Боярский сын. Дружинник. Часть 3 - Алексей Владимирович Калинин

— К чёрту! — откликнулся я один.

Ребята переглянулись между собой. Что? Неужели в этом мире нет такого ответа на подобное пожелание?

Щелчок. Завеса поползла вверх.

На наши доспехи тут же упал свет прожекторов. Мы вышли на арену, и трибуны взорвались.

— Долгополый лучше всех!!!

— Ярославский должен победить!!!

— Мы за княжича!!!

— Мы за боярича!!!

— Елисейка, дёрни этого хлыща!!!

— Глеб, раскатай боярича в лепёшку!!!

Свист, улюлюканье, крики поддержки и негативные выкрики слились в единый оглушительный рев. Я скользнул взглядом по знакомой ложе. Отец сидел там, помахал мне рукой. Рядом находился Яромир, чуть подавшись вперед. А на противоположной стороне, в ложе Долгополых, князь Фрол Терентьевич снисходительно улыбался, переговариваясь с кем-то из свиты.

Также заметил Любаву Шумилову и Варвару Камышинскую. Две девушки сидели рядом на трибуне. А когда Любава заметила, что я поднял визор, то выставила два пальца.

Виктория — победа? Три раза «ХА» — это был намёк на то, что я должен буду слить второй раунд. Ну что же, показывай-показывай, всё одно будет по-моему!

На полигоне, прямо по центру, стоял Иллюминарий Георгиевич Совестин. Он терпеливо ждал, пока появятся наши противники. Вот появились и они, тоже

Из своего коридора вышла команда Глеба. Долгополый, Ковальков и Престолов. Глеб шел вразвалочку, как хозяин жизни. Его зеленоватый доспех с золотой вязью блестел под софитами. Заметив меня, он картинно приложил руку к груди и отвесил шутовской поклон.

Я только презрительно хмыкнул под шлемом. Понтуйся, засранец! Понтуйся, пока можешь!

Наши группы отразились на мониторах. Выше был счёт 1:0. Неприятный для нас счёт, конечно…

Сама арена пока что находилась под завесой тьмы. Интересно, что нам приготовили преподаватели? Какую хрень задумали?

Совестин ударил посохом о землю. Прокатилась звуковая волна, призванная привлечь внимание. Гул трибун стих, подавленный магией звука.

— Дамы и господа! — прогремел голос преподавателя. — Первое испытание показало нам, кто умеет использовать тактику и хитрость! Но Академия учит не только прятаться в руинах и скрываться от неприятеля! Академия также учит доминировать! Учит ломать сопротивление врага силой и волей! И сейчас мы вместе с вами узнаем — кто из адептов лучше других впитывал знания? Кто внимательно слушал преподавателей, а кто думал об особах противоположного пола?

По залу прокатились смешки. Совестин снова поднял посох и смешки растаяли также, как и появились. Он провозгласил:

— Давайте же увидим то место, где сойдутся две достойные команды! И мы узнаем — будет ли третье испытание, или же Командная Дуэль закончится сегодня? Итак, да будет же показана новая арена испытания!

Глава 2

Туман над ареной Ристалища Чести начал рассеиваться. Он втягивался в скрытые вентиляционные решетки, открывая территорию Арены. В нос ударил солоноватый запах. Запах йода, гниющих водорослей и застоявшейся воды.

Ядрёна медь, они что, сюда море притащили?

Когда белесая пелена окончательно спала, трибуны ахнули. Да и я, признаться, под шлемом Мобильного Доспеха приподнял брови. Организаторы из Академии, видимо, решили, что каменные големы в первом испытании — это слишком скучно и сухо. Теперь они решили устроить нам мокрое дело!

Огромная чаша полигона была почти полностью затоплена. Тёмная вода плескалась от бортика до бортика. Из суровой глубины тут и там торчали острые, как клыки неведомого чудовища, верхушки черных скал. Между ними на волнах покачивалось скопище деревянных обломков: куски корабельных палуб, переломанные шлюпки, толстые бревна, обрывки такелажа и бочки.

Выглядело это так, словно здесь только что разнесли в щепки пиратский флот. Вон, кстати, и флаг с «Весёлым Роджером» плескался в воде. Удручающее зрелище. Только скелетов не хватало для полного антуража и попугая, кричащего: «Пиастры! Пиастры!»

Так, стоп!

Мой взгляд ведаря сразу же уловил движение. Между плавающими деревяшками, разрезая темную гладь, скользнули треугольные серые плавники. Один, второй, пятый… Десяток?

— Офигеть… — восхищенно выдохнул Мишка по внутренней связи. — Они что, реальных акул туда запустили? Или это фантомы?

— А ты сунь туда палец, господин Морозов, вот и проверим, — хмыкнул я в ответ. — Фантом тебе палец не откусит. А вот если это трансмутированные твари из Опасных земель, то они не только палец, они тебе и бубенчики отхватят по самое не балуй.

В центре огромного бассейна, на небольшом каменистом островке, торчала трубой корабельная мачта. На самой её верхушке, метрах в десяти над водой, трепыхался на искусственном ветру заветный алый флажок Академии.

Над ареной сильнее вспыхнули экраны, и голос Иллюминария Георгиевича ударил по ушам:

— Дамы и господа! Второе испытание проверит вашу способность адаптироваться к самым непредсказуемым условиям! Перед вами — «Архипелаг Отчаяния»!

Трибуны взревели. Кровожадная толпа аристократов обожала такие шоу. Чем выше шанс, что кто-то сломает шею или пойдет на корм рыбам, тем громче они хлопали в ладоши.

Ух, прямо как в древнеримском Колизее!

— Правила меняются! — продолжал вещать Совестин. Его посох сверкнул белым светом. — В этом раунде пистолеты с парализующими зарядами отменяются! Вы можете использовать любое оружие, которое принесли с собой! Вы можете использовать любую магию! Ограничители арены на прямой урон сняты, но есть запрет на убийственные техники! Вашей задачей будет прорваться через арену, миновать хищников, забраться на мачту, сорвать флаг и принести его на свою стартовую позицию!

Я скосил глаза на противоположный край арены. Там, на таком же стартовом пятачке, стояла команда Долгополого. Глеб в своем вычурном зеленоватом доспехе выглядел напряженным.

Еще бы! Он же землевик.

А земля под толщей воды и непонятно — на какую глубину сделали кусок моря преподаватели. Это тебе не по камушкам прыгать, тут думать надо. Рядом с ним переминался здоровяк Ковальков, а чуть позади замер Престолов.

— Команды! — рявкнул Совестин. — Надеть Кольчуги Души! Защита на максимум!

Я закрыл глаза на долю секунды, погнал живицу от солнечного сплетения. Кольчуга Души вспыхнула под броней невидимым, но энергетическим панцирем. Я почувствовал, как Мишка и Мизуки сделали то же самое. Воздух вокруг нас заискрил от переизбытка живицы.

— Три! — начал отсчет преподаватель.

Трибуны подхватили, превращаясь в один ревущий организм:

— ДВА!!!

Я чуть согнул колени.

— ОДИН!!!

— Мизуки — по центру! — рявкнул я в эфир. — Мишка — правый фланг! Я беру левый! Никаких поддавков! Замочим этих засранцев!

— СТАРТ!!! — грохнул Совестин.

Мы сорвались с места одновременно.

Так как про использование магии никаких запретов не было, то я решил, что лучший способ защиты — это непредсказуемое нападение. Я даже не стал прыгать на ближайший обломок. Оттолкнулся от стартовой плиты, завис на секунду в воздухе над темной водой, и, вложив в вытащенный кинжал добрую порцию живицы,