Империя Петра и Павла - Сумасшедший Писака

— Что ж… — Протянул Петр, задумчиво глядя на дочь маркиза Басталиса, сквозь хрусталь бокала. — Предложение и правда, заманчиво. Выгодно. Но мне нужно время на размышления.

— Как пожелаете, Ваше Высочество. — Томно улыбнулась Элизабет, и одним махом осушила свой бокал до дна, после чего прижала его к груди. — Возьму себе на память, о нашей встрече.

Принц невольно улыбнулся. Этот жест девушки был и полон сексуальности, и милости, и нежности, и… чего-то родного, желанного, но при этом чего-то, что ускользало от него вместе с ней, как вода сквозь пальцы.

— Почту за честь. — Тем не менее, произнес он. — Как мне с тобой связаться?

— О! — Воскликнула девушка, подходя ближе к будущему императору и наклоняясь к нему. На миг, остановившись чуть с боку, от его лица, она заглянула в голубые глаза потомка Основателей. — Я сама вас найду Ваше Высочество, через пару дней. — Ее губы нежно коснулись его гладковыбритой щеки, оставляя легкий след помады.

Петр тонул. Тонул в омуте каких-то странных эмоций и чувств. Даже разум, закаленный и воспитанный самоконтролем не выдерживал этого чувства.

Любой мужчина, однажды встретивший ту самую, СВОЮ, женщину, поймет его без лишних слов, а тот, кто не встречал… что ж… остается надеяться, что им, однажды, повезет встретить свою «ту самую».

А Элизабет Басталис, тем временем качая своими шикарными бедрами, пересекла комнату и остановилась у гардероба, где сменила халатик на длинный плащ, укутавшись в него. Закончив облачение, она подняла свой взгляд на будущего правителя.

— Ваше Высочество… — Она манерно сделала реверанс, после чего накинула капюшон и, открыв дверь, выскочила наружу, оставляя Петра наедине со своими мыслями.

Собственно вот тогда он и прошел к бару, невидящим взглядом пробежался по рядам бутылок, и подцепив коньяк, направился на выход. А уже по возвращению в свои покои во дворце, продолжил заливаться алкоголем в тщетной попытке убежать от себя, и… реальности.

В очередной раз, тяжело вздохнув, Петр все же отодвинул от себя тарелку и, подхватив стакан с минералкой, залпом осушил его до дна.

Стало немного легче. Мысли начали выныривать из тумана и сладких воспоминаний, которые сегодня отдавали ему не только сладостью, но и некой горечью.

— Иван! — Громко позвал своего помощника будущий император.

— Да Ваше Высочество? — Тут же спросил появившийся, как чертик из табакерки Прихожий.

— Там, брат мой что-то сообщить собрался. Включи. — Распорядился он. — И минералки еще, и что-то от похмелья. — Скривив лицо, попросил принц.

— Сию минуту, Ваше Высочество. — Понятливо кивнул Иван Степанович, и развернувшись тут же замахал руками, отдавая слугам немые команды.

Буквально в течение нескольких минут на обеденном столе уже было убрано, а перед самим Петром стоял плоский ноутбук, рядом с которым красовался стакан с минеральной водой.

Протянув руку, принц в один присест выпил живительной влаги, чувствуя, как наслаждение разливается по организму.

— Кофе. — Бросил он короткий приказ через плечо, и, подцепив пальцами крышку ноутбука, открыл его и вжал кнопку включения. — Посмотрим, что ты скажешь, братец.

Тем временем трансляция уже шла.

— … наша Деодона! — Говорил с экрана Павел, стоя в картинной галерее. — Наша страна, данная нам как дар Божий… она пала. Погибла там, вместе с детьми. И это уже окончательно…

Петр, тяжело дыша, сжал кулак, борясь с поднимающимся из недр его души гневом. Да, он понимал, что брат делает все что может, чтобы избежать крови, но… но в понимании принца действия кронпринца несли в себе следы измены. Измены родине, предкам и самому народу. Нет. Империя превыше всего. Так его учил отец. И именно это стало причиной… причиной того, что Петр сейчас оказался в этой ситуации.

К сожалению, мало кто из людей умеет признавать свои ошибки. Конечно! Намного проще найти виноватого и переложить ответственность за неудачу на его плечи. Это ведь только победы, каждый норовит присвоить себе.

Так и младший сын покойного императора, винил во всем исполнителей. Людей князя Белостоцкого, которые не смогли убрать брата чисто и наверняка…

Увы. Увы, и еще раз увы! Петр не мог понять, что не будь Павел жив — его самого ждала бы полноценная гражданская война, поддержанная всеми соседями. Такой шанс разорвать в клочья великую Деодону — не упустил бы никто.

— … объявляю о разделении нашей страны на две империи — Империю Павла и Империю Петра. Северо-восток Деодоны отныне является суверенным государством, со всеми органами самоуправления… — Вещал тем временем братец, заставляя теперь уже будущего императора Империи Петра, нервно сжимать от ярости кулаки.

Схватив стоящую возле него чашку с горячим кофе, принц не задумываясь швырнул ее в стену. По белому мрамору, щедро укрытому позолотой, потекли коричневые разводы бодрящего напитка.

— Ненавижу! — Наконец-то признался в истинном отношении к брату принц. — Ненавижу.

Захлопнув крышку ноутбука, Петр повел глазами в поисках своего помощника.

— К коронации все готово? — Резко спросил он.

— Давно, Ваше Высочество. — Тут же ответил Прихожий, на всякий случай глубоко поклонившись. Таким злым он своего господина еще не видел.

— Распорядись, чтобы она состоялась как можно скорее. — Потребовал он, а после замолчал, о чем-то раздумывая. — И вызови ка ко мне, князя Белостоцкого Вадима Никодимовича. — И пока слуга не успел уйти, добавил. — И Меньшикова.

— Будет сделано, Ваше Высочество. — Тут же отозвался помощник, спешно удаляясь выполнять поручения начальства.

Через пятнадцать минут, два князя сидели в кабинете без пяти минут императора и ждали, что он им скажет. А тот молчал. Молчал в очередной раз, взвешивая в своей голове все за и против.

— Господа. — Наконец-то нарушил молчание Петр, поворачиваясь к главе кабинетов министров и старшему советнику императора при тайной канцелярии. — Новости вы все знает, так что повторяться не буду. Я позвал вас, чтобы поговорить о другом моменте. — Он внимательно вгляделся в Белостоцкого, а затем и в Меньшикова. — Надеюсь, я не зря выбрал вас, как тех самых людей, на которых я могу положиться.

Вадим Никодимович бросил опасливо-недовольный взгляд на Георгия Романовича, который оставался самим спокойствием. Словно айсберг в океане. Да. Именно такое впечатление производил на окружающих глава тайной канцелярии в те дни.

— Со мной вчера встретил… — Петр на секунду замолчал, решая какое правильней было бы сделать окончание. — Встретился представитель одной из организаций правящих кругов Западной Конфедерации.

— Предлагали власть над всей страной? — Предположил Меньшиков с холодным интересом.

— Да. — Кивнул в ответ Петр.

— И что вы им ответили? — Подобрался Белостоцкий.

— Что подумаю. — Усмехнулся принц, садясь в свое рабочее кресло. —