Ухорез 1-5 - Василий Горъ

…Романа Викторовича и членов совета рода Смирновых к нам привели практически пинками. СБ-шники, не захотевшие умирать под заклинаниями боевых магов высшей категории. Судя по состоянию одежды, лиц и рук пяти аристократов и одного отставного вояки, предварительно «убедив» каждого ответить за свои прегрешения отнюдь не уговорами.

Хуже всего выглядел Янис Альбертович Говоров — тот самый начальник службы безопасности, через которого наследник новоявленного сидельца, вероятнее всего, и связывался с руководством «Авангарда» — у мужчины была сломана правая ключица, наполовину оторвано левое ухо, вокруг левого глаза наливался внушительный синяк, лоб и правая щека стесаны, а чуть выше остатков воротника щегольской белой шелковой рубашки шея была стерта до мяса.

Впрочем, этот Смирнов еще не сдался, поэтому «сканировал» все, что видел, и ждал малейшего шанса соскочить. Остальные четверо членов совета пребывали в полнейшем шоке и отказывались понимать, как это их, Великих и Ужасных, ведут на заклание к «какому-то мальчишке». А Неумолимый Мститель бесился — крыл матом всех подряд, начиная с «подлых предателей», которых, оказывается, «кормил, поил и одевал», и заканчивая мною. Ну и, конечно же, пытался вырваться из рук молодых и тренированных парней, лупил по их стенам, щитам и покровам заклинаниями Земли, Воды и Огня, обещал кары небесные и даже плевался.

Я допускал, что все это — убедительная инсценировка, поэтому сходу «упаковал» всех шестерых в коконы, блокирующие конечности, заткнул рты лентами и попросил Ремезова идентифицировать каждую отдельно взятую личность.

Прокурорский счел эту просьбу нормальной и подошел к делу системно — проверил, не наклеены ли на пальцы специальные пленочки и нет ли в глазах линз, а потом сфотографировал папиллярные узоры и радужки, отослал кому-то из коллег и поручил пробить по базам. Результаты не разочаровали — мне доставили именно тех, кто требовался. И пусть «рядовые члены Совета» могли быть не при делах, церемониться с ними я не собирался. Ибо понимал, что любой намек на гуманизм гарантированно выйдет боком. Причем не только мне и матушке, но и всем членам рода, включая самых маленьких детей. Вот свою позицию и изложил. Поймав взгляд юриста, державшегося чуть позади служак и кусавшего губы:

— Я дам им шанс выжить — выставлю против них равное количество Слуг, которые намного слабее меня. А вас, как и обещал, не трону. Не трону и ваше поместье. Но после того, как все закончится, кому-либо из полномочных представителей главной ветви рода надо будет перечислить мне достойную виру и, в том случае, если ее размеры меня удовлетворят, подписать акт о завершении межродовой войны. Вопросы есть?

— Н-нет, ваше благородие… — задавив облегченный вздох, выдохнул он.

— Тогда отойдите метров на сто и немного подождите — я вызову сюда своих людей…

Вызвал не голосом, через «Паутинку», а сообщением в ее общий канал:

«Подходите к парадным воротам — тут нам привели нынешнего главу рода, начальника СБ, через которого этот урод договаривался с наемниками, и четырех членов совета рода. Я считаю, что мстить за попытку похищения ваших детей должны вы. Поэтому объявленная межродовая война на самом деле пройдет в схватке шесть на шесть. Так что определитесь, кто будет воевать, а кто посмотрит на воздаяние со стороны. И последнее: эти уроды — не единственные недоброжелатели нашего рода. Поэтому ужасните тех, кто увидит видеозапись этого боя в Сети, неодолимой мощью рядовых магов нашего рода и своим непоколебимым спокойствием. На этом все. Жду…»

С участниками воздаяния определились быстро: Колосовы и Спицыны, чьи отпрыски уже повоевали в аквапарке, «выделили» на это дело только глав семей, а Макаровы с Векшиными решили «выступить» в полном составе. Так что матушка, Аня, Варя, Валя, Полина Федоровна и Екатерина Олеговна сходу направились к Ремезову и пополнили число зрителей, а остальной народ прошел к одной из двух меток, которые я «наморозил», осадив на идеально чистый асфальт дождь, и образовал дискретную шеренгу.

Я «передвинул» коконы на противоположную, привлек к себе внимание «поединщиков» Смирновых слабеньким акустическим ударом и недобро оскалился:

— Итак, через несколько секунд я сниму контроль и дам вам десять минут на подготовку к бою. Предпринимать попытки сбежать не советую: я «сожгу» такому «умнику» ударом Молнии одну нижнюю конечность, и ему придется драться лежа. Та же участь постигнет и любителей договариваться, и тех, кто начнет молить о пощаде. Так что в ваших же интересах восполнить запасы энергии и договориться между собой о тактике ведения схватки. Повторю еще раз: мгновенной смерти можете не ждать — ее НЕ БУДЕТ! На этом все. Время пошло…

…Не знаю, какую тактику выбрали Смирновы, но она не сработала: как только я подал команду «Бой!», все шестеро «моих» заключили противников в неплохие аналоги моего кокона, только из Воды, и заткнули пасти лентами. А через долю секунды все три Ледовика вложились в них заморозками. Да так, что покровы под ними быстренько приказали долго жить, и все шестеро обреченных превратились в ледяные статуи. На этом экзекуция, естественно, не закончилась: Ледовики всадили все ту же заморозку, но уже взаимно усиленную, в крайнюю правую «скульптуру», а Воздушники, которых в этом составе было четверо, ударили в нее же кулаком. Ага, одним. И тоже взаимно усиленным. Результат неслабо шокировал даже меня — ее разнесло вдребезги. Вместе со вмороженным телом!

Следующие три фигуры постигла та же участь. А потом очередь дошла до начальника СБ, и народ расстарался — Спицын насадил его на каменный шип, а Огневик Колосов хорошенечко раскалил основание последнего, дал уродцу вдосталь намычаться, а затем всадил в него сожжение. Под тремя ветерками.

Голова вспыхнула, как факел, и сразу же прогорела. Так что мстители переключились на главу рода, успевшего заиндеветь, и дали оторваться дамам — Инне Константиновне и Юлии Григорьевне. А они принялись всаживать в Романа Викторовича одно боевое целительское заклинание за другим. Причем со взаимным усилением. Так что тварь, пытавшаяся организовать похищение детей, минуты за полторы прошла все круги Ада и сдохла от разрыва сердца.

Смирновы, наблюдавшие за Воздаянием, пребывали на грани потери сознания, видимо, осознав, что могли разделить участь этой шестерки. Но мне было плевать — я ждал