Ада 2 - Гала Мрок

Быстро наматываю бинт, затягиваю узел, проверяю, чтобы не было слишком туго.

— Готово, — поднимаюсь, вытираю остатком материала его бледное лицо. Пальцы невольно задерживаются на щеке — кожа холодная, влажная.

— Теперь проверить машину, — он касается прохладными губами моих пальцев.

— Как ты себя чувствуешь? — в догонку спрашиваю его, всматриваясь в покачивающийся силуэт.

— Отлично, — отвечает через плечо, прихрамывая, приближаясь к машине.

Судя по его виду, я понимаю, что он врёт. Вижу, как с каждой минутой он становится всё бледнее, холодный пот бисером усыпает всё его лицо, взгляд теряет фокусировку. Ледяная тревога поднимается в груди, пытаясь погасить маленький очаг надежды на положительный исход. Гоню от себя эту дрянь. «Иди на хер, — мысленно посылаю тревогу».

Кайл садится в машину, поворачивает ключ. Двигатель сразу отзывается удовлетворительным ворчанием.

— Отлично, — выходит, стирая пот рукой.

Беру со стола бутылку. Поворачиваю крышку, молясь, чтобы там была вода. Нюхаю — чисто. Пробую на кончик языка — вода. Протягиваю Кайлу.

Он выставляет ладонь с посиневшими кончиками пальцев:

— Нет. Сначала пей ты. Вдруг я заразен.

Встречаюсь с темными глазами — в них продолжает гореть жизненный свет. Значит, не всё потеряно. Делаю несколько жадных глотков и отдаю половину.

Кайл тут же присасывается к бутылке, выпивает всё до конца.

— А теперь слушай меня внимательно, — холодная ладонь дотрагивается до моей щеки, большой палец поглаживает кожу. — Что бы ни случилось, ты едешь в Монс. Логан тебе поможет добраться к родителям или оставайся там…

— Кайл, ты же сказал, что с тобой всё нормально, — сжимаю его пальцы.

Он молча отстёгивает кобуру с пистолетом с пояса, цепляет мне на ремень. Пальцы слегка дрожат, движения неточные.

— Зачем? — хмурясь, слежу за его действиями.

— Так надо, — он расстегивает свой ремень. — Я лягу на заднее сиденье, ты сядешь за руль, будешь внимательно следить за дорогой и за мной. В случае чего ты знаешь, что со мной делать.

— Пожалуйста, Кайл, скажи, что всё хорошо, — мой подбородок начинает предательски дрожать, когда я смотрю в его усталое и восковое лицо.

— Всё хорошо, — шепчет он, наклоняется, целует меня в висок.

Подаюсь ближе, тянусь к его губам, но он выставляет палец, останавливая меня:

— Нельзя. Это может быть опасно.

Его начинает вести в сторону, он расставляет ноги, ловя баланс. Подхватываю его под руку.

— Та-а-к, мне нужно присесть, — шепчет, бережно опираясь на меня.

— Ты справишься. Ты сильный. Ты обязательно справишься, — твержу как мантру, помогая ему сесть.

— Ада, любимая моя девочка, — его голос звучит всё слабее. — Прости, что так вышло. Чёрт… — он встряхивает головой, пытается сфокусировать на мне взгляд. — Ты — моё всё, и мне до одури не хочется тебя оставлять одну в мире, где на каждом шагу тебе потребуется защита.

— Так борись! Не оставляй меня, — обхватываю его лицо, покрываю холодную кожу поцелуями. — Я люблю тебя, Кайл. Слышишь? Люблю тебя!

— Наконец-то ты это сказала, — кривая улыбка появляется на его губах и тут же бессильно уголки губ возвращаются на место.

Трясущимися руками он подносит кожаный ремень к своему рту.

— Это на случай, если я стану тварью, которая решит убить тебя. Намордник из подручных средств. Помоги застегнуть, — его язык еле ворочается, слова растягиваются, словно пьян.

Он зубами закусывает кожу ремня, заводит концы за затылок, кивком давая понять, что пора застегнуть. До конца не понимая реальность происходящего, делаю, что он велел.

— Готово, — комментирую, делая шаг назад.

Внутри всё обрывается, когда я вижу, как карие глаза исподлобья смотрят на меня, жизненные искры гаснут, зрачки закатываются, тело валится вперед. Удерживаю его, не давая упасть. Не знаю, откуда у меня взялись силы, но я затягиваю тяжёлое тело Кайла в салон.

— Держись, Кайл! Держись, мать твою! — истерично кричу, обегая кузов. — Ты не можешь умереть! Ты обещал быть со мной!

Глава 2

Снимаю замок с ворот, швыряю в сторону — он с громким лязгом падает на бетонный пол. Толкаю ворота: они со скрипучим стоном распахиваются. Одно полотно упирается во что‑то и по инерции начинает обратно закрываться. Упираюсь руками, толкаю его обратно. Сопротивление исчезает — и я с трудом удерживаю себя от падения, уцепившись пальцами за ржавую ручку двери.

Обглоданная кисть хлопает по металлу рядом с моей рукой. Отпрыгиваю назад, хватаю с пола арматуру. Тут же делаю взмах — бью твари по костлявой конечности. Та с влажным хрустом ломается, повисая на синем изодранном рукаве.

Но мертвеца это нисколько не тревожит. Он рваным движением выбегает на меня. На голове — оранжевая каска, горло разорвано, синяя форма в коричнево‑бурых пятнах и дырах. Тварь скалится, открывает рот, тянет ко мне одну уцелевшую руку.

Со всей злостью, которая бурлит во мне, как горная река, бью в мертвецки‑белый глаз. Арматура вонзается в глазницу, проходит сквозь мозг. Зомбак мешком падает назад.

Со скользким звуком вытаскиваю своё оружие из его черепной коробки, вытираю кровь об единственно чистый участок на его одежде и разворачиваюсь к машине. Сердце тарабанит, будто десятки копыт бьют в грудь. Одна мысль пульсирует в голове: «Спасти Кайла!»

Подбегаю к машине. До ушей доносится множественное рычание. Бросаю короткий взгляд в распахнутые ворота: дождь прекратился, в сумраке вижу, как в мою сторону бегут фигуры — сгорбленные, дерганые, с вытянутыми руками. Страха нет. Всепоглощающая злость на всех и всё вокруг заполнила меня под завязку, вытеснив остатки паники.

— Ну уж нет, суки, сегодня без ужина! — выплевываю слова, запрыгивая за руль. Пальцы уверенно хватаются за ключ зажигания.

Поворачиваю его — движок отзывается готовностью, довольно порыкивая, словно понимает, что сейчас начнётся гонка не на жизнь, а на смерть. Оборачиваюсь на Кайла: лицо бледное, как бумага, глаза закрыты, веки подрагивают в каком-то лихорадочном ритме. Всё лицо покрыто холодным потом, короткие тёмные пряди прилипли к коже. Ремень плотно натянут между губ — этот импровизированный намордник выглядит так дико, так жестоко, так неправильно…

На секунду замираю, борюсь с желанием выдрать эту чертову штуку у него изо рта. Но хлопок по кузову отвлекает меня — резко поворачиваю голову.

Долговязая, высокая женщина с остатками бигудей на рыжих волосах стоит у борта. Вместо глаз — провалы, нос