Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

Обрадованная, я подбежала к зверю, собираясь обнять его, вот только единорог взглянул на меня очень знакомыми серыми драконистыми глазами и… с разворота заехал мне копытом в лоб, еще и ехидно улыбнувшись, прям как книжный хранитель. А потом птицы и белки посыпались на меня как из рога изобилия, рвали на мне волосы и одежду, царапали кожу, а я пронзительно кричала.

Внезапно все прекратилось. Белки расступились перед грозным единорогом, который неожиданно обернулся императором с просто ужасной чеширской улыбкой. Он протянул ко мне пальцы и… поставил щелбан!

Резко распахнув глаза, я села на кровати, тяжело дыша. Кажется, взвар магистра Виуса был с галлюциногенными грибочками. Это же надо такому присниться!

Впрочем, реальность мало чем отличалась от сна. Я ведь по-прежнему в магическом мире, чтоб его! Воспоминания накатили лавиной, заваливая меня тоннами страхов и сомнений. Откинувшись на подушки, я посмотрела на балдахин над кроватью и застонала от безысходности.

Я в другом мире, беременная и никому не нужная. Родители остались дома, думая, что я умерла, разбилась. А ведь тело так и не найдут… что они подумают, как станут жить дальше? Я ведь их единственная дочь — на второго ребенка мама так и не решилась.

Потерев виски, я потянулась вперед, склонившись над кроватью и рассматривая цветочный узор на постельном белье. Здесь нет врачей и нет технологий, судя по тому, что я увидела.

Зато есть магия. А если есть магия, значит, есть путь домой. Осталось только найти этот путь.

Поднявшись, я сделала несколько шагов по комнате и зацепилась взглядом за зеркало. Подойдя ближе, посмотрела на себя и прикусила губу. Всё та же я, без изменений: ярко-рыжие вьющиеся волосы, вытянутый овал лица и светло-зеленые глаза с едва заметными желтыми крапинками. Они особенно привлекали внимание: сейчас в них поселилась тень страха и неопределенности.

Ну и еще немного шальных чертят, после такого-то сна!

— Ребенок должен родиться, — внезапно раздался приглушенный голос Владыки. Я на цыпочках подошла к двери и прислонилась к ней ухом — голоса явно раздавались из гостиной. — Магистр Лайза, рассчитываю на вас. Узнайте, что особенного в этом ребенке и имело ли место магическое вмешательство. У вас будет достаточно времени.

Неужели он сохранит нам жизнь?! Меня затопила волна счастья, но следом за ней пришли и сомнения. Какой ценой сохранят жизнь мне и ребенку? Если целительница права и наступит война? Война из-за едва начавшейся беременности, о которой я узнала лишь вчера.

Как же всё сложно!

Но всё-таки… я улыбнулась и погладила живот. С ума сойти! У меня будет малыш. Долой страхи. Беременность всегда опасная штука, а роды — еще опаснее, но ведь женщины как-то идут на это? Значит, и я выдержу.

Непременно!

— Но ваше величество!.. — запротестовала тем временем целительница за дверью.

— Хватит, эри. Я не желаю больше выслушивать ваши возражения. Постарайтесь сделать всё, что в ваших силах, чтобы ребенок выжил.

— А если у меня не получится?

— Уверен, у вас получится. И помните, что никто не должен узнать, чей это ребенок. Скрыть пребывание девушки во дворце не удастся, поэтому выдадим её за воспитанницу вдовствующей императрицы.

— Будет исполнено, Владыка. Однако я всё же хотела уточнить… Человеческий организм очень хрупок, он может не пережить этой беременности, да и выносить её будет уже проблемой. Если встанет вопрос о целесообразности сохранения жизни ребенка любой ценой… так ли важна жизнь девушки?

Я застыла в ожидании ответа императора. Я уже слышала, что мне будет тяжело, но я не сомневалась в своем организме. Я всегда была крепкой девушкой, редко болела, да и неужели в мире с магией ничего нельзя будет сделать? Уверена, магистр Лайза просто хочет от меня избавиться, найти предлог, чтобы избавиться от нежелательной беременности.

Однако ответ императора прозвучал. И он был вовсе не тем, на который я втайне надеялась:

— Девушка не представляет для меня никакой ценности.

Я отступила на шаг в ужасе от его слов, но это оказалось моей роковой ошибкой. Вазон с цветами упал и, пусть и не раскололся, но покатился по полу, а вода разлилась.

Дверь распахнулась. Я прикусила губу, не зная, как оправдываться. Ужасно неловкая ситуация! Диаронд Ладаросский был чрезвычайно хорош в темно-синем камзоле и узких брюках, заправленных в высокие сапоги. Волосы распущены, в правом ухе блестит изумрудная серьга, придавая его образу дерзости. Впрочем, дерзким был и его взгляд. Казалось, император не удивился, что я подслушивала. Расставил ноги на ширине плеч и сложил руки на груди, смотря на меня как на пылинку. Магистра Лайзы за его спиной уже не было, поэтому мы остались без свидетелей.

— В твоем мире тебя не учили, что подслушивать — нехорошо?

— В моем мире меня учили, что прежде чем войти в комнату к незнакомому человеку — нужно стучаться!

Усмехнувшись, мужчина постучал костяшками пальцев по деревянной двери. Какие мы умные, надо же! Прям очень горд собой, пошутил он.

— Впрочем, мы ведь знакомы, — произнес он и пробежался взглядом по моей фигуре, обтянутой тонкой тканью сорочки. — Даже более чем.

Вот и надо было напоминать об этом ужасном недоразумении? Нужно скорее перевести тему.

— Спасибо, что дали нам с малышом шанс. Но… почему? — спросила с запинкой и нерешительно. — Почему вы решили оставить моего ребенка в живых, когда на карту поставлен союз двух держав?

— А ты, я смотрю, не сильно-то рада, — с усмешкой произнес Владыка и преодолел разделяющее нас расстояние, нависнув сверху.

В этот момент он особенно напомнил мне единорога из сна. Может, отомстить ему и дать щелбан? А если дам ему по лбу, а там действительно окажется рог? Этакий правитель-драконорог. Хочет, в дракона перевоплощается, хочет — в единорога. Представив его, оборачивающимся единорогом, я с трудом сдержала улыбку, поэтому не уловила суть разговора, когда Владыка спросил:

— Уже передумала?

— Передумала насчет чего? — растерянно спросила я, все еще мысленно примеряясь, куда бы поставить щелбан.

— Не знаю, — пожал плечами он и, медленно подняв руку, провел костяшками пальцев по моей щеке, — я ведь не в курсе, что ты задумала против меня, зачем соблазнила.

Я даже задохнулась от возмущения. Нет, та ночь хоть и была в какой-то пелене, но я прекрасно помнила, что не я была инициатором близости! Да он сам меня ласкал, доводил до исступления, да как он!..

Ух, как бесит!

Единственное, что я задумала, это дать уже не только щелбан, но пендель! Волшебный!

— Я — соблазнила?

— Будешь отрицать?

— Есть ли в этом смысл, если вы мне не верите? Проведите расследование,