Эмиссар пустоты - Владимир Михайлович Мясоедов

чародея. — Явно же состряпанное искусными химерологами биоороужие…Причем биооружие времен активной войны между Атландитой и Гипербореей, когда могучей магии было пруд пруди, а вот с изобретением эффективным и сугубо материальных средств убиения ближнего своего как-то особо не заладилось…

Выигрывая себе время, чародей заставил окружающий его воздух обратиться льдом, скрываясь в центре намороженной сферы, вполне способной выдержать попадание ядра из пушки или даже нескольких, если бить орудия станут в разные места. Вот только когда её облепили бабочки, по виду действительно смахивающие на самую обычную моль, пускай даже и зубастую, количество замороженной воды стало стремительно сокращаться, поскольку она словно бы всасывалась в огромное количество пусть и маленьких, но словно бы бездонных желудков. И на прочность поглощаемой субстанции насекомым оказалось практически плевать…До тех пор, пока они не наткнулись на пусть и тонкую, но все же каменную корку.

— Определенно старая военная гиперборейская разработка, которую враг скопировать или стырить может и сумел бы, но толку-то, когда она против геомантии тупо не эффективна? — Хмыкнул чародей, уже почти полностью скрывший в толще камня и не намеревавшийся останавливаться. Поскольку набросившиеся на него твари сидели в закрытом каменном коробе неизвестно сколько времени, ну как минимум половину суток, уже потраченных на знакомство со складом невостребованной продукции, можно было сказать с уверенностью, что данная субстанция им не по зубам. Или, по крайней мере, сильно не по вкусу. — Ничего особенного, конечно, видал я тварей и поопаснее…Но если бы слишком сильно расслабился, понадеявшись на общий уровень защищенности в самом сердце Гипербореи или же попытался своими руками открыть тот чертов короб, могли бы за пару секунд обглодать до костей! А после сгрызли бы и кости.

Полностью уйдя в объятия твердой породы, Олег однако же смог сохранить частичную осведомленность о том, что происходит снаружи. Он тупо видел ауры насекомых, тусклые, блеклые и обманчиво безобидные, ведь энергии в них было кот наплакал. Даже несмотря на многочисленность, заставляющую вспомнить об отдельных снежинках в метель. Где-нибудь посреди джунглей, поля или хотя бы просто улицы, где растут зеленые насаждения или ползают по мусору какие-нибудь тараканы, они и вовсе сумели бы затеряться, но здесь и сейчас, когда единственным живым существом в зоне досягаемости являлся подвяленный инфернальный рыболюд, отследить их оказалось не сложно. Как и не пропустить тот момент, когда ворвавшаяся в помещение орда нежити, измеряемая как минимум трехзначными цифрами, принялась истреблять рой, чуть ли не каждую отдельную бабочку атакуя отдельным заклинанием на основе некроса.

— Приношу вам свои извинения, уважаемый благородный мятежник, — поприветствовал Олега демон-завхоз сразу же после того, как чародей выбрался на свободу. — К сожалению, проводившие сортировку трофеев умертвия забыли учесть тот факт, что пусть отправленные на хранение элементы варварского обмундирования после столкновения с грызущими белянками и остались целы, но могли нести на себя яйца этих боевых химер, столь же эффективных, сколь и трудноуправляемых…А там личинки вывелись, пожрали всю доступную им органическую материю, окуклились, вылупились и впали в анабиоз…

— Ну-да, ну-да, — скептически хмыкнул чародей, подходя к коробу где могли бы остаться какие-нибудь улики преступного замысла…Очень вряд ли, конечно, демон бы так примитивно подставился. Но вдруг⁈ Однако там Олега встретило совсем не то, что он ожидал. — Стоп! Это что…Шубы⁈ И мутировавшая моль ими побрезговала⁈

— Этот мех только выглядит натуральным, на самом деле представляя собой видоизмененные волокна минеральной ваты, — пожал плечами инфернальный завхоз, взирая на кучу потрепанных и замызганных тулупов серо-буро-грязного цвета, в комплекте с которыми лежали ушанки, украшенные достаточно крупной красной звездой. Олег аж ненадолго заподозрил, что встретился с наследием кого-то из своих коллег, тоже пришедшего в этот мир из той реальности, где существовал Советский Союз…Но потом он заметил, что точно такие же украшения есть и на тыльной части одежды и до него дошло, что это все-таки не знакомый ему с детства символ, а алая пентаграмма, причем наносили отнюдь не просто для красоты. Внезапно проснувшийся дар оракула подсказал — сия структура являлась не каким-нибудь там знаком октябрьской революции или тем паче темных сил, а просто удобной материальной основной для довольно специфического зачарования. Барьеров, окружающих тело и голову носителя данной вещицы, чтобы не выпускать наружу ничего лишнего: тепла дыхания, запаха пота, шума движений. В обратную сторону, в принципе, магия тоже работа, отфильтровывая лишнее: токсичные примеси в воздухе, неприятные запахи, вредоносные магические эманации, недостаточно концентрированные, чтобы сойти за атаку, но способные за несколько часов или тем паче дней сильно подпортить здоровье простому человеку. — Варвары, облаченные в это снаряжение, пытались не взломать рубежи обороны Гипербореи грубой силой, а прокрасться мимо…У них не получилось. Но, должен признать, зашли они намного дальше, чем удавалось кому-либо ещё.

Глава 6

О том, как герой входит, словно настоящий султан, игнорирует пронзительный концерт и знакомится с новой фракцией.

В своей может и не особо пока длинной, но без сомнения весьма интенсивной жизни Олег видел не так уж и мало тюрем, где он оказывался то как заключенный, то как пришедший вызволять своих подчиненных из каталкжи заботливый командир, то в качестве инспектора, проводящего приемку построенного по его же приказу объекта инфраструктуры. Причем почему-то так получалось, что с ростом магической мощи и благосостояния чародея увеличивалось и качество узилищ, где ему доводилось побывать. Слабым и бедным ведьмаком он «наслаждался» едва ли не типичным средневековым подземельем, внутри которого царствовала повсеместная грязь, а многолетняя вонь въевшихся прямо в камень нечистот соперничала по отвратительности с тонкими нотками прелой соломы, наполненной крысином дерьмом. Опытным чародеем навещал вполне пристойные казематы, чьи обитатели хоть и не наслаждались своим пребыванием в тесных каменных мешках с минимумом удобств и плохой кормежкой, но и не рисковали в любой момент отбросить коньки просто от условий своего обитания. Обустроенный в Новом Ричмонде комплекс и вовсе некоторые «постояльцы» могли бы перепутать с не самой паршивой гостиницей, поскольку за данный уровень сервиса им нередко приходилось платить и хорошо ещё, если не переплачивать. Гостевые покои для важных персон в самом центре Гипербореи полностью продолжали эту тенденцию, встречая самого высокопоставленного человека на много сотен километров вокруг немыслимой роскошью и торжеством магических высоких технологий…Но в сути своей оставаясь все той же тюрьмой — местом, которое находящимся внутри личностям не так-то просто покинуть.

— Даже и не скажешь, что с точки зрения Гипербореи мы живем в далеком постапокалиптическом будущем, — хмыкнул