Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

class="p1">– О! Это очень трудное и интересное заклинание, – произнёс Мистерион, помахивая тростью. – Такой лентяй, как ты, вряд ли когда сможет его освоить. Но вообще, оно создаёт нити живицы, которые подключаются к цели и временно берут под контроль двигательные функции нервной системы. Как-то так… Ну и да, сбросить их у твоего мелкого разума кишка тонка.

– Как вы меня нашли-то? – опять тяжко вздохнув, спросил я, вновь осознавая, что тягаться мне с этим человеком бесполезно.

Я даже не злился на его обидные комментарии. Неприятно, конечно, что мой интеллект так поласкают в нечистотах. Если честно, очень даже хотелось огрызаться и ругаться, а также почему-то всплывали ленивые мысли о том, что, говоря подобное, он оскорбляет главу клана, а это непростительно, и всё такое. Однако после накатывали волны апатии, и это не реализовалось даже в раздражение.

Скорее всего, так воздействовал сейчас на меня Мистерион своим эго. Потому как в последнее время я еле сдерживал раздирающие меня негативные порывы. И чтобы не сорваться дома на Клару или ту же Алёнку, пользовался наукой отца. Той самой, про маленькую безопасную комнатку в сознании. Спокойное место, где мне комфортно, и все проблемы уходят на второй план, а я могу думать, отстранившись от бушующих эмоций.

Нечто подобное я желал бы испытывать тогда, когда ярость была моей единственной силой, способной пробудить живицу. Но сейчас, когда я попробовал получить это ощущение снова, и техника «комнатки» вдруг заработала, меня посетила мысль о том, что это моё второе наследие. То, что досталось от Карбазовах, с которыми вроде как был связан мой отец. Во всяком случае, иначе, кроме как последствиями объединения ядер, после чего пробудился Зелёный Огонь Бажовых, трудно объяснить то, что эта каморка в моём сознании вдруг приобрела чёткость и успокаивающе прохладные стенки.

Но в любом случае сейчас я был не в ней. А потому, если мои догадки относительно Мистериона были правдивы, сила этого человека действительно ужасала!

– Да всё просто. У тебя мои печати-маячки на мече и плаще, – фыркнул мужчина. – Они в единственном экземпляре, и ты их постоянно в последнее время с собой таскаешь!

– Это знаете ли подло… – заметил я, всё же целенаправленно позволяя раздражению прорваться через явно наведённую блокаду.

– Подло не посещать мои занятия, – отрезал Мистерион. – А следить за глупыми учениками в силу своих возможностей – задача наставника. Пойдём…

Тихо, но с чувством ругнувшись, волоча ноги, я поплёлся вслед за расслабленно зашагавшим в сторону выхода наставником. Заодно продумывая то, что буду в наиближайшем не шибко радостном будущем говорить Ольге Васильевне, Аленке, Кларе и прочим… Всё-таки я рассчитывал в следующий раз повстречаться с ними только после победного возвращения из Бажовского Посада с «Игнисом» за пазухой. А там, знаете ли, как обычно, победителей не судят. Ну, может быть, пожурят чуток и велят так больше не поступать…

Другими словами, я в очередной раз слегка накосячил, создавая свой «хитрый» план, и банально не продумал пути стратегического домашнего отступления на случай, если всё покатится в тартарары. И вот теперь, когда всё именно так и произошло, приходилось в спешном порядке шевелить мозгами, соображая, как бы выйти из всей этой истории с пусть и грандиозным семейным скандалом, но всё-таки малой кровью. Моей, естественно.

И так задумался, что даже не заметил, как Мистерион вдруг остановился и, напрягшись, принялся медленно осматривать раскинувшийся перед нами пустой тоннель, даже по моим меркам какой-то чересчур уж тёмный.

– Антон, – тихо произнёс он, вырывая меня из мрачных мыслей, – здесь что-то не так. Бросай свой рюкзак и медленно отступай. Если что, беги и прячься…

В следующий же момент на масочника коршуном из-под потолка налетела человеческая фигура. Блеснуло лезвие очень знакомого одноручного меча, выбив сноп искр, столкнувшись с наполовину вытянутым из трости-ножен клинком Мистериона. Мелькнули светящиеся зелёные глаза и полыхнуло такое знакомое мне цветное пламя, заставив наставника чуть отшатнуться назад. В следующую же секунду я, задыхаясь от боли, вместе с наполовину стащенным с плеч вещмешком кубарем покатился по брусчатке прямо вдоль тихо журчащего канала.

Крупный мужчина в тёмном кожаном костюме с такого же цвета плащом, похожим на мой, и головой, замотанной в чёрную ткань так, чтобы открытыми оставались одни только глаза, в зелёной огненной вспышке прошёл сквозь Мистериона, не причинив тому видимого вреда. И с ходу нанёс мне удар ногой в грудь. Прямиком по заглушке, прикрывающей кристаллизованную душу.

Если с чем-нибудь и сравнивать охватившую всё моё тело мучительную боль, то, пожалуй, разве что с хорошим ударом в промежность. Вот только если в том случае, она сконцентрирована в одной точке, то сейчас у меня взорвалась ею каждая клетка тела.

В то время как я корчился на полу, пытаясь одновременно прийти в себя и заодно стащить со спины проклятый рюкзак, бой между неизвестным и моим наставником только набирал обороты. Оба двигались на огромной скорости, не делая различий между твёрдым полом, стенами, потолком и даже водой, и являлись к тому же великолепными фехтовальщиками. Но если раньше я просто не мог видеть скоростные движения двух сражающихся не на жизнь, а насмерть взрослых чародеев, то после моей практики с бегом уже мог хоть как-то уследить за ними.

Звенели, сталкиваясь, клинки, брызгали искрами, и от некоторых ударов противника Мистерион отлетал на несколько метров, зачастую выскакивая из чёрного тумана за спиной врага. На его стороне, казалось, сражалось само пространство, бесконечно атакуя незнакомца практически со всех направлений. Из пола, стен и потолка на огромной скорости вылетали каменные колья, под ногами разверзались дыры, а булыжники так и норовили упасть прямо на его голову. Вода, вспучивалась острейшими шипами и исторгала из пучины струи, под огромным давлением разрезающие камни, из которых был сложен тоннель. Плавающий в канале мусор превращался в верёвки, которые пытались оплести человека, а от самого масочника одно за другим в него летели сокрушительные боевые заклинания, которые он создавал, мало того что молча, так ещё и ручными печатями одной левой руки.

И посреди этой вакханалии сражался незнакомец со светящимися зелёным огнём глазами. Как по мне, так это и была настоящая «Зеленоглазая Бестия», и назвать его как-то по-другому у меня просто-напросто не получалось. Он не только неизменно теснил Мистериона, будучи как быстрее, так и сильнее моего наставника, но и, казалось, просто игрался с мужчиной, несмотря на всё могущество чародея. На его стороне было Зелёное Пламя