"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

— Ты сдохнешь в мучениях, сученыш! — проскрежетал сквозь зубы Глахаут. — Как только окажешься за пределами власти валькирий и гармов тебя разорвут на миллион кусков. Ты нигде не будешь в безопасности!

— Буду ждать своей смерти с нетерпением! — сплюнул презрительно я, а затем с наигранным уважением обратился к Кайсе. — Разрешите уйти, юная госпожа? Мой бой не за горами. Позвольте принять ваше наказание позже. Я оскорбил ваших «друзей».

Вот только глаза горгоны сияли как два драгоценных пылающих изумруда, и та едва сдерживала себя, чтобы не расхохотаться во всё горло. Складывалось впечатление, что она находится сейчас на седьмом небе от счастья. Даже пальцы её периодически дрожали.

— Да, именно так, мой верный цепной пёс, — с придыханием и странным возбуждением прошептала дочь Данакта, ноготком коснувшись моего подбородка. — Ты получишь своё наказание после, но для начала я должна тебя наградить.

Цепной пёс, значит. Прекрасно! Ты тоже радуйся пока можешь… Стоп! Наградить? Эта стерва совсем с ума сошла?

Девушка внезапно приблизилась вплотную и у всех на глазах вложила мне в ладонь драгоценную тонкую пластину.

— Это твоя награда. Особняк в Верхнем городе столицы пантеонов. Ступай, малыш, — прошептала восторженно она. — Наказание ты получишь немного позже, а теперь доверши начатое. Помни мои слова и слова моего отца. Только сокрушительная победа…

Если бы в этот момент дыхание или обычный взгляд мог убивать, то я бы умер пару тысяч раз за несколько секунд. Ведь до самого выхода протест неустанно напоминал о себе.

Что ж, ставки сделаны, ставок больше нет. Если хотите войны, то вы её получите.

* * *

Каких-либо вопросов парни задавать не стали. Они оказались излишни в преддверии будущего боя. На удивление всю тревогу, которую я ощущал с утра, как рукой сняло. Впервые за долгое время я находился в прекрасном расположении духа. Кровь кипела, но сердце билось ровно.

Бои завершились более часа назад и сейчас шла заключительная подготовка управителей и отдых бойцов. Чуда не случилось. Вестар не проиграл. Не проиграла и Элейна. Теперь в каждой группе насчитывалось всего-навсего по два участника. В левой группе мерцало лишь моё имя и имя Снежинки. В правой же проекции было имя Элейны и некоего Талара из побочной ветви верховного клана Йотунхейм.

Но из всех вялотекущих мыслей тотчас выбило дух, потому как над ареной зазвучал голос управителя. Впервые он звучал не громко, а вполне обыденно и спокойно. Сам хозяин голоса медленно воспарял в воздух. Даже центральная площадь притихла, прислушиваясь к словам Ликса.

— Эта минута настала, дамы и господа! Минута, которая рассудит правых и неправых. Минута, которая ознаменует рождение будущих легенд. Они проделали долгий путь за эти дни. Их осталось всего четверо: ледяной дух, ледяной великан, тёмная альва и человек. Они все разные, но, как и прежде всё решит… БИТВА!!! — рявкнул громогласно голубокровный, под рёв скандирующих трибун. — Я ПРИГЛАШАЮ НА АРЕНУ НАШЕГО СУДЬЮ И ПЕРВУЮ ПАРУ ПРОТИВНИКОВ, КОТОРЫЕ СРАЗАТСЯ ЗА МЕСТО В РЕЙТИНГЕ НЕУКРОТИМЫХ!

На миг баритон Ликса притих, но затем тот вновь взорвался криком.

— ПРОШУ ЛЮБИТЬ И ЖАЛОВАТЬ ЛИДЕРОВ ЛЕВОЙ ГРУППЫ! НЕПОДРАЖАЕМЫЙ ВЕСТАР ИЗ ВЕРХОНОГО КЛАНА НИФЛЬХЕЙМ ПРОТИВ ГОСТЯ С АХХЕСА — РАНКАРА ИЗ ДОМИНИРУЮЩЕГО ДОМА ХАЗЗАК!

Что ж, пора исполнить своё обещание…

Глава 28

Человек против ледяного духа…

Ликс хоть и надрывался как в последний раз, но барьер в чертоге не спешил развеиваться. Судя по всему, финальные матчи решили провести более помпезно. Так сказать, каждый из финалистов получит свою минуту славу. Первым на арену пожаловал Вестар. Ледяной дух хоть и выглядел сконцентрировано, но купаться в лучах славы и любви публики ему это абсолютно не мешало. Северяне приветствовали своего фаворита восторженными криками и подбадривающими воплями. В общем и целом, оглушительный гвалт поднялся до самих небес.

Я же стоял в полуметре от зеркального барьера и пытался прислушаться к собственному сердцебиению. Получилось очень и очень плохо, так еще из хрупкого равновесия вывел голос тифлинга.

— Ты же сильнее, Ранкар, не так ли? — в лоб спросил он, тем самым введя всех присутствующих в ступор. — Сможешь победить?

— Какой неприличный вопрос, — фыркнул весело я, глядя на бывшего смертника. — Чего это с тобой?

Причем Тэйн с Натаном тоже не поняли сути такого вопроса, да и сам Рамас выглядел необычайно задумчивым.

— Я… я хотел… сказать спасибо, — сбивчиво начал тот, будто куда-то торопился.

— Ты перепил что ли вчера с парнями? — поморщился невольно я с лёгким удивлением. — Нашел время.

— Нет, ты не понял, — покачал он головой. — Для меня это важно. Я хочу сказать, что благодаря тебе я смог увидеть мир таким, каким его видят аристократы. Знать, голубокровные, служители оберегов. О таком, жалкий тифлинг подобный мне, и мечтать бы никогда не смог. Наш падший тоже повидал многое, но только не мы с парнями. Жаль, что их сейчас нет и они не видят того, что вижу я. Для тех, кто сидит там, — указал Рамас пальцем в сторону зоны благородных, — мы грязь под ногами. Мы для них никто. Досадная помеха. Однако не ты! С твоим появлением я многое понял и осознал. Благодаря тебе я смог шире посмотреть на мир. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я. В общем… спасибо, — искренне заключил тифлинг.

Странный он сегодня какой-то.

«Ты изменил их мировоззрение, — пояснила тихо Руна. — Показал то, чего в принципе быть не может. До тебя Осколки влачили жалкое существование. Они находились на пороге смерти и отчаяния. Они цеплялись за жизни в самой низине пищевой цепи. Но за какой-то год многое переменилось. Из бесправных смертников они превратились в свиту того, за кем наблюдают голубокровные и сами служители оберегов. Понимаешь, как высоко они забрались? Ты воспринимал это как данность, потому как ты пилигрим, но они уроженцы Вечного Ристалища. Для них всё иначе».

Вот как выходит, значит.

— То ли еще будет, Рамас, — усмехнулся мягко я. — То ли еще будет. Тебе лучше приготовиться, потому как дальше всё изменится еще сильнее.

— Удачи желать не буду, — тихо рассмеялся Тэйн, хлопнув растерянного тифлинга по плечу. — Ты вряд ли на неё надеешься.

— Не забывайте о