Нечисть - Алексей Викторович Ручий

– Ай-и-и-бля! – издало тело невнятный звук, неуклюже пытаясь отлепиться от столешницы, когда к нему подлетел его собутыльник и принялся наносить удары руками и ногами. Жертва лишь пыталась неумело закрыться руками. Кажется, присутствие Алексея эти двое игнорировали вообще. Было видно, что оба сильно пьяны. Водка потекла по столешнице и закапала Алексею на брюки. Твою мать!

– Эй, прекратите! – спешно поднявшись из-за стола, Алексей повысил голос на дерущихся, – что вы тут устроили?

Ноль эмоций.

– Я сказал – прекратите! – Алексей толкнул того, который наносил удары.

Тот, наконец, отреагировал:

– И тебе въебать? – тупо спросил Алексея. И тут же нанёс удар.

Получилось небольно, но неожиданно. К тому же попал прямо в нос, который у Алексея и так был дважды сломан по молодости. Писатель почувствовал, как в ноздре захлюпало – видимо, пошла кровь. Моментально подступила и злость. Мало того, что эти ублюдки испортили ему трапезу, так ещё и руки распускают!

Недолго думая, он зарядил обидчику прямой справа. Кулак вошёл в его небритую скулу с глухим звуком. Пьяный недоумевающе посмотрел на Алексея, качнулся, затем попробовал нанести ответный удар, но тут же получил от писателя коленом в пах.

Где-то в стороне раздался резкий бабий окрик:

– Да что вы творите, мрази! Ну-ка немедленно закончили и съебали отсюда, пока я ментов не вызвала!

К ним подлетела барменша, которая до этого отпускала Алексею водку и сок. Дородная баба из тех, что коня на скаку остановят и в избу горящую войдут. С такой шутки плохи. Сходу она выписала подзатыльник задире, который ещё не успел разогнуться после удара Алексея. Затем поддала тому, что неуклюже распластался на столе, в водочной луже.

– Чтобы через минуту и духу вашего здесь не было! – грозно прорычала барменша.

Двое драчунов, как ни странно, не стали возражать, а, наоборот, тут же принялись собираться, мгновенно растеряв весь свой боевой пыл.

– Да-да, Марин, сейчас, – сказал тот, которого до этого избивал собутыльник. – Пошли, Петя…

Петя, хмуро взглянув на Алексея, поспешил за своим партнёром по спаррингу в сторону выхода.

– Тебя тоже касается, – барменша, уперев руки в боки, обращалась к Алексею, который почувствовал, как из носа сорвалась и через мгновение распласталась по полу рубиновая капля. Одна, вторая…

– Я-то тут при чём? – задал казавшийся логичным вопрос Алексей. – Зачем таким пьяным наливаешь?

– А мне похер, – быдловато парировала барменша Марина. – Это моё кафе. Я сказала тебе, чтобы выметался!

– Ну, отлично! Спасибо за сервис, как говорится, – ухмыльнулся Алексей. – Умыться-то хоть можно?

Ничего не ответив, Марина, как ни в чём не бывало, поплыла назад к барной стойке. Алексей понял, что спорить и что-то доказывать тут бесполезно. Эту королеву буфетов и из танка не прошибёшь.

Наскоро умывшись в туалете, писатель прихватил свои вещи и поспешил из негостеприимного кафе на улицу.

Из подворотен веяло прохладцей, а с сентябрьского неба порывался припустить мелкий дождик. Двух драчунов, из-за которых Алексея выставили из кафе, уже и след простыл. И чёрт с ними – чего разбираться с такой хронью? Себе дороже выйдет. Испортили обед два мудака, да и ладно… Он пошёл по улице, размышляя, куда податься дальше.

В итоге вышел на Лиговский проспект, где наскоро перекусил в столовой, затем посетил продуктовый супермаркет, в котором обзавёлся бутылкой водки с закуской, и после направился в закоулки Лиговского, 50, известного своими тусовочными местами. Давно здесь не бывал…

Поезд до дома шёл в ночь, поэтому у Алексея была ещё куча времени. Он расположился у бетонного парапета в самом дальнем закоулке неформальной петербургской достопримечательности. За высоким забором виднелись маневровые пути Московского вокзала, находившегося неподалёку, на рельсах тут и там стояли вагоны, изредка в ту или другую сторону на малом ходу следовал железнодорожный состав.

