Игра без сохранений - Кирилл Мальцев

Повернув голову, она увидела, как один из преследователей приземлился неподалёку от неё.

* * *

— За воровство алхимических изделий и устроенный пожар в лаборатории достопочтенного мастера Виглафа обвиняемый приговаривается к смерти, — зачитал приговор тучный, лысеющий мужичок. — Исполняйте! — повернулся он к палачу, держащему в руках массивный топор с широким лезвием. На эшафоте, перед палачом, стоял на коленях худой, потрёпанный мужчина.

Слова судьи доносились словно из-под воды. Денис быстро заморгал, пытаясь отогнать видение. Безуспешно.

Он стоял в первых рядах посреди толпы, которая собралась вокруг эшафота. Рука сжимала рукоять меча. Латный доспех давил своей тяжестью на плечи.

— Что происходит? — прошептал Денис сам себе.

— А? Вора казнить будут, — кто-то из стоящих рядом ответил Денису.

— Что происходит?! — Денис попытался расстегнуть нагрудник, но пальцы лишь беспомощно скользнули по металлу. Тяжёлый доспех сдавливал грудь, а окружившая его толпа не давала вдохнуть.

Его голос прогремел над площадью. Толпа замолчала, и ближайшие к Денису люди отшатнулись от него. Обвиняемый поднял голову и, заметив Дениса, воскликнул:

— Пощадите! Клянусь, я ничего не поджигал! Мастер Виглаф лжёт! Да, я украл немного трав, признаю! Но только для того, чтобы вылечить сына! Умоляю, пощадите! — его голос сорвался, а по грязным щекам потекли слёзы. — Астирия обещала помогать беженцам! Обманщики!

Астирия? Чего? Я что, уснул? — метались мысли Дениса. Он быстро ущипнул себя за руку. Боль была настоящей, но площадь не исчезла. Толпа с любопытством наблюдала за ним.

— Как же, конечно, мастер Виглаф, уважаемый житель Старпорта, лжец, — усмехнулся судья. — А ты, ингарийская шавка, святой, — после этих слов он обратился к палачу: — Пора с этим заканчивать. Рубите.

Палач перехватил топор поудобнее и приготовился пустить его в ход. В этот же момент Денис ощутил чьё-то присутствие — словно строгий, укоризненный взгляд проник в каждую клетку его тела.

Этого нельзя допустить! — мысль обожгла его разум. Она не принадлежала Денису, но он не мог не подчиниться.

— Именем Веритас! Остановитесь! — слова сами вырвались из его уст. Несколькими широкими прыжками он оказался возле палача.

Палач замер, не решаясь завершить казнь.

— Что это значит? — судья побагровел. — Кто ты такой, чтобы решать его судьбу?

— Я служитель богини Веритас, — голос Дениса звучал глухо, но твёрдо. — Богиня требует казнить лишь виновных. Этот человек назвал себя беженцем из Ингарии. Где доказательства его вины, кроме слов мастера Виглафа? И где сам Виглаф?

Толпа загудела. Судья на мгновение замялся, но быстро пришёл в себя:

— Доказательства? Да весь Старпорт знает мастера Виглафа! А это, — он ткнул пальцем в обвиняемого, — вор и поджигатель! К тому же ингариец. Вы что, сомневаетесь в справедливости астирийского суда?

Злость разливалась жаром в теле Дениса.

— Я сомневаюсь, что здесь вообще был суд, — сказал он, положив руку на эфес меча. — Этот человек предстал не перед судьями, а перед толпой. Властью, данной мне богиней правосудия, я отменяю приговор. Найдётся ли среди вас тот, кто захочет мне помешать? — Денис обвёл тяжелым взглядом толпу, остановившись на судье. — Может, ты?

Никто не осмелился идти против воли богов.

— Отлично, — Денис выхватил меч из ножен и разрезал путы с подсудимого. — Ты свободен.

