Фелина Напёрсточек и волшебная посылка - Катя Хемкентокракс

– Пропавшая посылка, появись! Преподнеси потрясающий подарок. Пусть путаник-профессор проводит пустопорожние подсчёты.

В руках у неё появилась грязная коробка. Ведьма поставила её на письменный стол и презрительно махнула рукой:

– Вот, пожалуйста. Считайте сколько душе угодно. До тех пор, пока обещаете не удерживать нас от того, чтобы прыгнуть в Дыру ещё раз.

– Обещаю, – проворчал Игнац.

– Честное волшебное?

– Честное волшебное. – Он презрительно скривил губы. – Могу поклясться чем угодно. Вот хоть Эйнштейном, если вы понимаете, что я имею в виду, – сухо засмеялся он.

(Чтобы понять, что имел в виду Игнац, вам нужно знать следующее: Альберт Эйнштейн был физиком, ставшим в двадцатом веке всемирно знаменитым благодаря исследованию структуры материи, пространства и времени, а среди матемагиков и по сей день считается модным примером для подражания в плане причёски и растительности над верхней губой).

Взяв один из своих измерительных приборов, Игнац склонился над коробкой.

– Вы, похоже, не верите, что мои вычисления дадут плоды?

– Нет-нет, наверняка дадут. – Тучка, обняв Фелину, потянула её к двери. – Но предположительно, не в этом столетии. За то время, что вы будете жонглировать цифрами, я три раза успею научить Фелину колдовать. И она скучает по родителям. А значит, нам следует поторопиться.

Игнац поднял взгляд от коробки и сказал внезапно изменившимся, крайне обеспокоенным голосом:

– Знали бы вы, насколько вы правы…

Фелина остановилась.

– Что вы хотите сказать, господин Брошка?

– Я уже много раз измерял Чёрную Дыру самым тщательным образом, и… Ну да, только что подтвердилась одна невыразимо жуткая рабочая гипотеза: Дыра быстро сжимается.

– Сжимается?! – в один голос вскричали Фелина и Тучка.

– Такое впечатление, что да, – пожал плечами Игнац. – Сначала отклонение в моей формуле было минимальным. По самой Дыре его было даже не измерить. Но теперь изменение видно и невооружённым глазом. Если сжатие протекает линейно, что, основываясь на абракадабрических познаниях, я предпо…

– Говорите прямо! – потребовала Тучка.

Нехотя кивнув, волшебник с мрачным видом объяснил:

– В ближайшие часы, самое большее в течение нескольких дней, Чёрная Дыра будет сжиматься дальше. Пока не исчезнет.

* * *

«Пока не исчезнет». Эти слова не шли у Фелины из головы. Вернувшись на Тучкину кухню, она вяло прихлёбывала какао и поглаживала Пуговку. Её знобило. Нечистая совесть сменилась ледяным страхом. Если Дыра исчезнет, родители не вернутся никогда? Не осмеливаясь произнести это вслух, девочка спросила:

– А как стать ведьмой?

– Научиться колдовать. – Тучка подула в свою чашку, и оттуда поднялся пар с ароматом шоколада.

– А как учатся колдовать?

– Выясняя, как это работает.

Фелина постепенно теряла терпение.

– И как же это работает?

– Это большой вопрос, – проурчал Пуговка.

Фелина подумала о Патине с её монетами, о Сахаре и костре, Имбирии и сахаре. И о Тучке с её скороговорками и спагетти. Все они колдовали по-разному.

– А как выяснить, какой способ колдовать мой?

Тучка, задумавшись, отхлебнула глоток какао.

– Большинство ведьм знают это с рождения. Может, ты уже знаешь? Это нам очень помогло бы.

– Зачем бы ей спрашивать, если она уже знает? – Пуговка потёрся лбом о Фелинину руку.

Девочка взволнованно заёрзала на стуле.

– Тучка, как получилось, что ты колдуешь с помощью скороговорок и спагетти и летаешь на зонтике?

