На пределе прочности - Дмитрий Валерьевич Иванов

— Я недавно по видику смотрела «День сурка». Там этот… попаданец… тоже мужика в ресторане так спасал, — спокойно пояснила Вера.

Слово «попаданец» неожиданно резануло слух. А потом дошло, что это она так главного героя фильма обозвала.

Решаю, что сегодня всё-таки выпью. Вчера под куранты только полбокала шампусика пригубил, а переживаний за сегодняшний день уже изрядно накопилось.

В кафе потихоньку начал подтягиваться народ. Шпитин и Горин уже на месте. Горин пришёл с девушкой — такой миловидной Олечкой.

Наши девчонки тоже тут: Бочкина, Кузякина, Томнина. Причём все с мужьями. Надо же, как быстро повыскакивали замуж.

А вот Архаровой нет. Она теперь в Ленинграде живёт, и поскольку в посёлке у неё родни почти не осталось, на Новый год, скорее всего, не приехала.

Оп-па…, а чего это Фома с Инкой по разным углам сидят? Они ж вроде ещё до армии поженились.

— Да это… Василенко ему рога наставила, пока он служил, — шепнул мне Кондрат. — Уже и развестись успели. Но как их было не позвать? Всё-таки оба наши одноклассники.

Собралось человек пятнадцать одноклассников, плюс к ним одиннадцать спутников и спутниц. Так что не зря водкой запаслись! Надеюсь, хватит.

Я же неожиданно — а может, как раз вполне ожидаемо — оказался главной местной достопримечательностью. Со мной хотели поговорить даже те, кто в школе в мою сторону и не глядел. Всем интересно было послушать про Москву, политику, Съезд и депутатство. Вопросы сыпались один за другим, будто у нас тут не встреча одноклассников, а моя личная пресс-конференция. Вот она, цена популярности.

Потом были танцы, воспоминания о школьных годах, дурацкие истории из прошлого, которые с каждым новым тостом становились всё героичнее… В общем, посидели душевно.

Вот только пил я зря. Сорвался. Сначала за бабулю переволновался, потом уже задним числом — за отца, ну и решил накатить. Всё пошло по классической схеме: одну за Новый год, потом ещё одну — за встречу, потом кто-то полез с тостами… и здравствуй, тяжёлая голова.

Ох, мать моя женщина… что ж так хреново-то… Это я где вообще? У Кондрата, что ли?.. Точно, у него.

Молодец, кореш, не бросил друга в беде. Хотя ведь мог бы и до дома меня через весь посёлок переть — многие с удовольствием поглазели бы, как видный депутат и ответственный партийный работник лыка не вяжет.

И за руль не сел, хоть и планировал. Тут ведь как рассуждают: посёлок маленький, машин почти нет, а гаишники тоже люди и первого января хотят отдохнуть. Так что ничего страшного не случится, если слегка подшофе на первой скорости тихонько доползти до пункта назначения.

Но я не дал. Ну хоть на это ума хватило.

Да… вспоминаю комнату Кондрата.

Вдруг слышу: на кухне или в зале кто-то шебуршится. Мать его вроде к родне уехала, значит, скорее всего, сам друган хозяйничает.

Ну и чего тогда стесняться? Иду попить водички прямо как был — в одних труселях.

— Штыба, ты охренел?! Мало того что меня сюда уволок, так ещё и голый разгуливаешь! — раздаётся вдруг знакомый голос.

Тут я проснулся окончательно.

Верка Архарова!

Стоп… её же вчера не было. Или была?.. Да нет — точно не было.

И выглядит бывшая первая красавица класса на все пять с плюсом. По мне, так даже краше стала, чем прежде. Высокая грудь под почти прозрачной блузкой намекает, что лифчик Верка с утра надеть не сочла нужным.

Сидит себе на диване, эффектно закинув ногу на ногу. Я-то помню — они у неё красивые. Да и вообще Архарова умела производить впечатление ещё со школы.

— Сорян… ща, — буркнул я и метнулся обратно в комнату.

— А ты как тут оказалась? В посёлке, да ещё и у Кондрата? — спрашиваю минутой позже. Оделся я, надо сказать, почти по-армейски — секунд за сорок пять.

— А ты не помнишь? — нахмурилась Архарова.

— Не-а. Я в последнее время редко пью… режим.

— Понятно… Значит, было у нас что-то или нет — тоже не помнишь? Мы ж вместе сюда пришли. Просыпаюсь — ты рядом лежишь. В одних трусах… Кобель.

— Не может быть! — искренне удивился я. — А почему тогда «кобель», если сама не уверена?

— А кто меня сюда ночевать прийти уговорил? — фыркнула Верка. — Я вообще-то в кафе позже всех пришла. Ты уже тогда был никакущий. Меня увидел — сразу обрадовался, потащил танцевать, потом начал водкой поить… Чтоб я ещё хоть раз…

Архарова внимательно посмотрела мне в глаза и вдруг с надеждой тихо переспросила:

— Так что, правда ничего не помнишь?

— То есть мы с тобой?.. — окончательно растерялся я.

— Угу. Я хоть и в одежде спала, а лифона-то нет, — Верка демонстративно потрясла грудью под тонкой кофточкой. — Так что выводы делай сам.

— Да не было ничего, Верунь! Я вспомнил! — убеждённо заявляю я.

Врать, как и положено депутату, за последний год я научился вполне профессионально. Но, если честно, уверенности у меня сейчас не было абсолютно никакой.

Глава 2

Глава 2

— Фу-у-у… камень с души снял, — протянула Верка и выгнулась при этом так по-кошачьи, что я стыдливо отвел взгляд в сторону.

А вот у меня камень на душе никуда не делся. Что ж получается… Тьфу, да ну его, лучше вообще об этом не думать. Хотя… А ну как залетит? Да и перед Мартой совестно.

Строю физиономию беззаботного самца и пытаюсь вспомнить, когда за мной должна прийти машина от первого секретаря Ростовского обкома. Мне же вечером лететь в Абакан. Причём через Москву — прямого рейса из Ростова нет.

— Чё, молодёжь, проснулись? — ввалился с улицы весёлый Кондрат. — Верка, ну ты вчера дала!

— Я дала?! — у девушки с лица мгновенно слетели все признаки хорошего настроения.

— Ну не я же! — заржал Кондрат. — Притащила сюда Штыбу и говоришь мне: мол, иди погуляй полчасика.

— Как я его могла притащить? Он здоровый, я худенькая… Ну и чё, ты