Пепел доверия 4 - Руслан Алексеевич Михайлов

— Это нарушение закона! Нарушение моих гражданских конституционных прав!

— Да. Так и есть.

— А еще вы сеете этим панику среди широких масс!

— Это как? — судя по тону говорящий даже заинтересовался таким вот неожиданным выпадом.

Мы тоже и, придвинувшись поближе, навострили уши. А человек в кроксах, судя по звенящему торжествующе голосу, выдал свой главный козырь:

— Отказываясь принимать рубли в качестве законного средства оплаты, вы тем самым утверждаете, что наша страна, сама Россия, перестала существовать как государство!

— Что ж… — сидящий по ту сторону стены человек помедлил, прежде чем озвучить очевидное — Мы ничего не утверждаем…

— Нет утверждаем!

— Потому что ничего утверждать и не требуется — это и так очевидный факт. Нашего государства больше не существует. Равно как и всех прочих мировых государств. Границы стерты, государственность потеряна, вся пирамида мировой власти разрушена до основания, на планете царит полная анархия… царит везде, кроме таких вот лагерей и коммун как наш военный городок, где мы стараемся поддерживать порядок всеми доступными силами. И один из самых доступных способов поддерживать порядок, это я вам заявляю, как недоучившийся экономист, так это отказ принимать в качестве оплаты ничего не стоящие красные и зеленые бумажки. Вы сегодня уже примерно седьмой, кто пытается впарить нам умершую наличку. Вы бы еще перевод с карты на карту предложили… предложение Сбера еще работает, как ни странно…

— А так можно?

— Шутите?

— У меня еще есть грузинские лари!

— Шутите?

— Доллары?

— Вы начинаете повторяться…

— Турецкие лиры? Правда их немного…

— Продолжаете шутить?

— Дирхамы⁈

— Нет! Мы не принимаем ни одну из мировых валют! Только бартерный обмен!

— Но у меня нет ничего кроме мотоцикла с пустым баком, этих вот кроксов и нескольких денежных пачек! Наличка и мотоцикл — всегда были синонимами свободы во всех её проявлениях! От финансовой до физической! Я весь мир объездил на своем мотоцикле!

— Мотоцикл, говорите? Это уже куда интересней. Нам требуется двухколесная мощная и быстрая техника для выездов за периметр… хотите обсудить? Можете показать? Описать состояние?

— Да вы что! Это же… это же больше, чем мотоцикл! Это… это…

— Это то, что может оплатить вам аренду личного жилого отсека на месяц плюс трехразовое питание в столовой сроком где-то на пару недель… тут все будет зависеть от модели, возраста и состояния вашего средства передвижения. Если есть инструменты и запчасти — еще лучше.

— Продать мотоцикл? Нет! Да он меня раз двадцать спас пока я сюда добирался! Я бы даже не остановился здесь если бы не кончившийся бензин! Я вообще на север двигался! Потом планировал путь на юг — Магадан ждет! Магадан! Там холодно! Там люди!

— Что ж… тогда наш разговор закончен, уважаемый. Возвращайтесь в первый барак сортировочного центра, где вас ждет…

— Крохотная клетка или поводок приклепанный к стене!

— Да… мы пока не можем обеспечить индивидуальным жильем всех желающих. Люди прибывают каждый день… и да, мы обеспечиваем их всем, чем можем, но упор делается и будет делаться на людей семейных и с детьми. Одиночки вроде вас… в последнюю очередь, если только не обладают особо ценной для наших нужд специальностью. А вы по профессии…

— Я крупный финансовый аналитик и специалист по недооцененным ценным бумагам…

— Ясно… первый барак. Наш разговор закончен.

— Подождите! Подождите! — поникнув головой, он вцепился в подоконник у окошка, постоял так, что-то бормоча и наконец едва слышно пробормотал — Во сколько… во сколько вы оцените мой мотоцикл?

— Надо смотреть. Он на парковке?

— Да…

— Хорошо. Давайте на выход, там пристегнитесь завинчивающимся карабином к любому свободном тросу у стены и ждите — подойдет человек для оценки.

— У меня очень крутой байк… и… и…

— Мы все понимаем… всех жалко… и вас жалко. Но жизнь есть жизнь. Времена когда мотоцикл и пачка налички означали свободу… эти времена позади и для нас, для нашего поколения, скорей всего навсегда. Давайте на выход и не забудьте пристегнуться.

Кивнув, мужчина в кроксах развернулся и по стариковски зашаркал на выход. Мы с Игнатом переглянулись. Он, придвинувшись, тихо прошептал:

— Капец тут продавцы мудрые…

— Да уж…

— Мы стараемся! — вернувшаяся на пост женщина рассмеялась и со стуком поставила на стол кружку с чаем — Ну? Давайте сначала вы покажете, что принесли, я оценю, а потом послушаю что вы такого хотите взамен…

«М-да!… вряд ли нам тут удастся многое выторговать — уж больно ушлые тут люди сидят. Не остаться бы без трусов и колес и то радость будет…»

* * *

Наши торговые переговоры длились минут двадцать.

Их результатом стало наше избавление от продуктов длительного хранения вроде не самой лучшей тушенки, гречки, макарон, армейских сухих рационов, кучи таблеток сухого спирта, около десяти бутылок растительного масла и еще много чего, выданного мне жителями поселка для обмена на необходимое им лично. Взамен мы получили то самое «необходимое им лично», плюс мы с Игнатом еще раз убедились, что люди тут за окошками максимально ушлые и мудрые. Они ободрали нас как липку… но выдали все что мы запросили. Просто в меньшем количестве. К примеру, за пять бутылок растительного масла женщина из поселка просила десять пачек гигиенических прокладок и столько пачек тампонов. Получила вдвое меньше. А над её пожеланием конкретной марки продукции женщина лишь посмеялась, выпила глоток чая и продолжила резать и резать беспощадным скальпелем реальности чужие хотелки. Мы получили преимущественно женские товары личной гигиены и я, к слову, вот вообще НЕ ожидал, что именно прокладки и тампоны окажутся насколько востребованы во время конца света. Я-то думал патроны и бензин… но нет… прокладки с крылышками не особо отставали в этой гонке нужности…

Стал бы я сам менять долго хранящееся драгоценное растительное масло на гигиенические прокладки?

Ответить затрудняюсь — я не женщина. Но раз меняют — значит для них это действительно важно. Но в целом тут есть над чем задуматься, блин — не над прокладками женскими, конечно, а над такого рода вещами, которые мы сами не сможем произвести кустарным способом в том же качестве, как прежде. Вот растительное масло — сможем. Видел я ролики на