Бастард Императора. Том 30. - Андрей Юрьевич Орлов

В голосе появилась твёрдость.

— Много раз возникала возможность завести личную семью, даже император пытался меня сватать, но каждый раз я отказывался.

Он на мгновение замолчал.

— И всё по одной причине. Из-за тебя.

За решёткой повисла короткая, тяжёлая тишина, а дядя продолжил:

— Я прекрасно знал, что стоит мне к кому-нибудь привязаться, стоит появиться близким или хоть одному рычагу давления, ты воспользуешься этим без колебаний. Поэтому личной семьи у меня нет не потому, что я пёс Российской империи, — произнёс он. — Хотя ты всё равно будешь думать именно так.

Он добавил, не скрывая сарказма:

— Во всём виновата только ты, мама.

Суворова промолчала. Тишина за решёткой показалась почти осязаемой.

— Я знаю, здесь у тебя появилась другая семья, — вновь заговорил дядя. — Не думаешь, что пора перестать упираться и начать говорить?

Его голос похолодел, стал резче.

— Или считаешь, что раз наш император правильный, то и все остальные вокруг будут такими же?

Он коротко усмехнулся.

— О нет. Поверь, я не стану бояться испачкать руки, чтобы ты выложила всё, что знаешь.

— Чего ещё ждать от Российской империи и её цепного пса? — с тихой горечью отозвалась Суворова.

Она глубоко вдохнула — даже через каменные стены чувствовалась тяжесть этого вдоха.

— Знаешь, — произнесла она, — да. Здесь у меня тоже имеется семья. Одного моего сына, как и второго, вы уже убили, — продолжила женщина, и в голосе мелькнула мрачная усмешка.

Я отчётливо представил, как уголки её губ приподнимаются в кривой ухмылке.

— Однако открою тебе небольшую тайну, сын мой, — добавила женщина зловещим шёпотом. — Вы уже наверняка знаете про разлом под дворцом, но даже не представляете, что этот разлом закрыть невозможно.

Я стоял, слушая крайне внимательно, потому что эта информация очень важна. Суворова же продолжала:

— Потому что внутри того разлома находятся ещё двое моих детей…

Она коротко рассмеялась, но в смехе теперь слышалось почти безумие.

— Мало кому удавалось зайти там далеко! Однако двое моих детей смогли! У них была особая миссия, и с той стороны к этому моменту прошло уже очень много времени! И когда они вернутся… Вас не спасёт ни Вяземский, ни кто-либо ещё! Мы с китайским императором создали идеальное оружие, которое подчинялось только нам двоим! В детстве мы поставили им ментальные закладки, укореняли послушание годами.

Она снова рассмеялась — истерично и прерывисто.

— А теперь китайский император мёртв, а я схвачена! Вы даже не представляете, что натворили!

Смех стал громче, захлёбывающимся.

— Они придут! — выкрикнула Суворова. — И без контроля уничтожат этот мир!

Всё пространство внизу прорезал безумный смех, но сквозь него был слышен отчётливый тихий шёпот дяди, полный ненависти и горечи:

— Ты чудовище…

Глава 13

Аврора и тайна, скрытая за ней

Суворова продолжала смеяться. Ждать чего-то большего уже не имело смысла, поэтому мы пошли вниз.

Наши шаги гулко разносились по узкому каменному коридору, отражаясь небольшим эхом от стен. Дядя сразу обратил на нас внимание, но ничего не произнёс. Он стоял возле решётки, повернувшись к нам вполоборота. В его взгляде я отчётливо видел частицу разочарования.

Не злость и не ненависть. Именно разочарование человека, который до последнего надеялся услышать от родной матери хоть что-то человеческое.

Суворова тоже видимо услышала наши шаги, её смех постепенно стих.

Когда мы приблизились, то увидели, что она сидит возле стены со связанными за спиной руками и чёрной повязкой на глазах. Несмотря на положение пленницы, женщина держалась прямо. Уголки её губ всё ещё тянулись в наглой усмешке.

— Император, — коротко, но с почтением кивнул мне Суворов.

— Дядя, — так же кивнул я ему. — Вижу, у вас тут обстоятельный диалог случился. Мы не хотели его подслушивать, но всё-таки стали невольными слушателями.

На это он только горько усмехнулся и отвёл взгляд в сторону. Суворова тоже усмехнулась. Она не видит нас, но по звуку шагов прекрасно понимает, где мы находимся.

— А вот и внучок пожаловал… — Криво улыбнулась она. — И всё-таки тебя охмурили романовские подстилки. Знай я, что ты станешь так позорить нашу кровь, гораздо раньше вернулась бы в Российскую империю и убила тебя.

— Смелый план, — спокойно кивнул я. — А самое главное, удобный, не правда ли? Ребёнок ведь ничего не сможет противопоставить взрослому практику.

Улыбка на её губах едва заметно дрогнула.

— Вы тут, в Китайской империи… — я на мгновение остановился, будто оговорился. — Ой, прошу прощения, в некогда существовавшей Китайской империи, как погляжу, совсем не гнушались подобных методов. Даже собственных детей отправляли в разломы.

Она снова криво усмехнулась.

— Можешь говорить всё, что захочешь. Блажен тот, кто не ведает.

— Блажен тот, кто не ведает… — повторил я, прокатывая фразу на языке, а затем тихо цокнул. — И правда хорошее выражение…

В этот момент мне захотелось схватить её за шкирку, телепортировать на дирижабль и переместить к одному из городов, где орудие душ уничтожило миллионы людей.

Потом ткнуть лицом прямо в тёмную энергию, которая разъедала землю, и повторить ей её же слова.

Вот только Суворова пока нужна. С ней ещё должен поработать менталист. Да и не думаю, что дядя, несмотря на всю ненависть и боль, захочет смотреть, как я поступаю с его матерью подобным образом.

Поэтому пусть пока живёт.

— Знаешь, информация, которую ты поведала ранее, действительно очень полезна, — продолжил я. — Теперь я хотя бы окончательно убедился, что этот разлом нужно запечатать.

— У тебя ничего не выйдет, — её улыбка стала шире. — По крайней мере, пока там находятся мои дети. Да и ты не знаешь временную амплитуду. Никто тебе её не скажет, потому что о ней знали лишь несколько человек. — Суворова чуть откинула голову к стене. — И пока ты станешь искать этих людей среди всего дворца, поверь мне, пройдёт очень, очень много времени.

— Ладно, — всё так же спокойно кивнул я. — Вот только ты неправильно меня услышала. Я не закрою разлом, а запечатаю его.

Её улыбка замерла, я же продолжил:

— Или ты думаешь, что разломы можно только закрывать? Думаю, сейчас сильно тебя огорчу. Если знать как, то на любой подобный