Новая жизнь 1-9 - Виталий Хонихоев

— Вы меня не сбивайте с толку! — возмущается Эйка: — Кента, когда мы умрем?

— Если мы все равно все умрем, то надо наконец Кенту в душевую затащить! — оживает Дездемона: — а он если даже и напишет заявление об изнасиловании, то все равно до тюрьмы никто не доживет!

— Прямо надо его тащить куда-то — ворчит Мико: — да он впереди тебя побежит.

— После вчерашнего? Хм. Это вряд ли — замечает Кимико, которая сегодня почему-то в школьной матроске

— Никто не будет умирать. По крайней пока Кента меня из себя не вывел. — твердо говорит деловая колбаса Сора: — и вы тоже прекращайте панику сеять. Это у него философия бусидо. Все мы рано или поздно умрем, долг тяжелее свинца, смерть легче пуха. Все. И хватит об этом, а то я в зал за боккеном схожу. Или… — она поискала глазами вокруг в поисках подходящего предмета.

— А ты швабру вон возьми! — подсказывает ей Юрико, вот уж кому суету навести охота: — и шваброй их! По неокрепшей психике айдолов!

— Доброе утро! Внимание! — в зал легкой походкой влетает Шика, она бодра и уверена в себе. Значит вчера сумела-таки до дома добраться и нормально выспаться — думаю я, замечая и отсутствие теней под глазами и энергичность движений и даже новый костюм! Не выглаженный и выстиранный, а именно новый! Вон и этикетка торчит…

— Во-первых я хочу выразить благодарность всем участникам шоу! Наши рейтинги взлетели на уровень национальных чартов! Региональные давно были оставлены нами позади, и ближайшие конкуренты отстают от нас на девяносто семь баллов! Выйти на уровень национальных чартов — это несомненное достижение, которого у нашего отделения шоу «Токийский айдол» не было вот уже… ээ… никогда не было! За всю историю шоу. — тараторит сияющая Шика, она довольна, она счастлива, она видимо питается этими баллами рейтинга.

— Потому от лица администрации проекта и от моего лично — огромное вам спасибо! — и Шика кланяется нам всем в пояс. Краем глаза замечаю, что все «технические работники» со своими кепками, очками и масками на лице — тоже кланяются. Становится даже немного неловко — мы тут сидим кто как, а нам взрослые люди, специалисты — в пояс кланяются. Смотрю на Сору — вот кто у нас этический барометр. Сора — уже на ногах и склоняется в ответном поклоне, еще ниже. Вскакиваю на ноги и в свою очередь — совершаю поклон. Про себя думаю, что все еще не освоил культурный код, что тут делать и как реагировать. Надо просто повсюду с собой Сору таскать. Кстати — а это идея! Так сегодня и сделаю.

— Это вам огромная благодарность! — ведет алаверды Сора: — за потрясающую возможность проявить себя и узнать на что мы способны. От лица всех участников проекта я выражаю благодарность вам лично, Шика-сан за то, что позаботились о нас и администрации проекта — за предоставленную возможность участия в шоу.

— Нет-нет! — машет руками Шика: — Это мы вам благодарны! Ведь начиная с этого дня наше региональное шоу будет транслироваться на национальных каналах! Это не просто успех, это триумф! И я отдельно хотела поблагодарить тебя, Сора-тян, за твое умение сохранять спокойствие в любых ситуациях… особенно, за твое благотворное влияние на Кенту-куна.

— Что? — хмурюсь я. На меня шикают — не мешай, мол, взрослые разговаривают.

— Это мой долг — скромно опускает глаза долу Сора и даже ручки эдак складывает перед собой, ну чисто милая горничная со своим «хозяйка, я сделаю все, что только скажете!». Я-то вот даже отсюда отлично вижу, что запястья у Соры — слишком широкие для милашки-горничной с кошачьими ушками, да и вены там выступают чуть побольше, чем должны были быть у домохозяюшки. Тело для кендо — тело только для кендо, да? Эти руки привыкли держать оружие, а она тут глазки потупила. Вот неспроста это «жжжжж», неспроста.

— Что тут происходит? — шепотом спрашиваю я у Юрико и та только рукой машет, мол не мешай, не видишь — происходит что-то. А я как раз вижу, что происходит, но расшифровать не могу пока. Ладно, подожду, пока мне на пальцах потом покажут, как для особо одаренных.

— И в дальнейшем я рассчитываю на тебя и твои усилия, Сора-тян! — кланяется Шика. Все. Какой-то пакт только что заключен, какая-та сделка, соглашение, что-то неуловимое витает в воздухе и мои синяки на бедре и заднице начинают ощутимо подергивать… не к добру.

— А во-вторых! — выпрямляется Шика-сан и ослепляет нас своей улыбкой: — сегодня у нас голосование! И встреча с участниками прошлогоднего шоу! Но, до вечера еще много времени и дел! Сегодня у нас запись выступлений участников… и только двое не подали никаких заявок на помещение и камеры — это Мико-тян и Кента-кун. Я прошу прощения, но вынуждена поинтересоваться — вы уже решили, что именно будете показывать в качестве номера для записи? У нас не так много времени для монтажа и репетиций, буквально семь часов с небольшим! И чем раньше мы предоставим материал в монтажную — тем больше мы облегчим труд нашим монтажерам и тем более качественную работу они сделают! Пожалуйста, Мико-тян, Кента-кун — скажите, что вы планируете показать и какое помещение или оборудование вам для этого необходимо?

— Мне необходим фургон со съемочной группой на двенадцать часов, две… нет четыре пары темных очков и катана. — отвечаю я: — такая, знаете, чтобы настоящая, желательно восемнадцатого века… хотя можно и новодел, но я верю в возможности студии. Нет, даже две катаны… — говорю я. Втайне надеюсь, что у Шики сейчас глаза округлятся, здесь катана — холодное оружие и запрещено до такой степени что аж страшно. Вот, казалось бы — где как не в Японии можно хотя бы дома саблю держать. Но нет — все жутко запрещено и большинство преступлений совершается либо хозяйственной утварью — кухонными ножами, отвертками и садовыми ножницами, либо спортивным инвентарем — бейсбольными битами, деревянными боккенами и прочим.

— Будет — коротко отвечает Шика, делая пометку в своем блокноте. Глаза у нее не округляются, она не спрашивает зачем мне нужно настоящее холодное оружие. Она — менеджер по всем вопросам и эти вопросы она решает.

— И еще мне нужна Сора — говорю я и наконец вижу слегка округлившиеся глаза нашего менеджера по всем вопросам. Деловая колбаса Сора поворачивается ко мне с немым вопросом в глазах и легким