Ирина Орковна - Вера Платонова

— Правда позвали? — шепнул он Ирке.

— Кривда! Решила тебя выручить.

— Спасибо! Вырра, я не переживу эту ночь. Они меня на куски разорвут к утру.

Они снова пробрались к ступени, на которой сидел Хорт и подошли к нему.

— О, великий Дун Гоорн! Преклоняем свои колени пред тобой! — завела Ирка подобострастную песнь.

— Да ладно вам! — захохотал Хорт. — Неплохо, да, все обернулось? Я всегда подозревал, что у меня великое будущее!

— Стать могучим осеменителем? — скептически спросила Ирка.

— Нет, стать спасителем и отрадой для целого города. Ну кто, если не я?

— Хорт, ты серьезно хочешь остаться здесь? — спросил Дом.

— А кто ж не захочет? Только дурак, — удивился Хорт.

— Хорт, но ты же целитель по призванию, у тебя золотые руки, ты много чего знаешь и понимаешь, здесь ты просто похоронишь свой талант! Так нельзя! Пойдем завтра с нами! — стала убеждать его Ирка.

— Нет, друзья мои. Нужно ли вам говорить, что я не искатель приключений по зову души своей? Мне здесь будет хорошо, я это знаю. Зачем испытывать судьбу? А насчет целительства… Так я и тут, наверняка смогу применить свои знания.

Тем временем за стол вернулись сёстры-правительницы и продолжать этот разговор при них стало неудобно.

— Подумай хорошо! — шепотом сказала Хорту Ирка, выразительно посмотрев на него. — Нам без тебя будет грустно!

— Дай-ка взгляну на тебя! — Ризеда вдруг бесцеремонно взяла ее за подбородок пальцами и посмотрела в глаза. Взгляд у нее был, мягко говоря, колючий. Ирке показалось, что она этим самым взглядом запрыгнула ей в голову, погуляла там, заглянула в разные уголочки, а затем вынырнула назад, оставив неприятное пощипывание в глазах.

— Глянь-ка, Мизеда, не находишь ли ты чего-то интересного в глазах этой Рыжей?

Та мазнула по Иркиному лицу коротким взглядом, затем присмотрелась.

— Хм, любопытно. Пойдем-ка с нами, покажем тебе храм!

— А нам можно? — спросил их Хорт.

— В другой раз, Дун Гоорн, мы тебя туда сводим. Пока только с ней.

Они повели Ирку по ступеням к возвышающемуся над площадью храму.

Внутри ничего любопытного она не обнаружила. Простое убранство и минимум предметов. Единственное, что бросалось в глаза: куколки с соломенными волосами и свежими свечами при них. Несколько чашек стояли прямо на полу с разным непонятным несведущему человеку содержимым. Внимание Иры привлекла только труба на распорках, приставленная к узкому окну, видимо, аналог телескопа. Похоже, что жрицы здесь занимались наблюдением за небесными светилами.

Она еще раз огляделась. В одном из углов притулилась кукла с темными волосами, свеча перед ней стояла тоже темная.

Ризеда заметила ее взгляд и пояснила:

— В нашем мире есть не только солнце и день, но также луна и ночь. Там где есть Дун Гоорн, Солнечный жеребец, есть и Сонема Гоорн, Ночная кобылица. И если Дун Гоорн несет в себе созидание, то Сонема — разрушение. Только ей мы отдаем дань здесь, в стенах храма, лишь отдаем дань, повторю я, но никогда не призываем. Призвать Сонема Гоорн в человеческом обличьи равно навлечь беду.

— Когда-то это случалось? — с интересом спросила Ирка.

— Случалось, и не так давно, пару десятков лет назад или чуть больше. Я только стала верховной жрицей Тегерая, а моя сестра — правительницей. Одна девушка из местных, Исфирь, одержимо мечтала быть на месте одной из нас. И тогда она указала путь к Тегераю для Сонема Гоорн, и та увидела ее знак, и пришла. И дала ей разрушающую темную силу.

Все мужчины, ведущие свои линии от прошлого Дун Гоорна погибли в тот день, но не смогли ее убить, лишь прогнать. Куда она отправилась и зачем, мы могли лишь догадываться по расположению звезд на небе. Звезда Исфири погасла скоро.

— Не думаешь ли ты, что мы просто так привели тебя сюда и рассказываем сказки? — подняла одну бровь Мизеда и взглянула на Ирку.

— Ну вообще, я так и подумала, если честно.

— В твоих глазах, Рыжая, читается связь с Сонема Гоорн. Это не обязательно плохо, — спокойно пояснила она. — Это всего лишь означает, что ваши пути сплелись в одной из точек, или, быть может, им еще предстоит сплестись по неведомым для нас причинам.

— Сестра! — обратилась она к Ризеде, — быть может, ты подаришь девочке знак?

— Я тоже об этом думаю, сестра. Вот только какой?

Ризеда прикрыла глаза и застыла на пару минут в оцепенении.

— Ну что? Неуязвимость? Или силу? — спросила у нее Мизеда.

Та в ответ покачала головой, наклонилась к чашкам на полу и зачерпнула пригоршню темного порошка. Затем прикоснулась к Иркиному лбу и стала водить пальцем по нему, макая иногда его в порошок. Ирка стояла, как вкопанная, понимая, что сейчас происходит нечто для них важное, лоб сначало слабо зажгло, затем кожа в месте начертания знака словно запылала огнем, она вскрикнула.

— Терпи, уже недолго, — строго сказала ей Мизеда, наблюдающая за процессом со стороны. — Но почему «Узнавание»?

Обратилась она уже к сестре, работавшей над вязью узоров, разливавшихся по загорелой Иркиной коже.

— Не знаю, — ответила та. — Так пришло мне.

— А он смывается? — осторожно уточнила Ирка, когда дело было сделано, потому что ходить с татуировкой на лбу ей не особенно хотелось, тем более, что зеркала ей не предоставили. Кто ж знает, что они там нарисовали?

— Когда знак выполнит свое предназначение, он сойдет сам. Не переживай, можешь умываться, сколько хочешь! — Верховная жрица расценила ее вопрос по-своему.

— Ну спасибо, — пробормотала Ирка, потирая лоб.

Глава 24

Операция «Заюшкина избушка»

Марья оставила Витьку дома, подозрительно полагая, что если поездка к нотариусу, — повод для племянницы выманить ее из дома и каким-то образом проникнуть в квартиру, Витька будет держать оборону и чуть что сразу наберет мать по телефону.

Нотариальное заверение сделки было ее пунктиком, просто так сдавать документы в многофункциональный центр для смены собственника казалось ей недостаточным. Она привыкла действовать по старинке, по-добротному. Чтобы наверняка, или, как Марья любила говаривать, «комар носу не подточил».

Но известный ей нотариус Жёлудь К. А. в телефонном разговоре категорически отказалась иметь с ней дело после прошлых Иркиных выкрутасов.

Пришлось снова сесть на телефон и прозондировать почву на искомый предмет.

— Столько возни с этой Иркой! — вздыхала она тяжело, набирая на телефоне очередной номер. — Только на связь сколько денег уже потрачено!

— Отобьем, ма, — успокаивал Витька. — Большое дело делаем. Это инвестиции в наше будущее! А главное, мы в этом вопросе на стороне правды.