Похоронное бюро «Сестры Роу» - Вэнди Эттвуд

сомнительную аварию. Вы думаете, что я хочу хоть на шаг приблизиться к этим стенам? Не боитесь, что все превратится в руины?

– Мы были готовы к этому ответу, поэтому прошу прочитать вот это. Если примите окончательное и обдуманное решение, напишите письмо. Хорошего дня, мисс Роу.

Визитеры вышли с территории бюро. Ворота с недружелюбным скрипом захлопнулись за ними.

Я вспомнила день, когда одна из делегаций Совета почти час отбивалась от заколдованных пчел, и улыбнулась.

Ричард – самый надоедливый призрак, появился неожиданно, но я почти привыкла.

– О чудесная и распрекрасная леди Роу, как счастлив я видеть твою улыбку по утрам. Вот если бы ты снизошла до скромного поцелуя, я был бы преисполнен радости в своем посмертии, поскольку только ты одна способна коснуться меня.

– Если только на Рождество в каком-нибудь далеком году, – отмахнулась я, разбирая почту.

– Надежда будет согревать меня, как первые лучи весеннего солнца, а мое сердце будет биться в волнительном предвкушении.

С Ричардом временами оказывалось сложно, хоть он и умер много-много лет назад, однако как поэт был немного эксцентричен, обидчив и крайне близко принимал к сердцу все, что происходило вокруг. А еще он недолюбливал всех, кто посмел прийти в этот дом с ухаживаниями ко мне.

Но, несмотря на его очевидный недостаток в виде смерти и парочку других, он мне нравился. Я с радостью с ним разговаривала, особенно когда он начинал декламировать поэзию собственного сочинения, иногда сбиваясь и путаясь, а еще часто он воровал стихи у других поэтов-современников, но никогда в этом не признавался.

Будучи джентльменом, он никогда не переходил черту и всегда был вежлив, за исключением вечных разговоров о том, как бы ему хотелось прикоснуться ко мне, которые я пока удачно пресекала.

Когда я грустила, он читал стихи о любви ко мне, и тогда становилось тошно. Считаю, что с задачей по отвлечению от тягостных раздумий он справлялся на ура.

Существуя в современном мире, он все еще не знал, что такое френдзона. Но именно в ней он и оказался. Не хотел понимать, почему живые с призраками не встречаются. Оказалось, что проще, когда я просто игнорировала его любовные порывы.

Вздохнув, я развернула в коридоре черный конверт, сломав сургучную печать, которая переливалась даже в приглушенном свете настенного светильника. Отблески казались вспышками маленьких молний на ночном небосводе.

Я вскрыла письмо. Хотелось узнать, что они еще скажут, как будут уговаривать. Это тешило мое самолюбие и забавляло, как они из раза в раз присылали новых людей, придумывали разнообразные хвалебные эпитеты, что должны были заставить меня передумать… все это, признаюсь честно, очень льстило и уверяло меня в правильности отказа от академии и любых дел с ними.

Уважаемая мисс Роу, вынуждены с прискорбием сообщить, что комиссия Совета приняла решение изъять ваши права на владение похоронным бюро «Сестер Роу» в связи с тем, что вы так и не получили соответствующего образования в академии. В связи с этим Совет в скором времени отзовет лицензию на владение.

Если желаете изменить данное решение, анкета абитуриента приложена к письму.

С наилучшими пожеланиями,Ректор Деметр Стеллинг

Я вскочила. Хотелось тут же порвать письмо, бросить в камин и смотреть, как оно корчится.

Черт!

Мое бюро… мой дом…

Дышать стало трудно, я схватилась за грудь, закрыла глаза, и под веками заплясали цветные пятна. Академия забрала моих родителей, я была в этом уверена, а теперь желала отобрать у меня работу, дом и все, что стало так дорого.

Я схватила подушку и кричала в нее, пока не начало саднить горло. Вдоволь накричавшись, я смахнула жгучие слезы обиды и вернулась к бумагам. Чтобы не сомневаться, рывком развернула анкету на кофейном столике и принялась агрессивно заполнять, пару раз чуть не продрав бумагу насквозь.

Никто не посмеет отобрать у меня последнее, что осталось от родителей.

Я была переполнена злобной уверенностью через край. Сложила анкету в конверт и залепила его своей печатью с символикой бюро: едва заметный череп и готический особняк.

А теперь что? Ждать? Они сами явятся или нужно отправить? Я уже ненавидела эти мысли. Могли ли они назло не принять меня, поставив человека из Магического Совета во главу бюро? Могли, я думаю, вполне. Но стали бы они ходить ко мне так часто, если бы было кого ставить, вопрос?

Позвонить ли тетушке, чтобы она приехала пораньше из своей поездки «обмена опытом» с нью-йоркскими ведьмами? Естественно, они там напиваются до беспамятства и кошмарят клубы с молодыми парнями. И я, в общем-то, ее не осуждаю.

На конверте проступила красная печать:

ЗАЧИСЛЕНА.

Я выдохнула с облегчением. Теперь нужно было предупредить тетю, чтобы она присмотрела за домом, работой и Хизер, а то сестра могла вляпаться в неприятности, а бюро… и то, что находилось в подвале, лучше не оставлять без контроля. Мороки прибавится. Надеюсь, я смогу договориться о домашнем обучении с возможностью посещения экзаменов.

Я сбросила очередной звонок от Мэйсона. Мне было не до его истерик. Мы ссорились уже в седьмой раз за пару недель. Потому что наши характеры диаметрально противоположны: он чванливый козел, а я, по его мнению, инфантильная истеричка. А теперь он изводил меня звонками, то признавался в любви, то яростно кричал, что я изменщица. Ага, если бы у меня по горло не было работы, то вполне вероятно, но я всегда занята клиентами, их проблемами, болью, грустью, похоронами.

С домашнего телефона набрала тетушку и приготовилась к буре.

– Да, моя сладкая, случилось что-то?

– Нет… Грейс, – осторожно начала я. – То есть да. Я поступаю в академию.

– Постой, – взволнованно проговорила тетя. – В ту самую академию? – Шум ветра обрывал ее фразы.

– Увы, – вздохнула я. – Приедешь присмотреть за Хизер и бюро?

– Проверь портал, не хочется опять три квартала идти пешком, – прохлада сквозила в голосе тетушки.

– Окей, тогда до скорой встречи.

Тетя первая сбросила звонок.

Я вздохнула. И я ее понимала. Но, чтобы сохранить бюро, нужно было поступиться принципами, дабы потом никогда больше не иметь с ними дела.

Хизер, возможно, даже повезло, что она родилась обычной. Хотела бы я никогда не слышать духов и не знать о существовании дрянной академии.

Следуя просьбе Грейс, иду проверять портал, который уже несколько десятков лет как расположился у нас на заднем дворе. Пользовалась им только тетя, я же, сколько ни пыталась, даже на дюйм не сдвинулась.

Круг из камней нужно было очистить от палой листвы, чтобы не было преград для магии. Всегда казалось это глупостью, потому что магия не является привычной материей и, по сути, для нее нет никаких преград, но они есть. Есть даже формулы магии, как в математике, что способны испугать любого колдуна с проблемами к вычислительным способностям.

Пока шуршала граблями, цепляя гравий, мысленно проклинала академию. Ее цепкие руки прочно