Мастер Трав 12 - Ваня Мордорский

Виа скользнула обратно в корзину, а Грэм отпустил руку Морны.

И вот еще что странно: во время превращения в зверя она себя не контролировала и нас с Грэмом явно не узнавала, а вот у Чернорука такой проблемы не было. Это из-за того, что он привык к своей Измененной форме? Или дело в чем-то другом?

Морна вдруг глухо, жалобно застонала и с трудом приоткрыла глаза. Желтое свечение исчезло. На меня теперь смотрели желтые глаза с вертикальными зрачками, а то ощущение присутствия дикого, первобытного хищника исчезло без следа.

Грэм выдохнул с облегчением.

А я понимал, что если бы я сегодня не рискнул, если бы не создал эту экспериментальную выжимку с Женьшенем и пасленом, отваром я бы ее не вытащил.

Морна обвела мутным взглядом разгромленную комнату, посмотрела на паутину, на Грэма, на Шуршу, и, наконец, ее взгляд сфокусировался на мне.

— Спасибо, — прошептала она пересохшими губами. — Ты… успел.

В глазах ее плескалась благодарность, но сил произнести еще что-то у нее просто не было. Борьба со зверем отняла все.

Я покачал головой. Я-то знал, что не успел, но говорить об этом сейчас не имело смысла. Я осторожно прикоснулся к ее руке, кожа на которой еще была красноватой и воспаленной после сошедшей шерсти и дал ей живы.

— Всё закончилось, Морна. — попытался я успокоить ее, — Такого больше не повторится. Запас у тебя будет.

Она как-то вяло кивнула.

Шурша позвала детей, те влетели в комнату, бросились к матери и обняли ее. Морна слабо улыбнулась, прижимая к себе девочек дрожащими от слабости руками.

Вернее…бросились только двое. Малик, похоже, не совсем понимал, что происходит, ну а Лорик просто был испуган.

Шурша, тем не менее, не спешила отдавать паукам приказ убирать нити.

— На всякий случай, — тихо сказала она, перехватив мой вопросительный взгляд. — Пусть еще так немного посидит.

Грэм понимающе кивнул. Он посмотрел на Морну, на плачущих детей, закинул секиру на плечо и молча вышел на улицу, понимая, что его присутствие здесь сейчас лишнее.

Я бросил последний взгляд на успокаивающуюся Морну, развернулся и тоже следом за стариком вышел во двор.

Я тяжело опустился на бревно. Не хотелось ни с кем говорить. Хотелось просто подумать.

Потому что когда я увидел Морну, которая скидывает с себя звериное обличье, в моей голове что-то щелкнуло, какая-то важная мысль.

Важная для всех нас.

Ночной паслен. Он невероятно усилил свои свойства, когда я заставил Золотой Женьшень впитать его сок. Именно поэтому подавление сработало так мощно и быстро. Но Женьшень был лишь губкой, носителем — суть в самом паслене. Это растение и так было эффективно само по себе, но что если заставить его эволюционировать?

Одна эволюция, потом вторая, а может и третья?

Да, это займет время и тут больше зависит от самого растения. Но у эволюционировавших растений свойства возрастают кратно. Несколько этапов эволюции — и обычный ночной паслен превратится в нечто, способное подавлять звериные порывы даже небольшим количеством. А если из такого эволюционирующего паслена сделать эссенцию? Это будет максимально убойная смесь, которая будет глушить абсолютно любые всплески звериной натуры.

И думал сейчас я вовсе не о Морне.

Измененные. Вся стая Чернобрюхого. Вся их чудовищная сила, их регенерация, их способность раздувать мышцы перед атакой — это всё проявление их звериной натуры. Это мутация, выпущенная на свободу.

Я посмотрел на корзину, где пряталась Виа. Что если через нее, или через других симбионтов во время боя ввести такой «усиленный» паслен? Что тогда? Измененный станет абсолютно пассивен?

Если это работает на Морне, это не может не работать на других Измененных. Их сила именно в этой звериной натуре, которую можно подавить.

Это же идеальное биологическое оружие против Измененных. Даже если не через симбионтов, то достаточно нанести такую густую смесь на лезвие секиры Грэма или или другое оружие, и когда через любую, даже небольшую рану он попадет в кровь, то снизит боевые качества такого врага.

На крыльцо тихо вышла Шурша.

— Всё в порядке, — произнесла она, глядя на меня глазами.Всеми. — Кажется, кризис миновал окончательно, она уснула.

Я молча кивнул, поднимаясь с бревна. Впереди было много работы.

Начну с изгороди. Кажется, пора из нее сделать мутанта.

Кромка

Эйна стояла неподвижно. На ней не было привычного платья, а была плотная черная кожаная броня, и волосы были завязаны в пучок. На поясе было несколько кинжалов и короткий меч. Им она владела неплохо. Хотя, всё же, дойди дело до сражения с лесными тварями, она бы предпочла в него не вступать. Чуть позади стоял личный охранник — один из охотников, присланных недавно из столицы вместе с посланием ее Наставника. Надежный и верный человек. Не ей, наставнику. Даже тут он пытался всё контролировать. Он отпустил поводок лишь на несколько недель, не больше, и снова захотел всё контролировать. Или же временно дал иллюзию свободы. Эйна стиснула зубы. К сожалению, это реалии Гильдии. Всегда есть кто-то выше, влиятельнее и сильнее — кто-то, кому ты должен или обязан.

Она покачала головой и шагнула поближе к развалинам старой хижины, поглощенным мхом и ползучими лианами. Крыша давно рухнула внутрь, а прогнившие бревна торчали, как ребра мертвого животного. Лес почти полностью переварил следы человеческого присутствия.

Она медленно обошла руины по кругу, ее полусапожки бесшумно ступали по листве. Глаза сияли ровным зеленым светом, из-за которого выражение ее лица казалось холодным и неприступным. Мысли же ее были не совсем тут, а прокручивали послание Наставника. Там говорилось о новой информации, которую он сумел добыть. От кого — он не сказал, но Эйна предполагала, что опять от кого-то из друидов.

Роща Ушедших.

Скрытое место, куда на протяжении поколений уходили умирать старые сильные травники, чувствуя приближение конца. И уходили они не только из Янтарного, а и из других поселков. Наставник не сказал, что из себя представляет эта роща, но вряд ли просто кладбище, иначе бы оно не заинтересовало ее учителя.

И теперь ее главной задачей было найти это место. Вернее, примерное местоположение она уже знала, учитель дал ориентиры, а вот добираться туда придется ей. Никому другому поручить это дело нельзя. Еще одна задача на ее плечи.

Она перешагнула через трухлявый порог и зашла внутрь обвалившегося дома. Пахло сыростью и грибами.

Ничего. — подумала Эйна,