Монстр женского пола. Часть 2 - Владимир Юрьевич Курзанцев

Такое распределение обязанностей Ольгу устраивало, ее только волновало, как к этому отнесется мальчик. Но тот мертвецов не боялся. До сих пор ни один из них, ничего плохого ему не сделал, а вот живые — эти по-разному. Кроме того, он ведь обещал, что будет следить, чтобы Оля выглядела как умная, значит, придется помогать.

Разбойники, перед тем как вступить в бой, привязали своих скакунов к ветвям деревьев, и сейчас животные так и стояли в ожидании хозяев. На чужого человека, каким являлась для них Ольга, некоторые животные реагировали нервно, что поначалу вызвало растерянность. Небольшой опыт общения с лошадьми, готового решения не давал.

На помощь пришла магия. Осторожным, легким касанием плетения для снятия боли, лошадь успокаивалась, после чего оставалось только привести ее к месту сбора, недалеко от Терона. Таким образом, постепенно, под скалой собрался табун голов в сорок спокойно стоящих животных.

Кирсак и Ринк, тем временем, бойко таскали к месту стоянки собранные трофеи. Судя по довольному лицу стражника, стоимость добычи получалась неплохая.

Все это добро, Ольге пришлось навьючивать на лошадей самой, поскольку стражники не могли этого сделать из-за ранения, а Ринк, ростом не вышел.

К тому времени, когда все было упаковано, и фургон починили. Поскольку ничего больше не задерживало, тронулись в путь. Чтобы кони не разбежались по дороге, их соединили в цепочку, привязав уздечку каждого скакуна к седлу впереди стоящего соседа.

В голове колоны двигалась на отремонтированных полозьях повозка, а за ней тянулась вереница захваченных лошадей, нагруженных трофейным оружием. Деньги и мелкие ценные вещи, которые собрали наши мародеры, ссыпали в мешок и положили в сани, рядом с сидящим у заднего борта Тероном. Остальные члены маленького боевого отряда ехали верхом.

— Кирсак! А ты ведь и в правду умным оказался. Смотри, сколько добра насобирали, пожалуй, побольше, чем после ночной схватки будет. А там ведь и народу участвовало много, так что доля получится гораздо меньше, чем сейчас, — поделился своим мнением Терон. — Хотя, может я и не прав. Оля! Как делить трофеи будем?

— Я думаю, что по справедливости нужно бы и товарищам Кирсака по доле выделить. Все-таки они первые врага обнаружили, да и ранение тоже получили, хоть и одно на двоих. И Ринк заслужил свою долю. Без тех стрел, что он приволок, я не полезла бы на скалу, и еще неизвестно, как все могло обернуться. Значит, получается три доли, плюс твоя и Кирсака, итого — пять. Думаю, так будет правильно.

— Мне кажется, ты забыла еще одного человека — себя, — усмехнулся Терон.

— А, ну да. Значит, имеем шесть долей. Как вы на это смотрите?

— По мне, так самым справедливым было бы все отдать тебе. Но так тоже неплохо, — согласился Терон.

Кирсак, хоть и раненый, в седле держался уверенно и вообще выглядел бодрым и веселым, а сейчас вообще расцвел. Очень уж ему понравилось, что и его товарищей не забыли. Но вдруг лицо его омрачилось.

— Только, Оля! Мы с Ринком раненых не добили. Не смогли, — и стражник виновато потупился.

Кто бы мог подумать, что этот нахал имеет такую ранимую душу, которая не позволяет ему поднять руку на беспомощного человека.

— Простите меня! Это у меня — дуры все из головы вылетело. Я должна была сразу сказать, чтобы вы не вздумали никого убивать. И я очень рада, что вы так и сделали.

Кирсак сразу приободрился, а Терон скептически хмыкнул.

— Вот встретят нас эти бывшие раненые на обратном пути, тогда может, и пожалеете о своей мягкотелости!

Как обычно, у каждого своя правда.

Глава 7

До приграничного городка добирались недолго — часа два. Видимо Бригль, зная, что безопасное место так близко, потому и не захотел ввязываться в схватку, надеялся проскочить без боя. Правда, если учесть близость врага, и скорость его передвижения, вряд ли это получилось бы.

Прибытие фургона, за которым тянулся целый табун лошадей, вызвало на заставе оживление и любопытство.

— Эй, Кирсак! Ты где столько лошадей раздобыл? — заинтересовались прибежавшие на шум охранники обоза.

— Зря вы так быстро уехали. Нас догнали очень душевные люди. Вот подарили коней. Сказали, что б, заглядывали к ним в следующий раз. Еще чего-нибудь подарят.

— Что-то твой дружок Линикс какой-то больной вернулся, после встречи с этими душевными людьми!

— Как он? — сразу посерьезнел Кирсак.

— Да нормально все! Тут как раз лекарь проездом оказался. У него плановый объезд приграничных гарнизонов. Вредный и жадный, но дело свое знает. Так что подлечил он твоего товарища. Тебе, я смотрю, тоже к лекарю заскочить не мешало бы.

— И мне, и Терону, только Оля и Ринк невредимыми остались.

— Так они, наверное, попрятались, пока вы сражались! — засмеялся собеседник. Это был один из тех стражников, которые поддержали Бригля, когда тот обвинял Ольгу в трусости.

Глаза Кирсака зло блеснули.

— Если кто и спрятался, то это вы все, кто оставил ее вдвоем с Тероном защищать ваши задницы!

— Никто ее не заставлял, сама вызвалась. Ее за самовольство еще и наказать не мешало бы! — заявил только что подошедший Бригль.

— За какое самовольство, если ты сам сказал, что она может одна охранять переселенца. Я и передал ей твои слова, — возмутился Кирсак.

— Дурак! Я же пошутил.

— То есть ты, шутя, оставил девушку на смерть? А что бы ты делал, когдашестьдесят вражеских воинов догнали бы обоз? Ведь если бы мы их не задержали, вы ни за что не успели дойти до заставы!

— Ты хочешь сказать, что вы втроем разбили такой большой отряд? — засмеялся Бригль.

— А ты посчитай, сколько боевых коней мы привели, и сколько оружия собрали после боя, может тогда тебе будет не так весело. И не втроем мы сражались, а вчетвером. Вот этот мальчик не побоялся, рискуя жизнью, притащить два колчана стрел, которые собрал у убитых разбойников.

К этому времени вокруг собрались почти все здоровые стражники, а так же старшина каравана Лайкус, и теперь они с интересом вслушивались в разговор.

— Бригль! Ты не прав! — решил высказаться молчавший до сих пор Шелир. — Как только стало известно, что нас преследуют, ты в любом случае был обязан оставить заслон, даже если бы фургон переселенца не сломался. И сейчас ты должен благодарить Олю