– Когда я была маленькой, я больше всего на свете любила спагетти с томатным соусом, – хихикнула ведьма. – А зонтик мне подарили родители. – С грустью в голосе она прибавила: – Знаешь, я их потеряла. Ещё до того, как стала воспитанницей Патины. Потому я и выросла у неё.

Фелина судорожно сглотнула. Значит, родители Тучки тоже пропали! Но прозвучало это как-то обречённо. Потеряла так, что уже не могла надеяться их найти…

– Детские воспоминания. В них основа её ведьминской силы, – пояснил Пуговка.

Тучка вздохнула.

– Не самый выгодный вид магии, если тебе важно, чтобы тебя воспринимали всерьёз. Поэтому я годами тренировала перед зеркалом мрачный взгляд. Чёрное платье тоже немного помогает, но я хотела бы иногда носить и что-то другое. Особенно в это время года… – Она казалась печальной.

– Я ужасно тебя испугалась, когда увидела впервые! – заверила Фелина.

– Как мило! Спасибочки! – просияла Тучка, но Пуговка требовательно мяукнул, и она смущённо кашлянула. – Давай вернёмся к твоей магии. – Ведьма достала ручку и бумагу. – Мы составим список всего, что ты любишь и что трогает тебя до глубины души. А потом поглядим, что из этого может пригодиться тебе для колдовства.

Юная ведьма и кот выжидательно смотрели на Фелину.

– И без ложной скромности, – велел Пуговка. – Выкладывай всё, что тебя вдохновляет и приводит в восторг.

Фелина набрала в лёгкие побольше воздуха.

– Я люблю молочные коктейли, цирк, бассейн с искусственными волнами и водные горки, лакричные палочки, прыгать на батуте, кошек, американские горки, сахарную вату и летать.

– Прекрасно. – Тучка старательно записывала за ней. – Это же уже…

– А ещё мне бы хотелось однажды постоять на самом верху Эйфелевой башни, пройти по висячему мосту над пропастью, понаблюдать за крокодилами в дикой природе, побывать на жутко страшной вечеринке в Хеллоуин и посмотреть на звёзды с крыши.

– Посмотреть на звёзды, – пробормотала Тучка и, дописав последнее слово, потрясла рукой.

– Что-нибудь ещё? – спросил Пуговка.

– Ой, да! Я вспомнила кое-что ещё! Я очень хочу вскарабкаться на пирамиду, и попутешествовать на круизном лайнере, и посмотреть мюзикл «Кошки». А ещё я уже целую вечность мечтаю попасть под ливень из глазированного драже. Как в мире снов наяву, только по-настоящему! – Фелина задохнулась. Лицо её пылало от возбуждения. – Мы что, всё это проделаем?

Тучка ещё несколько секунд записывала, а потом, вскинув брови, оценила список:

– Ну, тут… много всего. Но нам ведь как-то нужно искать твою магию. Так что, думаю, первым делом мы отправимся в цирк.

– Супер! – возликовала Фелина.

Такое ведьминское обучение, похоже, придётся ей по вкусу!

* * *

Следующие часы пролетели для Фелины вихрем цветных огней, сладостей, музыки, аплодисментов, смеха и воздушных кувырков. Она переносилась с Тучкой и Пуговкой из одного места в другое.

В цирке она ела сахарную вату и лакричные палочки, а в парке аттракционов ей разрешили прокатиться на американских горках и попрыгать на батуте. Она гладила котят в питомнике и слушала певцов в костюмах кошек на сцене круизного лайнера. Пила молочные коктейли в аквапарке и тряслась на волнах и водных горках.

На самой большой скорости, какую только способен был развить Тучкин зонт, (а значит, очень быстро) они слетали в пустыню, в джунгли и в горы. Фелина понаблюдала за крокодилом в его естественной среде обитания (к сожалению, он как раз в это время спал) и полюбовалась Парижем с верхушки Эйфелевой башни.

Когда путешественники вернулись в Корешковый