Полукровка 1-5 - Василий Горъ

поздравляю вас, ваших подруг и вашу команду с Победой, от имени и по поручению государя благодарю за ваш неоценимый вклад в защиту нашей Отчизны от врага и… советую хорошенько отдохнуть. Ибо заслужили. На этом все. До связи…

— О-о-о!!! — восторженно простонали девчата и ринулись обниматься.

Тискали и целовали того, кто попадался под руку, причем с одинаковым энтузиазмом, сияли на зависть любой звезде и… весело страдали из-за того, что последнюю точку в войне поставил Император, а не наша буйная команда. Потом устали выплескивать эмоции в таком режиме, попросили меня сесть, попадали рядом, обняли и… Маша на полном серьезе озвучила «крамольную» мысль:

— Лучший способ выполнить приказ Цесаревича и хорошенько отдохнуть — это уйти из системы на «круг» до показа обращения государя к подданным и отключить блок МС-связи хотя бы на сутки…

Глава 9

29 мая 2470 по ЕГК.

…С планеты ушли за два часа до обращения Императора к подданным, сходу прыгнули к самой дохлой «двоечке», имевшейся в системе, и встали на вектор разгона. По уверениям Феникса, Ослепительные Красотки нервничали в пределах допустимого, но меня это не устраивало, поэтому я постарался добавить девчатам еще немного уверенности в себе:

— Информация не для распространения: моя техника работы со струнами позволяет затягивать «Наваждения» даже на слабые «пятерки».

Да, вы только начали ее осваивать. Но вас страхуют далеко не самые бесталанные пилоты Империи, поэтому закройте глаза, расслабьтесь, поверьте и в себя, и в нас, а потом подарите этой струне нежнейшую ласку…

Они постарались. В смысле, расслабиться. И «уронили» пульс почти до нормы. Поэтому я со спокойным сердцем вырубил искин и сосредоточился на контроле системы управления гиперприводом. Первые секунд тридцать-сорок мысленно морщился — Маша все никак не могла поймать нужный настрой, вот и то недодавливала, то передавливала «пики». Потом дернулся, было, помочь с гашением слишком сильного резонанса, но рискнул дать девчонке лишнюю долю секунды и не ошибся — она справилась с проблемой сама, почувствовала уверенность в себе и перестала косячить вообще. Но больше всего порадовало не это: поймав нужный уровень… хм… ласковости, Костина начала им играть. То есть, очень осторожно и очень расчетливо определяла границы допустимых шероховатостей техники манипуляций системы управления, довольно быстро выяснила «ширину» коридора, пришла к выводу, что он позволяет достаточно многое, и окончательно поверила. Поэтому спокойно доработала до выхода в гипер, а задурила уже потом — отстыковала скаф от кресла, метнулась ко мне, по разику, но очень звонко чмокнула в каждую щеку, затем коснулась носом носа, уставилась в глаза совершенно счастливым взглядом и ляпнула:

— Йенсен, я тебя обожаю: твоими стараниями мы с Дашей скоро станем такими же монстрами, как Маришка!

— Станете… — без тени улыбки подтвердил я, чтобы закрепить ее веру в себя, почувствовал, что Маша ждет продолжения, задвинул куда подальше свои загоны и порадовал ее немудреной шуткой: — И, если не возгордитесь, то, наверное, все-таки… не перестанете меня обожать…

Возмутилась. Врезала в область печени. Потом застрадала из-за того, что скаф не позволяет как следует объяснить мне мою неправоту, плюхнулась ко мне на колени и… взмолилась:

— Тор, миленький, отправь, пожалуйста, девчатам сообщение — судя по «их» таймеру, они выйдут на струну через восемнадцать секунд!

— Разворачивайся лицом к камере! — потребовал я, развернул «Контакт», врубил запись и улыбнулся: — Даш, радость моя, от всей души поздравляю тебя с первой «двоечкой». Уверен, что ты даже не почувствовала потолок своих возможностей. И жалею, что не могу на радостях потискать… тебя и твою персональную наставницу!

— Даш, радость НАША! — затараторила Костина, как только я замолчал. — Поздравляет не он, а мы, мы уверены в том, что ты не посрамила гордое звание ослепительной красотки Тора, и мы обязательно затискаем вас обеих. Причем не позже, чем часов через пять. Ибо я обязательно уговорю нашего обожаемого командира сразу после выхода в обычное пространство прыгнуть к черту на рога и состыковать «Наваждения» хотя бы минут на десять!

— Я уговорюсь. Обещаю… — капитулировал я, как только грозная девица начала поворачиваться ко мне. Потом вырубил запись, отправил файл Марине, обнял Костину за талию и прикипел взглядом к окошку «Контакта».

Верхнюю строчку списка входящих сообщений гипнотизировали чуть больше полутора минут. Потом открыли новый конвертик через долю секунды после того, как он появился, уставились на улыбающиеся лица подружек и вслушались в их «претензии»:

— Тор, поздравление, безусловно, обрадовало. И обещание потискать — тоже. Но ты не захвалил Машу ни до умопомрачения, ни до густого румянца, ни вообще. А это не лезет ни в какие ворота. Эх, ты…

— Кстати, смотри, как это делается, и учись: радость твоя чуть не зевнула всего два «пика». Зато потом вспомнила, что ласки и спешка несовместимы, распустила пальчики, самозабвенно отдавалась… хм… процессу до тех пор, пока не затянула нас в гипер, и… хочет еще!

Мы с Костиной посмеялись, наговорили и отправили ответ и решили, что торчать в рубке три часа пятьдесят две минуты — это извращение. Поэтому спустились в мою каюту, стянули скафандры, натянули домашнее шмотье и «завели» еще одно послание Завадской.

Первые минуты полторы-две хохотали, не переставая — девчата дурили со страшной силой и, как выразился бы Синица, совсем не фильтровали речь. А потом Марина как-то странно усмехнулась и «помогла» посерьезнеть:

— Пока ждали ваше сообщение, собрались, было, переодеться, спуститься в трюм и часик порубиться. Но вовремя вспомнили, что Ромодановские вот-вот разошлют запись обращения Императора к подданным на все планеты, и пришли к выводу, что поразвлечься нам не дадут. Кстати, Тор, тебе не мешает наговорить и разослать поздравления всем абонентам из записной книжки ТК. Ибо, как говорили наши предки, «Ничто не обходится нам так дешево, и не ценится так дорого, как вежливость…» В общем, делай то, что должно, а мы подождем…

…Рассылать шаблоны поздравлений я счел некрасивым. Поэтому