— Спасибо! — подсудимый смотрел на Дениса с восхищением. — Позвольте узнать ваше имя?

— Родгар, — Денис чуть было не назвал своё настоящее имя, но имя Родгар само вырвалось из его уст.

— Я не забуду вашей помощи…

— Подождите! А кто заплатит за украденные травы? — влез в разговор судья.

Рука Дениса сама потянулась к мешочку, закреплённому на поясе. Достав золотую монету, он бросил её под ноги судье. Тот со злостью во взгляде подобрал её. Ещё несколько монет он протянул спасённому мужчине.

Толпа начала расходиться. Слабость окутала Дениса. На тяжёлых, подгибающихся ногах он спустился с эшафота и устремился к безлюдному переулку.

Укрывшись от посторонних глаз, он прислонился спиной к стене и медленно сполз по ней на промёрзшую землю.

— Тяжёлая ноша — нести справедливость богов, — смеющийся женский голос донёсся с другого конца переулка.

Денис устало повернул голову.

* * *

Стражник выводил посохом узоры в воздухе. На его навершии сгустился огонь, постепенно превращаясь в шар. Оля, стиснув зубы, изо всех сил тянула на себя крышку лаза. Когда заклинание было готово, стражник хищно оскалился и направил посох на беглянку. Огненный шар сорвался с посоха и устремился к Оле.

Крышка наконец-то поддалась, и Оля в последнее мгновение нырнула в канализацию. Заклинание прошло на волосок от её тела.

Приземлившись, Оля окинула взглядом пространство. Вокруг — кромешная тьма. В нос ударили запахи сырости и гнили. Где-то вдалеке капала вода. Прижавшись к стене слева, Оля устремилась вперёд, пока не наткнулась на ответвление тоннеля. Сзади раздался шум — её преследователь спрыгнул следом за ней.

Нырнув за угол, Оля затаила дыхание. Из тоннеля, откуда она пришла, послышались тяжёлые шаги.

— Тебе не выбраться, — донёсся голос. — Не заставляй меня бегать за тобой, — с этими словами к звукам шагов прибавился свет — по всей видимости, стражник использовал очередное заклинание.

Зажав ладонью рот, Оля беззвучно заплакала. Другая рука сама нащупала пряжку ремня. Щелчок — и в руке появился маленький нож.

Шаги приближались, а вместе с ними и тень преследователя. Стоило ему поравняться с проходом, в котором пряталась Оля, как она с воплем бросилась на него. Первый удар пришёлся в нагрудник. Нож отскочил, брызнув искрами. Стражник занёс посох, но тело Гиды уже действовало быстрее мысли. Оля шагнула в сторону, перехватила его руку и всадила нож под подбородок.

Тёплая кровь хлынула на пальцы. Стражник захрипел, выпустил посох и рухнул на каменные плиты.

Оля отшатнулась. Пальцы разжались, и нож со звоном упал на пол. Девушка смотрела на кровь, не понимая, как её рука могла сделать это так быстро.

— Пожалуйста, хватит! — прокричала она, не выдержав напряжения.

Оля села на пол, прижалась к стене и заплакала, прикрыв лицо руками. Её рыдания эхом разносились по канализации.

Шлёпанье босых ног заставило её замолчать. Она повернулась на звук и затравленно посмотрела в темноту тоннеля. Свет на конце посоха продолжал гореть, хоть и тускнел с каждой секундой, и вскоре во мраке начал проступать силуэт ребёнка. Оля схватилась за окровавленный нож.

— Он тебе не понадобится, — раздался тонкий девичий голос из темноты. — Не бойся.

На удивление, эти слова волшебным образом подействовали на Олю. Страх начал отступать.

— К-кто ты? — всхлипывая, спросила Оля.

— Сейчас это не важно. Я помогу тебе выбраться. Тебя ждут друзья.

Девочка вышла на свет. Босая, в лёгком