меня интересуют проблемы иного рода.

Меня не было тут пять месяцев, а вот граф уехал отсюда совсем недавно. Месяца полтора как. И я чувствую себя как на минном поле. Не знаю, откуда ещё ожидать проблемы.

Но нет, слуги по-прежнему вежливы и