Ученица сильнейшего мага - Екатерина Политова

признался: — Поэтому ты знатно удивила меня сегодня, а это нелегко сделать, поверь.Ты первая за многие годы поняла, что с ней что-то не так. К ней прикасались действительно сильные маги и до тебя, и этотартефактвсегда оставался для всех лишь картиной.

Я смотрела на него, ещё не до конца осознавая смысл его слов, но что-то не отпускало, какая-то неясная тревога. Об этом родители мне никогда не говорили. Они никогда не говорили со мной о магии. Почему он знает это обо мне, а я нет?

Я поняла, что страшно запуталась. Я боялась рассказать ему свою тайну и не знала, насколько много знает сам ректор. И озвуч я всё, что мне известно - поставит ли это под угрозу мою жизнь и жизнь моих родителей? Никто не давал мне права рассказывать то, что очень долго меня учили скрывать. Секрет моего происхождения. Мне будто доверили часть тайны, а вторая половина была у Адама фон Кирса. И каждый в эту секунду будто пытался понять насколько много информации знает другой.

— Это всё? — в глубине души понимала, что это не так. Этот человек всей правды не раскроет никогда. Мне придется искать её самой.

— Пока это всё, — мягко произнес Адам. — Ты должна быть в безопасности, Аннабель, — добавил он тихо, и его слова прозвучали почти… лично. Будто он искренне сейчас пытался убедить меня не делать глупостей. А я не верила, что он обо мне действительно беспокоится. — Тебе нужно учиться, изо всех сил учиться справляться со своими особенностями и магией. Мы не можем позволить, чтобы она вышла из-под твоего контроля. Блокировать твою магию - это последнее, что нам нужно. Ты должна думать прежде всего о себе, возьми от Академии всё, что можешь, чтобы выжить и стать сильнее. Я говорю тебе это уже в который раз - твоя цель научиться справляться. Отныне в уроки будем добавлять артефакты разной степени силы.

Его глаза задержались на моих дольше, чем следовало, и в этом взгляде было что-то, что мне отчаянно хотелось понять, но я не успела — ректор уже поднялся и, подойдя к двери, жестом показал, что наш разговор окончен.

Я встала, но всё ещё чувствовала его слова, как невидимую нить, связывающую меня с ним и этими нераскрытыми тайнами, в которые я так отчаянно хотела влезть, но теперь жалела об этом.

Ректор фон Кирс стоял у двери, выжидающе глядя на меня. Я знала, что он не сказал всего. И почему-то мне чудилось, что онхотел бымне рассказать, но не мог.

Я хотела спросить что-то ещё, что вытащило бы из него дополнительную крупицу правды, но в последний момент промолчала. Однако ректор, будто уловив этот мой порыв вдруг произнес:

— Нужные ответы найдут тебя сами, Аннабель. Хочешь ты этого или нет. Чем сильнее ты станешь - тем больше власти будет у тебя в руках. Чем больше власти - тем больше ответов ты будешь получать. Но не жди, что они сделают твою жизнь проще, скорее всего они безвозвратно её усложнят.

Я покинула кабинет, но ощущение этой встречи, прикосновение к его тайне, следовало за мной по пятам и переплеталось с моими собственными секретами. И о том, что в картине, он намеренно не говорил, обходя это десятой дорогой. Вот почему он ухватился за мой вопрос. Потому что я спросила не о том, что произошло, не о нем, я спросила о себе самой.

В приемной меня уже ждала Анита.

— Как вы узнали, что я здесь? — удивленно спросила я.

— Тени ректора нашептали, — пожала она плечами и я поняла, что мне очень надо больше почитать о стихии тьмы в библиотеке.

Ррайз воодушевленно разбирал какие-то бумаги на столе, будто ему это страшно нравилось, и то и дело бросал в нашу сторону заинтересованный взгляд черных глаз.

— До свидания, Ррайз, — слабо улыбнулась я фамильяру.

— Ветер ласков, — радостно махнул он мне черным крылом, потому что в его когтистых руках была зажата огромная пачка документов, которую он тут же понес ректору.

Я едва успела перевести дух, как в коридоре нам встретились Элайза и Леопольд. Оба выглядели мрачными и уставшими, и как только они заметили меня, Леопольд сощурился, в его глазах мелькнула усмешка.

— Смотрю, ты отделалась от этой пытки с подъемом и спуском легче, чем мы, Корица, — сказал он, иронично приподняв бровь. — Все видели, как тебя ректор перенёс, а мы ещё тащились вниз. У меня ноги сейчас отвалятся.

— Да уж, у нас тут кое-кто в любимчиках ректора, — добавила Элайза, которая не смотря на уставший вид, осилила мне улыбнуться.

— Никому бы не пожелала быть таким любимчиком, — мрачно заметила я и покосилась на Аниту. — Когда вы успели познакомиться? — спросила я, переводя взгляд с одного на другого, чтобы уйти от темы с ректором.

— Страдания сближают, — наигранно пафосно произнес Леопольд. — А на самом деле иногда для практики к нам на факультет приглашают созидателей с факультета целительства, чтобы те научились оживлять, практикуясь на наших творениях. Ты ещё не видела, Корица, как фамильяры оживают?

Я помотала головой и опять посмотрела на Аниту. Куратор молчала, давая нам пообщаться. Ректор немного ослабил мой поводок?

Леопольд и Элайза обменялись короткими взглядами, как будто не решаясь что-то предложить, но в конце концов Леопольд первым прервал молчание:

— Корица, мы собирались прогуляться к озеру после ужина. — сказал он слегка неловко. — Оно в границах Академии, не очень далеко, так что тебе не придётся страдать снова и переть в гору. Кураторы наших факультетов это одобрили, если что, — он глянул на Аниту.

Элайза слегка толкнула его локтем, будто он недостаточно выразительно позвал, и, улыбнувшись, более воодушевленно добавила:

— Было бы здорово, если бы ты пошла с нами. Присоединишься? Там будут ещё другие студенты, но я обещаю, что не дам тебя в обиду. Я уверена, что тебе тоже хочется развеяться.

Я уже собиралась сдержанно поблагодарить их и отказаться, думая, что Анита будет категорически против, но к моему удивлению, куратор кивнула, скрестив руки на груди:

— Думаю, ты заслужила немного отдыха, Аннабель.

Я застыла, не веря собственным ушам. Моё сердце чуть ли не выскакивало из груди от радости.

— Правда?! Я могу? Спасибо!

В глубине души я понимала, что значит это разрешение: мне дали чуть-чуть свободы,