Первый Предтеча 3 - Элиан Тарс

А метка эта на ладони, — заговорил он через полминуты, уже совсем другим голосом. — Я, как выехали за ворота, чувствую, рука будто в тёплой воде. Кажется, даже стрелять будет легче. Да… — Он посмотрел в окно на сумеречную Чёртову Лапу. — Зрение заметно острее стало.

— У меня так же, — быстро кивнул Клин. — Вижу всё реально ярче и чётче.

— Вот вам и ответ на вопрос, зачем Первый двое суток медитировал у себя в доме, — сказал Муха. — А вы всё гадали…

— Капитан, — Лапа повернулся к Святогору всем корпусом. — А вы сами-то?..

— Я сам, — перебил его Святогор, — сейчас думаю, что как кто-то очень уверенно едет в сторону Чёртовой Лапы. Вот на гостях и надо сосредоточиться.

В этот момент впереди показался поворот, за которым просёлок выходил к подъезду с трассы. И почти сразу в наушниках ожил голос Цицерона:

— Южный рубеж, Святогор! Вижу первые машины. Два грузовых фургона, две легковых и что-то тяжёлое в хвосте. Не меньше тридцати стволов.

— Принял, — коротко ответил Свят. — Занимаем позиции. Огонь по моей команде.

«Волк» скатился в придорожную канаву, Клин заглушил двигатель. Бойцы начали выходить один за другим.

Лапа спрыгнул на землю последним. Автомат в руках показался ему непривычно лёгким. Он поднял ладонь к лицу, посмотрел на линии и беззвучно хмыкнул. Потом навёл ствол на ближайший куст и понял, что видит каждый лист отдельно, а не общей зелёной массой.

— Вот тебе и подарочки, — пробормотал он себе под нос.

* * *

«Егерь» выкатился к северной окраине Чёртовой Лапы и оказался на возвышенности — местность здесь открывалась далеко вперёд. Справа — лесополоса, а слева заросшее поле, за которым угадывался ручей.

Петрович загнал грузовик за кромку деревьев, заглушил двигатель и вылез наружу, прихватив свой «Слонобой». На спине у него висел короткоствольный автомат. Старик сунул в карман горсть патронов для «Слонобоя», похлопал себя по боку и тихо выругался.

— Что? — спросил я.

— Шесть штук осталось, Антон Игоревич, — буркнул Петрович. — Шесть артефактных на мой «малыш». Мирослава Сергеевна уже договорилась с поставщиком из Рыбинска, но те обещали к концу недели.

— Значит, «Слонобой» бережём.

— А то ж, — кивнул старик, нежно проводя ладонью по тяжёлому стволу. — Прости, родимый. Будешь сегодня молчать, пока не припечёт. Это вынужденная мера, не обижайся.

Мирослава уже стояла у заднего борта, поглядывая то на поле, то на дорогу, то на свою левую ладонь. По её напряжённому лицу было видно, что она прислушивается к метке не меньше, чем к ветру.

— Что-то чувствуешь? — поинтересовался я.

— Да, — коротко ответила она. — Земля… держит. Раньше такого не было.

— Это Чёртова Лапа отзывается.

— Как это? — спросила она, подняв на меня взгляд.

— Потом объясню, — сказал я. — Сейчас смотри за дорогой. Враги уже близко.

Руна Ощущения подтверждала: с трассы в нашу сторону свернули пять машин. Шли они напористо, но неровно — казалось, что управляют колесницами люди из разных групп. Две машины, например, держались друг за другом плотно, остальные три шли чуть в стороне, как будто присматриваясь не только к местности, но и к своим, видимо, временным товарищам.

«Первый, — подал голос Рух, — Телеги у них тяжёлые. В двух передних дополнительная защита по днищу».

Я повернулся к своим.

— Петрович, ты с Игошей на возвышенности у деревьев. Будет худо — отступайте в «Егерь». Его руны защитят. Пока автомата хватает — используй его. Мира, ты со мной, начинаем вон за тем валуном, — кивнул я на огромный камень и повернулся к мелкому голему. — Ты по центру маскируйся. Тоже изобрази из себя валун и жди. Атакуем по моей команде.

Я обвёл взглядом свою бравую группу. Все напряжены и готовы к бою. Даже Игоша.

— Помните, — максимально серьёзно произнёс я. — Те, кто пришёл на нашу землю со злыми намерениями — не люди, а твари. Вроде тех, что приходят со Срезом. Так что никакой жалости к тварям. Ясно?

Старик, малец и девушка решительно кивнули. Дед выглядел предельно серьёзно, Игоша немного нервничал…

А Мира явно предвкушала скорую битву. Едва ли не облизывалась от нетерпения: что не говори, а «враги рода» для неё — самая сладкая добыча.

Голем медленно повернул голову в мою сторону и кивнул. Метка у него на лбу чуть заметно пульсировала в ритм с моим Источником.

Я повернулся к Руху, сидевшему у меня на плече, и, глядя в его умные глаза, произнёс:

— А ты — в небо. И не жалей огня, друг. Сегодня можно. Сегодня никто из врагов не уйдёт из Чёртовой Лапы.

Птица склонила голову набок.

«Наконец-то, — проворчал он. — А я уж думал, до старости таиться».

«Ты и так старый, — усмехнулся я. — Лети».

Рух беззвучно сорвался с моего плеча, взмыл вверх и через пару секунд пропал из виду. Я проводил его взглядом.

Для меня важно не допустить распространения слухов о такой уникальной и сильной птице, как Рух. Именно поэтому он обычно не лезет в бой там, где можем справиться без него. Случай с колонной Залесского сразу после перерождения Руха — исключение. Ведь в тот раз моему пернатому другу очень нужно было высвободить огромный объём энергии, который он не мог сразу усвоить.

Однако сегодня Рух может сражаться в полную силу. Сегодня враги после встречи с ним слухов уже распустить не смогут…

Глава 13

Вскоре из-за поворота показались машины неведомого противника. Мы сидели с Мирой у валуна в высокой траве, рядом с дорогой. Неподалёку притаился Мишка.

Первым ехал тяжело гружёный фургон с тонированными стёклами. За ним чёрный внедорожник, следом ещё один фургон и две легковушки. Транспорт замедлил ход, выбирая точку для удобной остановки и последующей за ней высадки.

Ждать, пока бойцы противника выйдут и наладят боевой порядок, не было никакого смысла — чем больше времени врагу дашь на подготовку, тем больше шанс, что он смертельно удивит тебя или твоих людей.

Источник отозвался мгновенно. Я зачерпнул из него побольше Силы и направил её по каналам к плечу… локтю… запястью…

А затем разом выпустил её перед собой через открытую ладонь.

Воздух над дорогой загудел, словно втягиваясь в невидимую точку — будто само пространство сжалось в