Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

— Прошу, коллега, — сказал я, протягивая ему вилку. — Это называется курица с овощами-гриль. Не эссенция, не деконструкция. Просто птица, которая прошла через огонь, но сохранила душу.

Антуан взглянул на тарелку, потом на меня и Веронику, которая смотрела на него с вызовом. Отступать было некуда.

Он взял вилку, отрезал кусочек курицы. Мясо поддалось легко, из-под ножа брызнул прозрачный сок. Он наколол кусочек, зажмурился, словно ожидал удара, и отправил в рот.

Жевал медленно. Я видел, как меняется выражение его лица. Сначала недоверие. Потом удивление. Потом… смирение.

Он не мог это отрицать. Рецепторы не врут. Корочка хрустела, внутри мясо было нежным, тающим. А тот самый «химический» порошок, который я использовал в микродозе, дал лишь лёгкую, пикантную остринку, которая идеально сочеталась со сладковатым привкусом бренди.

Антуан проглотил кусок. Открыл глаза.

— Ну? — спросил я.

— Это… — он запнулся, подбирая слова. Гордость боролась с профессионализмом. Профессионализм победил. — Это приемлемо. Текстура… правильная. Сочность сохранена. И этот привкус коньяка… он спас положение.

Для такого сноба, как он, «приемлемо» означало «божественно».

И в этот момент за спиной я услышал знакомый весёлый крик:

— Браво!

Глава 23

Голос донёсся с VIP-секции, в дальнем углу зала. Я повернулся и увидел барона Бестужева. Он медленно направлялся к нам, продолжая хлопать в ладоши.

— Игорь! — прогремел он на весь зал. — Ты превратил мой скучный понедельничный ужин в событие!

Антуан сжался, став визуально меньше ростом.

— Барон, я… это был эксперимент… — заблеял он.

Бестужев отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и подошёл ко мне, протягивая руку.

— Рад, что ты заглянул сюда, да ещё в компании столь очаровательной особы, — сказал он, кивнув Веронике. Та улыбнулась в ответ. Барон же обернулся к сидящим. — Надеюсь, гости моего заведения остались довольны?

По залу пронёсся одобрительный ропот. А вот я искренне удивился.

— Вашего?

— О да, Белославов, — хитро ответил тот. — Или ты думал, что я просто так заинтересовался твоим шоу? У тебя весьма неплохо получается.

— Я стараюсь, господин Бестужев.

— Слушай, Игорь, — Бестужев чуть собрался, и его тон стал более деловым. — Мне нравится твой стиль. Дерзко. Без соплей. Ты — та самая огранка, которой не хватало кулинарному миру этого города.

Он достал из кармана визитку.

— Буду рад, если ты завтра заглянешь ко мне на ужин. Приводи своих дам. Обсудим наши общие дела.

— Я подумаю, — ответил я сдержанно, беря карточку. — У меня плотный график. Сами понимаете.

Бестужев рассмеялся.

— «Подумаю». Мне нравится! Никто не говорит Бестужеву «подумаю». Все говорят «сочту за честь». Ты далеко пойдёшь, парень. Жду завтра.

Он ещё раз кивнул Веронике и направился обратно. Антуан, воспользовавшись моментом, шмыгнул обратно на кухню, чтобы зализывать раны и, вероятно, отчитывать персонал за то, что они дали мне нож.

Я вернулся к столику, чувствуя, как адреналин начинает медленно отпускать, сменяясь усталостью. Накинул пиджак.

— Ну как? — спросил я, садясь напротив Вероники. — Шоу удалось?

Она смотрела на меня с безумным взглядом. Её зрачки были расширены, а дыхание чуть участилось.

— Ты был великолепен, — промурлыкала она, облизнув губы. — Этот огонь… власть… Ты поставил их всех на колени простыми словами. Знаешь, Игорь, наблюдать за мужчиной, который настолько хорош в своём деле — это… возбуждает.

Она протянула руку через стол и провела ногтем по моей ладони.

— Поехали отсюда. Я сыта духовной пищей, молекулярной химией и твоим триумфом. Теперь я хочу десерт.

— Десерт? — усмехнулся я. — Боюсь, Антуан нам плюнет в суфле.

— Я не про ресторанный десерт, глупый, — её голос упал до шёпота. — Поехали в отель.

* * *

В машине мы почти не разговаривали. Вероника сидела близко, её бедро прижималось к моему, и от неё исходили волны жара, которые не мог перебить даже климат-контроль такси. Я смотрел на ночной город, мелькающий за окном, и думал о том, что день, начавшийся с новых проблем по цензуре и пересъёмками, заканчивается в объятиях ведьмы и с предложением от олигарха в кармане.

Когда мы вошли в номер, Вероника не стала тратить время на светские беседы. Едва дверь щёлкнула замком, она прижала меня к стене. Её руки скользнули под мой пиджак, стягивая его с плеч.

— Ты был так горяч у гриля, — прошептала она, кусая меня за мочку уха. — Посмотрим, каков ты без фартука и ножа.

Она действовала напористо, властно, привыкшая брать то, что хочет. Но сегодня я был не в настроении играть вторую скрипку. Кухня всё ещё бурлила в моей крови.

Я перехватил её запястья. Мягко, но твёрдо. Она удивлённо выдохнула, глядя мне в глаза.

— Ты слишком самоуверен, Белославов, — выдохнула она, пытаясь вырваться, но скорее для вида. — Ты думаешь, раз победил повара, справишься с ведьмой?

Я усмехнулся.

— Я не собираюсь с тобой сражаться, Вероника. Я собираюсь найти с тобой общий язык.

— Надеюсь, ты не будешь использовать «Огненную соль» в постели? — рассмеялась она, когда мы ввалились в спальню, спотыкаясь о ковёр. — Мне хватило спецэффектов в ресторане.

Я притянул её к себе.

— Только натуральные ингредиенты, Вероника. Только натурпродукт.

Она запрокинула голову, подставляя шею под поцелуй.

— Тогда докажи, шеф. Удиви меня.

* * *

Понедельник — день тяжёлый, но вечер понедельника в общепите — это отдельный вид испытания на прочность. Кафе «Очаг» наконец-то затихло. Последние посетители, довольные и сытые, разошлись по домам полчаса назад, унося с собой запах честной еды и тепло нагретого помещения.

За окнами Зареченска выла метель, бросая горсти мокрого снега в стекло, но внутри было уютно, хотя и чувствовалась общая усталость. С кухни больше не доносился звон ножей и шипение масла. Теперь там царили другие звуки: плеск воды, шорох тряпок и грохот передвигаемой мебели.

Настя сидела за барной стойкой, пытаясь свести кассу. Цифры прыгали перед глазами. Мелочь со звоном падала в пластиковый лоток, но мысли девушки были далеко. Она думала о брате. Игорь снова ввязался в какую-то авантюру, воюет с аристократами и варит супы, от которых зависит судьба их бизнеса. А ей остаётся только считать выручку и надеяться, что завтра к ним не нагрянет очередная проверка.

— Вовчик, не греми ты так! — крикнула она в сторону зала, не поднимая головы. — У меня уже в ушах звенит.

— Виноват! — отозвался рыжий помощник, который с энтузиазмом переворачивал стулья на столы, чтобы помыть пол. — Это не я, это гравитация! Стул сам упал, честное слово!

Даша, энергично протирающая соседний столик, фыркнула, отжимая тряпку в ведро.

— У тебя, Вовчик, гравитация какая-то