Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

– Я вижу, ты здесь не скучал, – заявил он. – Это она тебя так отлупила?

Лэйми смутился, вспомнив, что на нем нет и лоскута. Одеяло соскользнуло с его плеч, когда Сарини...

– Меня пытали... – начал он.

– Я вижу. Говорят, иногда происходит замыкание в мозгах и боль кажется удовольствием. Ладно, к делу. У меня тут есть пассажиры, от которых я хочу избавиться.

Изображение уменьшилось и Лэйми увидел рубку корабля. Кроме Охэйо в ней был Маахис и какой-то мрачный мужик с козлиной бородкой – очевидно, Мхарра. Он выглядел изрядно ошалевшим. Леры беспомощно болтались в тисках силового поля, обряженные в несуразные темные халаты – похоже, Охэйо напялил на них первое, что попалось ему на глаза. На голове самого Аннита красовался обруч компьютерного управления – уже другой, более изящный и без кабеля. Его заменяли две торчавшие за левым ухом антенны, похожие на металлические перья.

– Если вы настолько идиоты, что желаете общаться с этим тупым типом, – он показал на бородатого, – мой друг должен быть здесь, скажем, через пять минут. Если нет – боюсь, их придется собирать швабрами. Они слишком здоровые, чтобы я мог просто вот так их выкинуть, и сначала мне придется их убить. Итак?..

– Твой друг вернется ещё быстрее, – твердо ответил Унвин. – Только сперва отпусти моего брата.

– О, с удовольствием. Вниз головой или так? Сначала я хочу увидеть Лэйми здесь. А уж потом... и твой брат тоже этого хочет. Ну-ну, лапа, скажи, не стесняйся...

– Делай, как он велит, – угрюмо сказал Маахис. – Свое словно он сдержит.

Охэйо энергично кивнул. Потом его лицо вновь заняло весь экран.

– У меня очень ранимые эстетические чувства. Прежде, чем идти сюда, потрудитесь прикрыть задницы. Это вас всех касается. И тебя тоже, Лэйми. Ах, ещё одно... Если у моего друга через несколько дней вдруг появится, скажем, лучевая болезнь... если он хотя бы чихнет... если ему станет дурно от вашего мышьяка или ещё от какой-нибудь дряни... я вас всех убью. Постарайся поверить. Я могу это сделать. Это не шутка. – Изображение вновь уменьшилось. В руке Охэйо был блестевший ртутным зеркалом предмет длиной дюймов в восемь, и его форму Лэйми не мог определить – в голову лезли лишь мысли о каком-то топологическом парадоксе, о фигуре, не имеющей объема. Она не имела никаких видимых отверстий или деталей. Он узнал брахмастру – страшнейшее из созданного Охэйо оружия. Именно она уничтожила Генератор Хониара. А с ним и весь город, захваченный тварями. Существами из тьмы. Там, во тьме Мроо, он чувствовал её – нечто страшное, невыносимо жгущее: смерть, для которой не существует преград и в которой не существует посмертия, последний, окончательный распад.

– Она работает, Лэйми, – насмешливо сказал Аннит. – Мне пришлось слетать за ней к месту крушения «Прелести» и произвести несколько существенных переделок, чтобы приспособить её к здешней физике, но она работает. Я, правда, ни на чем не проверял, но я знаю. Мне недосуг объяснять, как и почему. Я очень спешу. Короче, я видел тут небольшие штуковины, которые могут парить в воздухе. Одна из них может подойти к люку корабля и мы обменяемся нашими баранами. Но если вы попробуете меня взорвать... тут очень быстродействующая защита. Пустой корабль с бомбой может показаться вам интересной идеей, но это не так.

– У меня даже в мыслях не было... – возмущенно начал Унвин.

– Знаешь, как говорили в Хониаре, – нет меда, нет и мух, – перебил Охэйо. – Но кое у кого они есть. Так что изволь озаботиться... А теперь – шагом марш отсюда!

С коротким сердитым звуком экран погас.

26.

Ровно через три минуты Лэйми вновь сидел в десантном отсеке истребителя. Перед посадкой взмыленный Унвин притащил какие-то пятнистые шорты и они облачились в них едва ли не торжественно, словно совершали обряд...

Машину сильно трясло, и ему приходилось то и дело хвататься за ручки. Он не знал, кто сидит в кабине, но здесь с ним были только Сарини и Унвин. Оба явно очень волновались – глаза испуганные, руки крепко сжаты. Лэйми волновался меньше... но всё равно, встреча с Охэйо представлялась ему теперь отнюдь не радужной...

Они услышали пробивавшийся сквозь броневую обшивку рев плазменных двигателей. Он становился всё громче. Когда дверь отсека открылась, рев хлынул в кабину, словно вода. Говорить было уже совершенно невозможно.

Всего в полуметре Лэйми увидел открытый люк корабля, ярко освещенную шлюзовую – и посреди неё Охэйо, всё с тем же обручем на голове. В руках он держал лазер. Перед ним стояли Маахис и Мхарра, тоже явно испуганные.

Охэйо сделал нетерпеливый жест, призывая Лэйми присоединиться к нему. Лэйми быстро подошел к двери... но от одного взгляда вниз его голова закружилась. Обе машины покачивались, расстояние между ними постоянно менялось и при малейшей ошибке он полетит вниз – прямо в ревущий плазменный факел. Наконец, он примерился... прыгнул... пребольно ударился о край люка и повис на нем – наполовину внутри, наполовину снаружи. Прежде, чем Охэйо успел среагировать, Маахис схватил его за плечи и втащил внутрь. Руки у него были очень сильные.

Лэйми отошел к лестнице. Мхарра – он держался с видом оскорбленного достоинства – покинул корабль первым. Унвин взял его за руку и помог перебраться в истребитель. А вот Маахис вдруг замер и стал делать какие-то непонятные знаки. Уходить он явно не хотел.

Охэйо не двинулся, но броневой люк вдруг захлопнулся, отрезав все звуки. Рев моментально отдалился, стал глухим. Теперь они могли разговаривать.

– И как это всё понимать? – спросил Охэйо. – Нам страшно прыгать? Или нам нравится, когда в нас тычут лазером и называют нас всякими обидными словами?

– Нет. Я хочу... хочу остаться с тобой.

Охэйо задумчиво смотрел на него.

– Тогда я, наверное, вправе спросить – зачем. Но если ты соврешь, поверь мне, я это замечу. Тогда я выкину тебя своими руками. И если ответ мне не понравится – тоже. Ну, не на землю, конечно. В истребитель. Итак?

– Я жил в мире – и не замечал его. Благодаря тебе я понял, что был слеп. Теперь я хочу видеть.

Реакции Охэйо Лэйми не ожидал – Аннит сел на пол и стал в буквальном смысле ржать.