Лабиринт Аль-Ракса - Виктор Абрамовских

Индия встретила жутким хаосом уже в аэропорту, куда мы прилетели. В спешном порядке людей эвакуировали с курортов, с международной помощью садились и отправлялись из страны самолеты. Кошмар усугубляла жара, постоянные крики, разбавленные детским плачем. Но хуже всего был запах. Ужасный запах мертвых не смогли побороть никакие обеззараживающие средства и уж тем более кое-как работающие кондиционеры. Это у нас тело будет три дня лежать, и мимо него можно пройти, не заметив. Под жарким южным солнцем Индии, казалось, вся округа пропахла сладковато-удушливым запахом разложения на фоне руин и разбросанных вещей.

Это было ужасно. Мне казалось, что я попал в ад. Но, взяв себя в руки, я смочил в воде платок, завязал лицо…

Я начал бродить среди разрушенного побережья как неприкаянный, сам не зная, что хочу найти. Искоса поглядывал на разрушенные дома, вывернутые пальмы, выброшенные далеко в глубь города парусные лодки. Горе и трагедия людей. Картины окружающей действительности вгоняли в ужас, но я словно заледенел изнутри. Меня волновала только моя семья, я прилетел сюда за ними. Я должен их найти.

Задача усложнялась тем, что отдыхали мои не на самом побережье, а на острове, расположенном неподалеку от него. И как туда добраться? А индийцы… Они ни черта не понимают по-русски! Вот по-английски понимают, но тут их не понимаю уже я. Я немецкий учил.

Вечером меня выловила какая-то старая индианка. Схватив за руку, она потащила меня за собой. Я сопротивлялся, не понимая, чего она от меня хочет, но женщина проявила завидное упрямство и затащила меня в какой-то чудом уцелевший дом. А через пятнадцать минут передо мной уже стояла пиала с горячей овощной похлебкой и чашка с зеленым чаем.

Ближе к ночи все прояснилось. Пришел ее сын, который — о чудо! — говорил по-русски. Естественно, я рассказал ему, почему я брожу по побережью и почему не помогаю спасателям разгребать завалы. Показал фотографии жены и детей в телефоне. Я был уверен, что цунами застигло моих родных на острове, и их либо эвакуируют и они попадут в один из центров спасения, где я уже отметился и оставил свои данные, либо… случилось самое страшное. Только думать об этом мне упорно не хотелось. Но я допускал мысль, что мои все еще там, на острове, в зоне катастрофы. Хотя тут везде зона катастрофы. Слишком обширным было цунами.

Парень покивал понимающе. И рассказал, что он возил русских туристов на остров на стареньком пароме. Поэтому и знает русский язык. Но паром сейчас конфисковали военные. Они как раз и занимаются эвакуацией и помощью местным, оставшимся на острове. Каждое утро туда отправляют медикаменты и предметы первой необходимости — воду и еду для спасателей и добровольцев. Другие корабли и лодки либо повреждены, либо требуется много времени, чтобы спустить их на воду. Многие корабли цунами затащило далеко на берег. Паром сразу перевернулся и затонул, поэтому его смогли быстро откопать — он был засыпан песком у самого берега. Техники там особо не было и ломаться было особо нечему. Переставили запасной мотор, вычерпали воду — и в путь. Несколько человек в очень плохом состоянии сразу же вывезли вертолетами в Дели, как местных, так и туристов. Так что мои родные могли миновать центры эвакуации.

Парня звали Канги. Он очень живо отреагировал на мою беду. Всю ночь мы, тратя его рупии, дозванивались до Дели, пытаясь выяснить, нет ли там моей семьи. Обзвонили все больницы, но оказалось, что моих нет и там.

_____________________________

Дорогие читатели, рады всех приветствовать на страницах нашей совместной истории. Чтобы не пропустить продолжение, добавляйте книгу в библиотеку, а чтобы нас поддержать — ставьте лайки.

Глава 2

Уже под утро я наконец забылся тревожным сном. Хотя я скорее потерял сознание, чем уснул. Но даже во сне я не прекращал искать свою семью. Какой день я уже не спал? Второй? Или третий?.. Кажется, прошла целая вечность, разделившая мою жизнь на до и после.

Утром Канги разбудил меня очень рано.

— Пойдем, паром скоро отправляется.

— Разве военные нас пустят? — удивился я, растирая лицо ладонями.

— Конечно. Скажешь, что семья твоя там. И что будешь помогать разбирать завалы. Они берут всех, кто хочет помочь. Почему они не пустят? Со всей страны едут помогать.

— Как я скажу? — растерялся я, понимая всю суть проблемы языкового барьера.

— Я поеду с тобой.

— Спасибо тебе! — сказал я с чувством.

— Так должен поступить каждый, — просто пожал плечами Канги.

Уже потом я много думал о том, что это, наверное, странно — помогать абсолютно незнакомому человеку. Я терялся в предположениях, строя теории и выдвигая гипотезы. Но факты были неизменны: мне помогли. Просто. Бескорыстно. И по-человечески. Может быть, Канги изначально был обычным добрым парнем. А может, и не был. Он мог так же быть хитрым и ушлым делягой, сдирающим деньги с наивных туристов. Кем Канги был раньше — мне было неизвестно.

Я знал одно: люди меняются. Глядя на творящийся вокруг нас ужас, на смерть, горе и слезы, — люди меняются. Но каждый меняется по-своему. В беде рождаются как самые беспринципные подлецы, пытающиеся нажиться на чужом горе, так и наоборот. Подлецы вдруг становятся самыми честными и бескорыстными людьми, помогающими окружающим просто потому что так надо. Потому что так правильно. Герои, которые не носят плащи, тоже рождаются в пору больших испытаний. Большое горе — это великая кузница, которая перековывает многих.

Меня же эта «кузница» просто заморозила изнутри. Ощущал себя роботом с одной рабочей директивой. Но я, пока не нашел свою семью живой или мертвой, не мог позволить себе испытывать какие-либо чувства. Я просто выключил их, иначе не мог бы ничего делать. Это потом я буду орать и разбивать кулаки в кровь о стены; потом буду просыпаться в ужасе от тех картин, что увидел в Индии; потом буду лечить посттравматическое расстройство, а когда лечение не поможет, буду напиваться в хлам, надеясь утопить видения в алкоголе. Но здесь и сейчас я просто не имел на это права. Хотя и понимал, что надежд на благополучный исход оставалось все меньше и меньше. С каждым новым часом надежда таяла как грязный ноздреватый снег под жарким южным солнцем.

Тех, кто мог передвигаться сам, уже вывезли в пункты помощи. С прибытием спасателей эвакуировали и раненых, которых достали из-под завалов или сняли с крыш, куда люди забрались, спасаясь от воды. Чудо, но были и такие выжившие. Кто-то,