Алексей выпил, закурил. Голову сразу заволокло приятным туманом. Кровь носом больше не шла, по телу растекалось знакомое водочное тепло. Хотелось с кем-нибудь поговорить, поделиться мыслями…

Компания для разговора нашлась очень скоро: словно по мановению волшебной палочки из-за домов вырулило несколько неформалов, которые направились к тому же самому парапету, что ранее облюбовал Алексей. Судя по всему, они тоже собирались тут выпивать. Замечательно!

Многое, если не всё, в мире делается от скуки. И от одиночества. Человеку трудно, а подчас и невозможно находиться один на один с собой, со своими мыслями, с рано или поздно приходящим осознанием тщетности и нелепости бытия. Поэтому люди и пытаются сбиваться в стаи, придумывать себе какие-то неплодотворные, но способные подарить временное забвение занятия… Алкоголь, наркотики, поиски приключений, экстремальный спорт – всё это следствия скуки и одиночества. Как и случайные знакомства… Как и их последствия…

Компания неформалов состояла из двух девушек и трёх парней, самый старший из которых – судя по всему, молодящийся ровесник Алексея, панк с малиновыми волосами – отрекомендовался коротко:

– Серёга!

Остальные тоже назвали свои имена, но немного опьяневший Алексей сразу не запомнил всех, решив, что разберётся по ходу разговора.

– Присоединюсь к вам? – спросил он чисто для порядка и показал на имевшиеся у него алкоголь с закуской.

– Без проблем! – красноголовый Серёга махнул рукой. Остальные промолчали, видимо, не возражая.

Разлили водку, выпили. Потом разговорились, выпуская густые клубы сигаретного дыма.

– Чего не работаешь? – спросил Серёга, ухмыляясь, – рабочий день-то в самом разгаре!

– Да я тут проездом, – Алексей не стал уточнять цель своего визита в Петербург, – вечернего поезда жду. Ты и сам, как я погляжу, не особенно торопишься пополнить ряды тружеников тыла…

– Мне можно, я сам себе хозяин, – с гордым видом произнёс Серёга.

– И чем занимаешься?

– Да так, всем понемногу. Руковожу одной конторой…

Серёгин внешний вид вызывал большие сомнения по поводу того, что он чем-то где-то мог руководить, но Алексей не подал виду, что не верит новому знакомому. В конце концов, какой-нибудь закладчик или мелкий барыга вполне мог считать себя индивидуальным предпринимателем или даже совладельцем сетевого бизнеса.

– Ну, и как успехи?

– Всё в шоколаде! – улыбнулся Серёга, продемонстрировав отсутствие двух передних зубов.

Алексей давно заметил, что есть люди, которым физические недостатки, как ни странно, идут. Серёга, очевидно, был одним из них – отсутствующие зубы делали его улыбку немного загадочной и по-детски невинной. Наверное, кому-то он мог даже понравиться из одной только жалости – в том смысле, что было в его виде что-то такое неприкаянное и жалкое, роднившее его, скажем, с бродячей собакой или подброшенным под дверь котёнком.

– Давайте тогда ещё по одной, раз такое дело! – Алексей налил всем водки.

После второй начался обычный пьяный галдёж, остальные неформалы тоже вклинились в беседу. Пили и говорили на разные темы, Алексей спросил про политику – ему было интересно, что о ситуации в стране думают эти ребята.

– Я думаю, что всё это херня! – пьяным голосом заявил Серёга. – Система вся эта… Я вот против системы!

– В каком смысле?

– А во всех сразу! Против системы – и всё!

Вроде для юношеского максимализма Серёга, в отличие от своих спутников, был уже староват, тем не менее, слова его были пропитаны чистым инфантилизмом. Алексей усмехнулся: некоторые люди просто не умеют взрослеть…

– Ты же сказал, что руководишь конторой…

– Ну да!

– Разве это не система? – улыбнулся Алексей. – Разве можно управлять чем-то бессистемно?

Алексею нравилось собственное интеллектуальное превосходство над неформалом. Он мог с лёгкостью прижать того к стене силой своих аргументов и заставить лепетать несвязную чушь.

– Не, ну это другое… Тут я тупо зарабатываю бабки…

– А разве бабки – это не система? Как по мне, так самая натуральная система… Махровая!

– Ну, бухать же мне надо на что-то, например, – Серёга нехотя попытался отстоять свою позицию.

– Так и бухло – точно такая же система, – рассмеялся Алексей. – Выпил, потусовался, уснул, проснулся, похмелился, снова потусовался – та ещё система… – Он посмотрел на Серёгу, который, кажется, был в замешательстве и не совсем понимал, чего