Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

— Ничего особенного. Время и хороший эль.

— Сколько времени?

— Это будет зависеть от игроков. Я должен за ними понаблюдать.

— Не вопрос! Но всё же? Сколько?

— На каждого не более полутора часов. В худшем случае.

— А потом? Потом вы сможете сказать, кто из них...

Майс проглотил окончание фразы. Так сильно волнуется? Странно.

— Я смогу сказать, кто из них выиграет.

Он снова сплёл пальцы, расплёл и хлопнул ладонями по подлокотникам.

— Замечательно!

— Но я не буду работать без платы.

Круглые глаза слегка сузились.

— Вы не в том положении, чтобы...

— Это вы не в том положении, чтобы скаредничать. Вам ведь нужны мои услуги?

Майс скрипнул зубами.

— Вижу: нужны. А взамен я прошу сущую безделицу. Жизнь мага, которого отравила ваша прислужница.

Женщина спокойно и размеренно выдохнула:

— Нет.

— Но, Риш...

— Я сказала.

Она снова отвернулась к окну.

— Мне отказывают?

Майс приподнялся:

— Не будем торопиться...

— Нам не о чём больше разговаривать. Велите проводить меня к выходу.

— Вы плохо поняли вчерашний разговор? — Хозяин «Перевала» решил побряцать оружием. — Мне стоит только шепнуть надзорным, что вы мошенничаете с помощью печати Заклинателя, и вас сотрут в порошок!

— Возможно. Но моя жизнь — это моя жизнь, и я могу распоряжаться ей, как вздумается. А вот жизнь другого человека, по моей вине близкая к завершению, волнует меня больше. Или ваша прислужница даст противоядие, или сделка не состоится. В любом случае, ваши планы не исполнятся. У вас ведь уже имеются планы, и большие, верно?

Губы Майса шевельнулись, беззвучно произнося что-то вроде «сволочь», а может быть, «мразь». Значит, сегодня я догадлив, как никогда. Но буду также удачлив или нет?

— Ришиан!

— Я сказала.

— Если ты не согласишься, я пересмотрю договорённость. И боюсь, нам придётся расстаться.

Женщина медленно повернула голову и посмотрела на Майса. Долгим, полным отчаяния взглядом. Но хозяин «Перевала» остался непреклонен:

— Выбирай.

Представляю, насколько тяжело гаккару соглашаться вернуть поверженного врага к жизни: ещё до рождения в кровь будущего убийцы закладывается ненависть к магам, но не простая всепоглощающая страсть приносить смерть одарённым, а невозможность существовать, не уничтожая. Гаккар живёт тем, что убивает магов. Он живёт лишь для убийства. Но, как выяснилось минуту спустя, встретившийся мне гаккар появился на свет ещё для чего-то (а может быть, нашёл причину несколько позже рождения?), потому что безресничные веки дрогнули, покорно и устало прикрывая пепельно-серые глаза.

— Хорошо. Я дам противоядие.

— Но только после исполнения! — Не преминул уточнить Майс.

Хоть об одном договорились. Славно! Буду надеяться, дела и дальше пойдут успешно.

— Как пожелаете. Я могу пройти посмотреть зал, в котором будет происходить игра?

— Конечно! Риш, проводи!

Женщина покинула подоконник текучим движением, болезненно напомнившим скорпа, и распахнула передо мной дверь кабинета:

— Извольте.

Я шагнул в коридор, Ришиан последовала за мной, нависла сзади и прошипела в самое ухо:

— Ты заплатишь за это. Понятно, да?

— Заплачу. Только не продешеви, когда будешь определять размер платы.

***

Игровой зал располагался на втором этаже особняка и больше всего походил на гостиную ллавана какой-нибудь управы, не особенно богатой, но и не прискорбно бедной, к тому же, претендующей на влияние в среде сильных мира сего. Впрочем, рассматривать убранство будущего поля боевых действий с помощью одного-единственного подсвечника — только напрягать зрение:

— Зажги свечи.

Моя бесстрастная просьба не возымела ничего, лишь всколыхнула воздух. Тогда я повернулся к гаккару и вопросительно приподнял брови.

Ришиан смежила веки, даря мне не менее удивлённый ответный взгляд. Правда, удивление в её глазах было скорее неприятным, а в моих — нетерпеливым. Не люблю работать в сжатые сроки. Ненавижу. А когда кто-то ещё и нарочно мешает... Как бы мне ни было жаль эту женщину, себя жаль гораздо больше.

— Ты разучилась понимать речь?

— Ещё скажешь, «человеческую», да?

Не разучилась. Просто вредничает. Разумеется, имеет право после выслушанных от меня стороны дерзостей. Но ведь пикировка давно закончилась, как она этого не понимает? Я уже РАБОТАЮ. А значит, все распри оставлены за порогом комнаты:

— Мне нужен свет.

— Нужен — делай.

Тяжёлый случай. Но не для меня: мозолить руки — дело привычное. Беда, что не смогу правильно оценить тепловые потоки, потому что буду стоять у их истоков, а не наблюдать со стороны... Ладно, справлюсь. Имеется здесь огниво?

Нашёл. И ящик с новыми, ни разу не зажжёнными свечами. То, что надо! Пройтись по всем светильникам, меняя огарки на свежие восковые палочки, потом запалить одну из пользованных свечей и с её помощью водрузить лепестки пламени на кончики фитилей, было не особенно долго и совсем не трудно: для Тайрисс я когда-то зажигал и больше огней. Ришиан смотрела на мои действия без какого-либо чувства, но в самом конце, когда в комнате стало светло, как днём, ехидно прошипела:

— Хозяин будет недоволен... Ты нарочно, да?

— Мне так нужно. А недовольство хозяина — его проблема, да?

Невольное, но вполне уместное передразнивание породило на губах гаккара зловещую ухмылку, из чего стало окончательно ясно: отношения между нанимателем и работником не самые тёплые и дружеские. Плохая новость. Если женщина предана господину, исполнит его приказ, но если ненавидит... Воспользуется первым попавшимся случаем, чтобы нанести урон. И похоже, в накладе останусь я, а не heve Майс. Следовательно, необходимы обходные пути... Только где их искать? А может быть, прокладывать самому? Вопрос, требующий ответа, но чуть позже.

При свете картина заиграла новыми красками. Зал оказался весьма уютным, а расстановка столов ровно на таком удалении друг от друга, чтобы не мешать игрокам-соседям, говорила о большом опыте хозяина заведения, потому что теоретические расчёты лишь способны намекнуть, в каком направлении двигаться, чтобы добраться до заветного результата, а всё же практический опыт — есть практический опыт.

Что ж, попробую определить, в каком углу комнаты мне предстоит делать своё «тёмное» дело. А может, вовсе и не в углу, а, скажем, в середине: отражаясь от стен, потоки воздуха имеют дурную привычку складываться, причём место сложения избирают произвольно. Людей за столами нет, их дыхание придётся учитывать уже «на ходу», но свечи буду гореть примерно так, как горят сейчас. На сколько хватит восковой палочки? О чём нам скажет клеймо, выведенное краской у основания свечи?