Вечно голодный студент 4 - RedDetonator

— Когда? — спросил Проф.

— Встретимся через неделю, — ответил Бром.

— Почему не сразу? — нахмурился Проф.

— Потому что мне так захотелось, — ответил на это Бром. — Сказано через неделю — значит, через неделю. У меня есть более важные дела, которыми я буду занят, поэтому вам придётся потерпеть. Всё-таки, эти переговоры нужнее вам, чем нам.

— Ты в этом уверен? — поинтересовался Проф.

— Да, конечно, — подтвердил Бром. — Всё, конец связи.

Сеанс связи был прерван с той стороны.

— Охуевший, — констатировал Щека.

— Он чувствует превосходство над нами, — пожал плечами Ронин. — Считаю, что эти переговоры являются ошибкой.

— Ну, если мы будем придерживаться принятого плана… — произнесла Галя.

— Ладно, не будем об этом, — сказал Проф.

Ему этот план очень не нравится, чего не сказать о Щеке и… обо мне. План просто отличный…

— Лучше обсудим новости с запада, — решил сменить тему Ронин. — Какие мы будем предпринимать действия в свете новых проблем у ростовчан?

Дроновая разведка доложила, что в Ростове-на-Дону начались проблемы: тюлени начали миграцию на северо-запад, потому что открыли для себя Дон, на который вышли, двигаясь от Каспия по Манычу.

А по Дону есть два пути — на восток или на запад. Течение ведёт на запад, поэтому логично, что тюлени пошли по пути наименьшего сопротивления. Не все из них, ведь какие-то отдельные группы пошли против течения, как настоящие нонконформисты, но большинство направилось в сторону Ростова.

И дроноводы, при очередной разведке, обнаружили Ростов в тюленьем полукотле — эти твари носятся по окрестностям и жрут всё, что движется, набрасываясь толпой.

Также тюлени нашли для себя Землю Обетованную — Азовское море. Там и вода, и ценный источник пищи. Плескаться в воде они обожают лишь чуть меньше, чем жрать. По факту, там две «кормушки» для тюленей — Азовское море и Ростов-на-Дону.

Я думаю, добровольно они оттуда никуда не уйдут, потому что это идеальные условия для жизни, ведь Азовское море практически не грабленное, рыба там точно водится, а ростовцы не ожидали такой подляны и расселились по всему городу в небольших укреплённых комплексах зданий.

Раньше это для них не было проблемой, потому что коммуникациям между комплексами ничего не мешало, ведь «дикая зона» была за чертой города, но теперь «дикая зона» находится вокруг комплексов и это приводит к тратам боеприпасов, а также затруднению коммуникаций.

Это привело к тому, что мы зафиксировали снятие опорников, ранее планомерно подступавших к Волгограду. Их больше нет, поэтому мы можем вздохнуть спокойно.

— Пока что, будем заниматься тамбовцами, — сказал Проф. — Ростовчане практически выведены из игры и вернуться смогут нескоро.

Возможно, оставление опорников также связано с тем, что тюлени разбрелись по местности, и устраивают организованные рейды за мясом.

Насчёт ростовцев не знаю, но лютиков и собак они прямо-таки загоняют — охотятся на них с умом, проявляя тактические способности.

Я думаю, мутации уже нормально так затронули мозги почти всех зверей и у них значительно улучшилось мышление.

Наш Натан, например, настоящий интеллектуал и эрудит.

Он ведь прекрасно понял, что тюлени стали слабее, поэтому бросился за ними в погоню и в одно лицо разметал стаю из семи тюленей — есть видео с дрона-разведчика.

Думаю, со временем, Натан вполне может стать проблемой, потому что он уже весит не меньше двух с половиной тонн, а последние деньки привели к тому, что он очень солидно накидался биомассой и может потяжелеть в ближайшее время ещё килограмм на пятьсот.

Важно ведь то, что, несмотря на возросшую массу, он бегает лишь чуть медленнее, чем раньше, а также чуть хуже справляется с инерцией, но обычный человек, как и раньше, уйти от него не сможет.

— У нас всё готово? — спросил Проф, обратившись к Нарку.

— Да, конечно, — кивнул тот. — Когда доедете, сработаем по сигналу.

— Хорошо, — произнёс Проф. — От вас зависит успех всей операции.

— Мы не подведём, вождь, — стукнул себя по груди Нарк. — За эту часть можешь быть спокоен.

— Студик, как рука? — спросил Проф, переведя взгляд на меня.

Я помахал ему своей левой ручонкой, которая всё такая же розовенькая и милая, но уже способная сжиматься в кулачок.

По утрам я смотрюсь в зеркало и вижу эту дичь и жуть — выглядит это неестественно и подсознательно чувствуется, что так быть не должно. Но это есть — пройдёт ещё недели две-три и у меня будет полноценная новая рука.

— Понятно, — кивнул Проф.

— Ты бы мог больше не манипулировать этой жутью? — попросила Фура.

— Привет! — помахал я ей левой ручонкой.

— Фу… — поморщилась она.

— Ладно-ладно, больше не буду, — вздохнул я и опустил рукав водолазки на растущую конечность.

— Значит, к ростовчанам больше не возвращаемся, в ближайшее время? — спросил Щека.

— Пока не решим с тамбовцами, ничего не будет, — покачал головой Проф. — Нам нужно решать проблемы по мере их поступления и роста актуальности. Тамбовцы уверены в себе, у них многочисленная армия, а также есть производства. Они представляют для нас наибольшую угрозу, потому что хотят завладеть нашими территориями.

— Они просто охуевшие, вот и всё, — сказал Щека. — Надо обломать им рога, чтобы успокоились.

Галя сидит довольная и помалкивает.

Ей нравится то, что её план принят в качестве основного — такое у нас происходит впервые.

Я бы хотел сказать, что с ней всё в порядке, но у неё слишком грустные глаза, когда она думает, что никто не смотрит.

Не знаю, как она справляется с потерей — скорее всего, никак.

Знаю только, что она теперь живёт с Дашей, девочкой лет девяти, которая около месяца назад лишилась последнего родителя. Её отец, Георгий Подзывалов, работник нашего аграрного сектора, свёл счёты с жизнью, бросив её одну.

Он оставил записку на имя Профа, с просьбой позаботиться о ребёнке, потому что он сам не может.

Там своя история — Георгий не справился с потерей жены, которая погибла в начале зоошизы. Её загрыз их дог, который, как я понял, был заведён когда-то Георгием, поэтому он винил в её смерти себя.

Галя, узнавшая о случившемся, вызвалась воспитывать Дашу, хотя Проф хотел определить её в модуль для сирот и инвалидов.

И всё же,