Бастард Императора. Том 31 - Андрей Юрьевич Орлов

Не найдя ничего, кроме оставленных вещей и следов поспешной эвакуации, мы обследовали первый и второй этажи, после чего начали спускаться в подвал.

Каменная лестница уходит вниз, а свет постепенно становится слабее. Через несколько пролётов окна исчезли, и коридор пришлось освещать небольшой шаровой молнией.

На нижнем уровне я остановился, глядя на с виду обычную каменную стену.

— Дежавю какое-то, — тихо произнесла Тина, оглядывая серый подвал. — Снова застывший мир… Только здесь он значительно светлее.

— И не говори, — согласился Гриша. — Брат, ты что-то нашёл?

Я кивнул и медленно пошёл к стене.

На первый взгляд перед нами обычная кладка. Вокруг неё нет энергетических потоков, печатей, защитных контуров или скрытых механизмов. Только голый камень, ничем не отличающийся от остальных стен подвала.

Я приложил ладонь к холодной поверхности, направляя внутрь тонкий импульс и прислушиваясь к отклику. За кладкой ощущалась пустота. Отступив на шаг, создал в руке копьё молний, чтобы не использовать здесь тёмную энергию.

Четырьмя быстрыми ударами вырубил в стене прямоугольный контур. Камень треснул ровными линиями, а мелкие осколки зависли в воздухе, удерживаемые моей энергией.

После направил энергию внутрь, толкнул плиту изнутри и одновременно отошёл в сторону.

Громадный кусок кладки вывалился наружу и с тяжёлым грохотом рухнул на основной пол, отчего всё вокруг слегка содрогнулось.

За стеной открылся проход, где внутри царила абсолютная тьма.

Я сразу создал ещё одну молнию и отправил её вперёд. Синий разряд осветил металлические конструкции.

Вдоль стен тянулись железные направляющие и массивные балки. Чуть дальше уходят вниз толстые тросы.

— Лифтовая шахта, — тихо произнёс я, подходя ближе к краю. — Но для чего она находится под обычным родовым имением?

— Какой-то бункер? — предположил Гриша, заглядывая вниз. — Тогда почему Мстиславские не воспользовались им во время эвакуации?

— Либо не знали о проходе, либо не имели доступа, — ответила Тина. — Если стену заложили без печатей, тайну могли скрывать даже от самого Рода.

— Узнаем внизу, — закончил я. — Вперёд.

Предварительно отправив молнию глубже и определив расстояние до дна, прыгнул в шахту.

Пролететь пришлось около тридцати метров.

У самого низа показалась примитивная лифтовая платформа — один металлический лист без стен и ограждений. Я использовал энергию, остановился над ним и мягко опустился на поверхность.

Следом спустились Гриша и Тина, одновременно гася скорость собственными техниками.

Перед нами находился широкий дверной проём.

Я запустил внутрь помещения новую шаровую молнию, и синий свет разошёлся по длинному залу, отражаясь от стекла, металла и серых стен.

За проходом располагалась лаборатория.

Некогда белые стены теперь кажутся серыми из-за отсутствия света и налёта времени. Вдоль них стоят рабочие столы, стулья, шкафы и потухшие приборные панели. На крючках до сих пор висят лабораторные халаты, а за толстыми стеклянными перегородками находятся самые разнообразные артефакты.

Одни напоминают оружие. Другие состоят из непонятных металлических колец, кристаллов и проводников.

Третьи заключены в отдельные герметичные камеры, вокруг которых даже сейчас ощущается слабое давление.

— Ничего себе, — тихо пробормотал Гриша, медленно входя внутрь после меня и разглядывая наполненные артефактами стенды. — Мстиславские никогда не казались мне настолько богатым Родом, чтобы владеть всем этим…

— Возможно, это вообще не их лаборатория, — ответила Тина, останавливаясь возле первого стеклянного отсека. — Или они сами не знали, что находится под имением.

Я ничего не ответил, медленно осматривая помещение энергетическим зрением, но глубоко внутри уже появился червячок сомнений.

Что, если Александр был прав? Что, если Мстиславские действительно виноваты в том, что здесь произошло? Может ли быть, что я пригрел змею на груди, и всё это время оправдывал тех, кто повинен в смерти тысяч…?

Глава 13

Один из ключей к уничтожению Ордена

— Это же не может оказаться правдой, да? — спросил Гриша, медленно повернувшись ко мне.

Мы втроём стояли перед рядом включённых мониторов, освещавших всё ещё тёмную лабораторию холодным голубоватым светом. Резервное питание удалось запустить около часа назад, но оно распространилось только на оборудование.

На экранах шли записи, датированные трёхлетней давностью.

В них не слышно голосов, не видно лиц, тел или хотя бы силуэтов людей. Камеры направлены только на закрытые экспериментальные камеры, артефактные установки и показатели приборов. Но даты, меняющиеся значения энергии и расположение оборудования не оставляют сомнений в том, что опыты проводились как незадолго до того, как Род Мстиславских покинул имение, так и намного раньше.

К этому времени мы уже полностью обследовали лабораторию. Других тайных входов не нашли. Единственный путь ведёт через заложенную камнем стену в подвале имения.

— Не знаю, — честно ответил я, продолжая следить за записью. — Ты сам всё видишь. Прямого подтверждения, что за экспериментами стояли именно Мстиславские, у нас нет, — продолжил я, закрывая один из оконных блоков. — Но и других скрытых ходов мы не нашли.

Гриша отошёл от экранов и начал мерить лабораторию шагами. Его лицо постепенно становилось всё мрачнее.

— И что теперь станет с Леной и Вадимом? — спросил он, остановившись возле одного из рабочих столов. — Если их родители действительно связаны с этими опытами…

— Всё зависит от степени их участия, — ответил я, отключая последнюю запись. — И от того, знали ли сами Вадим с Леной хоть что-нибудь.

— Ты допускаешь, что они могли скрывать это от нас? — Гриша посмурнел ещё больше.

Я снова посмотрел на центральную установку.

Судя по сохранившимся схемам, экспериментаторы пытались соединить противоположные типы энергии, удерживая их внутри единой формации. Один поток связан со светлой, второй — с тёмной. Стабилизация сорвалась, энергия вошла в резонанс с пространством, после чего начала разрастаться.

— Я допускаю всё, пока не увижу прямых или обратных доказательств. Их или не их эксперименты создали энергетический резонанс. Именно он, скорее всего, и породил аномалию.

Тина подошла ближе и вгляделась в данные.

— Здесь есть период почти в две недели между последним экспериментом и началом катастрофы.

— Это смягчает вину? — спросил Гриша.

— Нет. Если человек берётся за силу, которую не понимает, он отвечает и за последствия собственной глупости. И ошибка, и намеренные игры с такими силами, последствием которых стала гибель людей, одинаково наказуемы. — Я выключил мониторы. — Но сначала я поговорю с Вадимом и Леной. Чтобы более точно разобраться в ситуации и в случае чего подготовить их к