Ученица сильнейшего мага - Екатерина Политова

Но сегодня я видела этого человека таким, каким его возможно, практически никто не видел. Я, студентка-первокурсница, случайно сорвала с этого сурового человека его ледяную маску и эта мысль будоражила. Но как относиться к тому, что увидела, я пока не знала.

Зато одно я знала точно - толику свободы на озере я использую на все сто. Я разрешила себе этому радоваться, а куратор разрешила Леопольду с Элайзой пообедать вместе с нами сегодня. Весь оставшийся день я мечтательно предвкушала эту прогулку. Ну что может там случиться?

Адам просматривал документы, скопившиеся на его столе: отчёты о дисциплине, запросы преподавателей, вопросы распределения студентов и пересмотра учебных программ. Бюрократия академии накладывала на него свои обязательства. Солнце уже давно село, но бумажная волокита всё не заканчивалась. Однако, мысли Адама то и дело возвращались к картине, которая всё ещё стояла на полу, и к девушке, что так смело решилась до нее дотронуться. Он знал, что она могла там ощутить и увидеть, и собственная неосмотрительность злила. С Аннабель всё не так. И больше всего тревожило то, что это вредит ей прежде всего.

Внезапно дверь приоткрылась, и в кабинет вошла Глория. Единственная, кому можно вот так без стука заходить сюда.

— Адам, прошу тебя… не отправляй нашего отца в тюрьму, — начала она, с трудом скрывая тревогу. — Он же там не продержится.

Ректор не отрывал взгляда от бумаг, и лишь уголки его рта дрогнули, выдавая скрытое раздражение.

— Он сам довёл себя до этого, Глория, — холодно отозвался он. — Я его туда не отправлял, я его просто не вытащил. За ним следят, так он никому не навредит. В том числе себе.

— Хоть какое-то сочувствие в тебе осталось?

— К нему? Никакого. Тюрьма - это для него скорее неизбежность, чем несправедливость, Глория, — подписав последний документ, он поднял на нее взгляд. — Кстати хорошо, что ты зашла. Хотел попросить тебя добыть мне лист рей-ай.

— Это же яд… — выдохнула она, сразу поняв зачем он ему. — Адам, даже в малых дозах, я не советую.

— Просто принеси. Ты становишься как твоя мать с её причитаниями.

Внезапно он почувствовал лёгкую вибрацию в кармане. Его волшебный лист в пиджаке начал светиться слабым голубым светом, передавая вызов - Совет собирался на внеочередное заседание и, как член Совета, Адам должен был присутствовать. Ниже светилась печать срочного портала - его уже ждали, портал был готов к переносу.

— Разговор окончен, Глория, — вздохнул он и поднялся, приложив палец к магической печати на листе.

Магия стихи земли захватила его в светящийся вихрь и мгновенно перенесла в просторный коридор здания совета. Творец, одетый в серый простой костюм, тут же поклонился ректору фон Кирсу.

— Добро пожаловать, совет уже ждет вас, — произнес он. Специальный артефакт на запястье творца потускнел - магия истрачена полностью, путь от Академии Растар до Совета неблизкий, а дирижабль это слишком долго. А срочные порталы были способны открывать только творцы.

Адам направился к залу, уже предчувствуя, что предстоящий разговор будет посвящён не только вопросам безопасности. Совет собрался в зале, залитом светом от магических фонарей. Представители Орденов сидели на своих местах.

Как только Адам вошёл, разговоры стихли, ректора встретили насторожёнными взглядами. А когда он занял своё место, глава Ордена Хранителей Артефактов, Томас фон Латиберг, скрестив руки, сразу перешел к делу:

— Начнем с первого вопроса. Ректор фон Кирс, он касается статуса вашей ученицы, Аннабель Флёри. Её способности вызывают интерес у всех. Девочка явно необычна. Её дар чувствовать артефакты и реагировать на магические объекты представляет интерес для нашего Ордена. Мы считаем, что её следует передать нам по окончании обучения.

Латиберг являлся параллельно и главой Совета, передающейся должности. Каждый из представителей Орденов был осведомлен об Аннабель. Это было решение Адама - позволить слухам дойти до них, он не собирался упускать шанс разузнать, кто именно из этих «уважаемых» людей строит планы за его спиной и за спиной короля. Потому что все ниточки вели в Совет.

— Ректор фон Кирс, мы все слышали о ваших… методах, — осторожно продолжил другой старейшина из Ордена Хранителей Артефактов. — Но ваша ученица Аннабель Флёри слишком ценна, чтобы оставаться в ведении Тайной канцелярии.

Адам только холодно посмотрел на него, не удостоив ответа. Его кольцо вдруг начало разогреваться. Сначала он пытался игнорировать это, зная, что Аннабель находилась под присмотром Аниты, но жар становился всё более ощутимым. Однако он не мог покинуть заседание Совета прямо сейчас.

— Орден Магических Исследований полностью поддерживает это предложение, — тут же добавил другой советник, поднимаясь со своего места. — Исследование её магии может привести нас к новым открытиям! Вы представляете, какие возможности это даст королевству? Стихия воздуха никогда прежде так не пробуждалась.

— Она пригодится и нам, — хрипло добавил старый генерал из Военного Ордена. — Девочка с такими способностями могла бы стать ценным боевым магом. Подобное дарование нельзя упустить.

Один из членов Военного Ордена, отвечающий за подразделение магов защиты, начал активно кивать, но поспешил добавить:

— Главное, чтобы её магия была под контролем. И это не вылилось в проблемы.

Адам слушал молча, тем временем кольцо на пальце всё больше отвлекало, но он не позволил себе даже жестом показать, что что-то не так. Он опустил руку под стол и заговорил, не повышая голоса, но достаточно твердо:

— Никто из вас не получит её. Аннабель Флёри останется в Академии Растар до окончания обучения, а после выпуска будет служить на благо Тайной канцелярии.

Он сказал это неожиданно даже для самого себя, потому что по изначальному плану он предполагал отдать её в подразделение защиты Военного Ордена. Но теперь, видя, как каждый из них рвёт её на части, тянет к себе, стремится заполучить её силу в собственный арсенал, он понял, что так просто её не отдаст. Не отдаст, даже если она успешно исполнит свою роль и выживет. Она нужна Тайной канцелярии. Он убеждал себя, что поступает сейчас так именно по этой причине.

Послышался ропот возмущения, и генерал Военного Ордена резко нахмурился, открыв рот, чтобы что-то возразить, но его перебили.

— Она ещё ребёнок, — спокойно произнёс магистр Военного Ордена, оглядывая членов совета. — Мы здесь для того, чтобы делить жизнь юной девушки? Ещё не