Беглянки - Дэя Лим

мешочек с любимой приправой, девушка принялась за готовку. В нетленке еще оставалось немного молока. Порывшись в рюкзаке, девушка нашла пару картошин. Здорово! Она приметила дикий лук по пути — будет жаркое из зайчатины. Пальчики оближешь!

Чуть повозившись, Рид установила свою «сковородку» — потрепанную, видавшую виды железную пластину, которую она гордо именовала «артефактом полевой кухни». Тщательно обваляв мясо в пряной смеси, она принялась поджаривать зайчатину. Аромат поплыл по поляне, смешиваясь с запахом дыма и влажной листвы. Однако нужно было еще сготовить бульон.

Полукровка окликнула Ветту. Та успела пару раз попасть именно в те деревья, в которые целилась, поэтому ее настроение заметно улучшилось.

— Пахнет чудесно, я могу чем-то помочь?

— Да, ты не могла бы набрать воды? Мы проходили ключ, помнишь? Он не так далеко.

— Конечно, — с готовностью согласилась девушка. Схватив котелок, Ветта перебросила рыжую косу (с недавних пор она начала заплетать волосы, как Рид) через плечо и отправилась на поиски воды.

«Она изменилась», — подумала вдруг полукровка. — Стала более уверенной. Даже осанка другая — не такая напряженная. Хорошо, что эти дурацкие зеленые пятна начинают сходить».

Графиня, не подозревающая о хвалебных мыслях полукровки, в свою очередь размышляла о скорой встрече с тетей. В груди то и дело вспыхивало тёплое предвкушение, смешанное с легкой тревогой. Она не знала, как Рид планирует перейти границу, однако была уверена, что Тунрида что-нибудь придумает.

Ветта любила тетю Виолу, младшую сестру отца. Та была женщиной удивительно живой и яркой — такой, что рядом с ней даже самый хмурый день будто становился светлее. Виола обожала своих кошек и свою свободу, и, кажется, именно в этом и заключалась ее главная философия жизни. Ветта до сих пор помнила, как отец ругался с сестрой по поводу ее отношения к браку:

— Ты должна выйти замуж или уйти в монастырь, как все приличные женщины нашего рода, Виола! Да прекрати смеяться!

А тётя смеялась. Она всегда много смеялась — звонко, искренне, будто сама мысль о том, чтобы загнать себя в какие-то рамки, казалась ей невероятно смешной.

Лишь один раз Ветта видела тётку печальной и молчаливой — на похоронах отца. Закутанная в черную шаль, с темными кругами под глазами, тетя сама на себя не походила. Она крепко обняла Ветту при встрече, но ничего не сказала, только плакала.

Ветте было так горько в то время, она даже не задумывалась, что внезапная смерть отца превращает Зарину в ее опекуншу. Отец так хотел, чтобы они с Зариной подружились и стали одной семьей, но ведь он не мог не понимать, что мечты не воплотились в жизнь?

Виола не хотела оставлять племянницу с чужой женщиной. Ветта помнила, как тётя ругалась с Зариной, грозилась обратиться к шерифу. Может, она так и поступила, только лорд Смайгон рассудил не в её пользу… Так или иначе, девушка осталась с Зариной, а Виола с похорон брата ни разу не появилась во дворце. Даже писем не было.

«Может, Зарина специально прятала письма?» — в который раз подумала Ветта, невольно сжимая пальцы в кулаки.

«Нет, хватит об этом думать! — строго сказала себе графиня. — Виола любит меня и будет рада принять к себе».

Ключ нашелся быстро. Набрав воды, девушка поспешила к стоянке. Видимо, ради разнообразия боги позволили ей добраться до лагеря без приключений. Рид уже снимала мясо со сковороды, и от золотистых ломтиков шел такой аромат, что у Ветты в животе заурчало.

— Может, так съедим? — с надеждой спросила графиня.

— Ничего, потерпишь. С бульоном мясо будет нежнее, — не терпящим возражений тоном заявила полукровка. — На вот, лук почисти.

Забрав воду у Ветты, Рид перелила часть в тарелку, а в оставшуюся воду добавила молоко и немного специй. Порубила картошку и лук, который успела почистить графиня. Когда бульон закипел, полукровка порезала в него крупными кусками поджаренное мясо.

— Вот, — довольно вздохнула Тунрида. — Осталось немного подождать, и обед готов!

— Скорее ужин, — хмыкнула Ветта, потирая живот. Синька, успевший выспаться, осторожно выглядывал из куртки, щурясь от косых лучей солнца.

— Ужин так ужин, — пожала плечами Рид. — Мы вполне можем здесь заночевать.

Когда полукровка наконец-то допустила графиню до еды, девушка накинулась на блюдо с неподобающей для леди скоростью. После трех добавок Ветта согласилась, что блюдо стоило ожиданий. Рид (что удивительно) тактично воздержалась от упоминаний, что кто-то не хотел зайчатины. Полукровка вообще с наступлением вечера как-то притихла. О чем-то задумавшись, она смотрела на огонь, крепко сжав кружку с чаем. Ветта, раздумывая, спросить или не спросить, что тревожит спутницу, лениво гладила Синьку, лежащего на коленях.

— Все нормально? — все-таки решилась графиня.

Тунрида, мрачно нахмурившись, лишь дернула плечом.

— Всё в порядке, — ответила она, но голос прозвучал не слишком убедительно. — Просто… устала.

— Э-э-э, ну ладно, — Ветта не видела полукровку такой… раздосадованной, злой, печальной? — Завалюсь-ка я спать. Ну, спокойной ночи!

Ветта быстро схватила первые попавшиеся под руку ветви и устроила «лежанку». Ветки были влажноватыми, но графиню волновало не это. Рид так и осталась сидеть у тлеющего огня.

* * *

С самого утра Тунрида была заметно не в духе. Ветта давно отбросила попытки уследить за переменами в настроении спутницы. Может, настроение полукровок зависит от фаз луны или магнитных бурь? Если так, то сегодня была мощнейшая солнечная активность. Спутницы прошли совсем немного (даже по меркам Ветты), как вдруг Рид объявила о привале.

— Ночевать будем здесь! Соберешь хворост для костра, или это слишком сложное задание для «ее святейшества»?

Ветта хотела огрызнуться, но вовремя заметила взгляд подруги.

«Она хочет поругаться, — пронеслось в голове, — хочет покричать».

— Хорошо, сейчас соберу, — мирно ответила девушка и поспешила в лес.

Что-то тут не так, и дело не в Ветте. Но как узнать, что именно? Тунрида и в хорошем настроении не любит рассказывать о себе. А может, дело все-таки в Ветте? И Рид просто надоело с ней возиться?

Пока Ветта выстраивала гипотезы, попутно собирая хворост, ее спутница готовила место для ночевки. Яма под костер была уже обустроена. Рядом протекала небольшая речушка: можно наловить рыбы и сварить уху или запечь — словом, голод им не грозит.

«Какого черта я делаю? — с тоской подумала Рид. — Еще ж светло, могли бы пройти пару-другую миль».

Но дело в том, что сил идти не было. Хотелось лечь, свернуться калачиком и заснуть-забыться. Тунрида ненавидела себя в таком состоянии. Это появилось после встречи сним.

Даэрон.

Проклятый фейри.

Знала же, что нельзя с ними связываться! Так нет. Она повелась на его обаяние, лёгкость, на