Не боец 1-5 - Сергей Александрович Плотников

Я все же протянул руку, намереваясь рассмотреть безучастно лежащую у моих ног добычу. И именно этот момент выбрала куропатка, чтобы перестать изображать из себя мертвую тушку и попытаться взлететь. Поймать я её попытался чисто машинально, на одних рефлексах — разумеется, пальцы бессильно скользнули по перу…

Предмет загружен в первый малый слот. Семь слотов свободны.

Ну вообще отлично! Теперь у меня еще и курица в инвентаре, живая! И как я раньше без неё обходился?!

Запас энергии: 1 % от максимального.

Тьфу, блин. Ладно, пусть лежит. Надеюсь, она прямо там не сдохнет? Или не нагадит… А-а-а, зачем я об этом только подумал?! Гадость какая!!! Но смех смехом — а проверить-то и правда нужно. Брр…

— Фая, шашлык будешь? Или тушенку? — посмотрев на сидящую рядом собаку, спросил я. И получил в ответ куда более заинтересованное интенсивное покачивание хвостом, чем ранее.

[*Борзые в отличи от других пород охотничьих собак «заточены» не на взаимодействие с охотником, а на самостоятельный лов добычи. По сути охотнику с борзой не нужно даже ружье — достаточно вывести четвероногого партнера к месту, где есть доступная по параметрам (главным образом, размеру) добыча. Далее пёс сам обнаруживает цель, сам её берет и приносит. Разумеется, эффективность такой охоты далеко не 100 %, если добыча ускользает, то после крайне короткого преследования борзая возвращается к хозяину и ищет новую цель.

Серые куропатки зимой частенько зарываются в снег на ночевку, причем делают это с лёту, просто пикируя в сугроб: это позволяет не оставлять следов, которые могут навести хищников на лёжку стаи. Однако эта же привычка играет против птиц, так как они не могут вовремя заметить все-таки сумевшего найти их врага.]

Понятно, что эксперименты с вирит-комплексом волей-неволей пришлось продолжить. Не буду описывать, как мы охотились на беднягу-лося, чтобы пустить ему кровь: сюр был еще тот. Погоня по найденным Фаей следам на снегоходе под управлением синтетика с самодельным копьем… Охотничье оружие мне, разумеется, даже в теории не полагалось до восемнадцати. И вообще оружие — за исключением сигнальной ракетницы со специальными отпугивающими крупных животных снарядами, прилагаемой на пункте проката снегоходов к каждому аппарату. Ну, как бы то ни было, «кровавую регенерацию» в слот я себе заполучил.

С расходом энергии все оказалось все же не так печально: загрузка малого слота предметом требует существенно менее процента запасенной биомассы — во всяком случае, для некрупных легких вещей. Другое дело, что индикация вирит-системы почему-то это доли процента не показывает, делая предупреждение только при изменении количества целых единиц значения. Выгрузка-загрузка модуля обходится еще дешевле — видимо, потому что Фая является частью самого комплекса. Второй большой слот так и остался пустым — во время вылазок на природу по выходным ни один медведь-шатун нам не попался. К счастью для кого больше — для себя или для меня, вот уж не знаю.

Декабрь, Новый, 2052, год, январь — работа внештатным лаборантом в НИИ Физики пространства для меня больше напоминала синекуру. Я уже подумывал над тем, чтобы каким-то образом выцыганить из отдела кадров себе два, а лучше три отгула — чтобы слетать к бабушке отметить приближающийся день рождения. Даже посетил пару субботников ради этого. Середина двадцать первого века, куча роботов, наполненный государством бюджет — но, блин, чем нагрузить сотрудников внеурочно и не по профессии у института почему-то все равно находилось! Ладно. Восемнадцать лет все-таки, не хотелось бы обидеть Марину невниманием — ради этого можно и потрудится сверхурочно…

— Ярослав! — Михаил позвал меня именно в тот момент, когда я с довольной улыбкой перечитывал пришедший е-майл. Третий отгул мне все-таки зажмотили, но два дали. Причем перед выходными, так что бабулю я смогу теперь объедать аж четыре дня. А вот ведомственные билеты на самолет туда и обратно оказались очень приятным сюрпризом — честно, не ожидал.

— Я здесь, — в отличии от меня, у сенсора кроме рабочего места в лаборатории был и свой кабинет. Попасть в который, между прочим, можно только миновав Тину — а андроид свой пост у дверей держала неизменно крепко.

— Нас, — сделав упор на первое слово, сообщил мне Филиппов, — вызывает директор нашего НИИ. Через полчаса, у него.

— «Записку» обработали, — тут же сделал вывод я.

— Именно. Ну, что? С богом, что ли…

Глава 22

Едва увидев директора НИИ Физики Пространства, я сразу понял, с каким человеком нас свела судьба. Нечасто, но бывает: ученый столь много сил и времени отдает своему делу, что оно за много лет оставляет на нём неизгладимый отпечаток. Так и получаются могучие пожилые мужи вроде Менделеева, либо благообразные седые дядьки, вроде мягкие и добрые, но способные самому тупому студенту за пять минут объяснить самый сложный вопрос. Да так, что тот потом этот предмет на «отлично» сдаст и на всю жизнь накрепко запомнит!

Наш визави оказался из вторых: огромный свой кабинет превратил в уютнейшую гостиную, разве что камина не хватает. А не успели мы усесться за овальный стол из потемневшего от старости еще лет пятьдесят массива дерева, повинуясь приглашающему жесту — перед каждым оказалась чашка чая. Я даже ненадолго умудрился выбросить из головы, зачем мы сюда пришли, мысленно завидуя его студентами: вот уж кому повезло так повезло на научрука или завкафедры.

Руку даю на отсечение, многие, сами уже ставшие состоявшимися научными сотрудниками, преподавателями, обросшие степенями бывшие студенты не забывают своего учителя и наставника, раз в год да приезжая. А стоящие вдоль одной из стен кабинета изящные тумбы содержат тонны две чайного листа всех разновидностей из одних только подарков!

— Приятно лично с вами познакомится, молодой человек, — пришлось вскакивать со стула, чтобы пожать протянутую руку. — Меня зовут Архип Яковлевич Подвижный. Надеюсь, вы не планируете закончить карьеру на должности младшего лаборанта и планируете получить высшее образование? Отрадно узнать! Буду рад, в таком случае, видеть вас у себя на лекциях. Да вы пейте чай, пейте. Может, джема или молока к печенью? Виви мигом принесет. Торопиться нам все равно некуда… м-да.

Чай я все-таки отхлебнул, невольно оценив богатый букет оттенков ароматов, но к выпечке рука просто не потянулась: от последней фразы у меня на душе заскреблись кошки. Филиппов, до того явно нервничающий, заметно нахмурился.

— Прежде всего скажу, что вы молодцы, — директор сам сел напротив нас, пододвигая к себе исходящую паром чашку. —