Не боец 1-5 - Сергей Александрович Плотников

Четыре дня назад мы занесли в комнату сто двадцать килограмм сублимированного мяса со специями в фабричных коробках — спрессованного и нарезанного в виде этаких чипсов. Хочешь — жуй с пивом, хочешь — бери с собой на охоту или в длительный поход. Соотношение пищевой ценности к килограмму массу для второго применение идеальное! На природе из обезвоженных консервов почти любое простое блюдо приготовить можно — только крупа нужна либо макароны, котелок и вода. Да, вода — это главное:

«Для достижения рекомендуемого минимального значения энергии требуется поглощение примерно 89 килограмм пищи»

Счетчик килограмм проседал каждый раз, стоило мне вдоволь напиться воды, чая или сока. Создавалось полное впечатление, что целенаправленно поглощаемая закуска к пенному напитку, даже не пытаясь перевариться в моем желудке, сразу проваливаясь в пространственный карман — и только смешиваясь с водой, начинала перерабатываться. Ну и… хорошо, наверное?

Завтракали мы вместе — в смысле, я не торопясь, насыщался, а Зэта, сидя напротив, с умиротворенным видом привычно наблюдала за этой картиной. Последние четверо суток нам не нужно было куда-то спешить, что-то делать (кроме набора биомассы, что её!) — и мы с радостью подарили их друг другу. Держались за руки, смотрели вместе фильмы и сериалы, удобно устроившись на диване и обложившись подушками. Благодаря последнему я сделал в общем-то ожидаемое открытие: под хорошее зрелище сорок килограмм чипсов в день нечувствительно сожрать в общем-то даже и не сложно…

Еще синта мне все эти дни готовила, сходу монополизировав эту обязанность. Что мне оставалось только приветствовать: категорически не хотелось питаться лишь необходимой для поглощения вирит-комплексом сухомяткой! Я думаю, синевласка меня еще и от стирки с уборкой отстранить попыталась бы — но эти функции современная бытовая техника, принадлежащая общежитию, успешно решала для всех жильцов совершенно самостоятельно. Хотя вот например, как самая обычная по виду стиральная машина умудряется одежду не только сушить, но и отглаживать, я так и не понял…

…Разумеется, я в мыслях нет-нет, да и сравнивал Зэту и Хоук. Делать этого, учитывая все обстоятельства и различия синты и колдуньи, конечно, не стоило. Но… что называется, пытаясь не думать о белой обезьяне, я невольно делал это, наоборот, чаще. Вот удивительно, но супергероиня в быту сама скорее нуждалась в заботе. Домашние дела для Птицы всегда были если не в тягость, то обязанностью, которую ей, пока она командовала Джаз и Оборотнем, попросту не было на кого скинуть. А забить — ответственность не позволяла.

Может, именно потому у нас и забуксовали приготовления к помолвке — мы оба оказались не готовы к потенциальному бракосочетанию. Я не потрудился узнать, как Ястреб себе представляет семейную жизнь с кем-то — не путать с вынужденным молодежным общежитием на базе «Защитников», у меня даже мысли не закралось, что для неё между нашим тогдашним сожительством и новой формой общественно-одобряемой связи будут какие-то отличия. А сама Хоук… скорее всего, нахваталась представлений о браке еще в детстве, глядя на одинокую мать и семьи соседей.

Можно винить слепой случай, стечение обстоятельств и происки противников. Но если посмотреть правде в глаза: в итоге и получилось, что получилось не в последнюю очередь потому, что мы перестали друг друга понимать. Вернее, зашли в своих отношениях в область, где понимания никогда и не было. А заранее не романтично и скучно согласовать, чего оба от себя и второй половинки ждем — не догадались.

Более того, боюсь, я бы не выучил этот самой жизнью преподанный урок — если бы не бегство из США и столь контрастная с прошлой жизнь в России. Мозги мне прочистило знатно. Отнюдь не уверен, что смог бы в полной мере наконец оценить, как мне на самом деле повезло с Зэтой — девушкой, заведомо выбравшей мою сторону и ради этого отказавшейся от всего своего. В прямом смысле. Вплоть до жизни. Авансом, навсегда. На этом фоне её недостатки, вроде невозможности родить мне биологическое потомство или жестких обводов корпуса под одеждой вместо мягкой теплой кожи, несколько мешающих наслаждаться обнимашками, честно говоря, совершенно терялись.

А Хоук… Наверное то, что я испытывал к ней сейчас можно назвать чувством вины. Её влюбленность — для меня она тогда пришлась как никогда кстати. Я ведь не знал, что верну синту уже в течении ближайших месяцев — у меня вообще не было никакой гарантии, что получится хоть что-то. Да, я спас Птице жизнь, помог преодолеть кризис суперспособности и не мутировать, дал время и возможность без риска взять магию под контроль. Но и сама она дала мне душевные силы не опустить руки.

Да и не справился бы я с воскрешением Зэты без ресурсов супергеройской базы, и средств, заработанных через «Небесный свет». И потом зарплата одного из директоров-учредителей мне очень пригодилась. А что я теперь мог дать Птице взамен? Вряд ли удаленное курирование создания ракетной системы высотного вывода элементов рефлектора можно считать адекватным ответом. Работа — она работа и есть…

— Время, да? — я заметил, как выражение лица синты неуловимо изменилось.

Девушка молча кивнула.

Ну что ж. «Я тебя бросил, потому что выбора не было, но взамен спасу наш мир, где ты спокойно сможешь жить дальше!» — звучит хоть и пафосно, но, во всяком случае, не выглядит жалкой отговоркой. Вполне себе хорошая, годная отговорка. Правда же?

* * *

Воздушный порт наукограда состоит из двух частей. Огромнейшая площадка для разгрузки дирижаблей напоминала космодром из фантастических книг: поистине безбрежное поле, заложенное без зазоров гиганскими бетонными шестигранными плитам. Поверх, разумеется, всё это пространство расчерчивали потертые и битые непогодой линии разметки, несколько ослабляя визуальный эффект «твердого озера» — но в остальном сразу чувствовалось, что это именно порт. С махинами ангаров и складов, ничуть не уступающих размерами небесным гигантам и целым городом другой собственной инфраструктуры.

Взлетно-посадочная полоса для крылатых и бескрылых машин тяжелее воздуха скромно притулилась у противоположной окраины Лобачевского, и на фоне соседа-гиганта казалась маленькой, прямо-таки камерной. Как и здание находившегося рядом вокзала ни в какой сравнение не шло с «небоскребом на боку» только длинной в три километра, тоже носящим гордое звание аэровокзала — только для неспешных небесных китов.

Местные байки гласили, что новички всегда путались, откуда им вылетать. И это несмотря на помощь умных программ и андроидов. Слишком уж, мол де, силен оказывался контраст, чтобы поверить, что вот из этого