Княгиня пепла. Хранительница проклятых знаний - Юстина Южная

и яростный. Жар быстро стал таким сильным, что даже брат Аодхэн отошел в сторону, лишь я стояла неподвижно, чувствуя, как тепло огня окрашивает мои щеки румянцем. Внутри меня все пело, будто там поселилась парочка-другая веселых жрецов. Я знала, что происходит: под воздействием жара известняк сейчас начал превращаться в легкий, пористый камень — ту самую известь, что должна была поглотить ядовитое дыхание озера.

…Мы ждали двое полных суток. Днем и ночью друиды поддерживали огонь, подбрасывая в яму уголь и сухие поленья. От жара чуть ли не плавились глаза, а воздух рядом с «горнилом» колыхался, словно те самые духи предков танцевали над ним. Жители деревень приходили и уходили, чтобы посмотреть на священное пламя, а жрецы работали и проводили ритуальные песнопения по очереди — пользуясь своим «общением с богами», я запретила им долго стоять на берегу, чтобы не подвергнуться воздействию «проклятия».

К концу второго дня известняк в сердцевине костра накалился до ослепительно белого цвета. «Верный знак, что боги и духи приняли нашу жертву и прямо сейчас наделяют ее своей силой», — объявила я. Когда же на третье утро огонь окончательно прогорел, перед нами лежали не прежние светло-сероватые глыбы, а легкие, белые, словно испещренные множеством пор булыжники, готовые для последней части ритуала.

Еще через три дня камни остыли до приемлемой температуры, превратившись в хрупкую белую массу, и их можно было уже вытаскивать, правда, с использованием рукавиц.

Тогда я снова созвала народ.

— Настал час! — сообщила я. — Боги наполнили камни своей силой. Теперь они помогут изгнать зло из этих вод!

И друиды во главе со мной двинулись к тому месту озера, где неподалеку от берега из-под воды поднимались редкие пузыри — та самая злосчастная расщелина, источник фосфина. Известь, заранее насыпанную в большие корзины из ивовых прутьев, карнаннцы погрузили на два огромных наскоро сколоченных плота, и мы со жрецами отплыли вместе со всем этим богатством к источнику наших бед.

В глазах друидов, вновь начавших напевать привычный мотив, нет-нет да и проскальзывало жгучее любопытство, обращенное на меня. Я же старалась вести себя уверенно и строго, дабы никто не посмел усомниться в моей избранности. Внутри, конечно, все дрожало. Вдруг не получится? Вдруг я все сделала неправильно?

Лишь огромным усилием воли я запретила себе думать о плохом и сосредоточилась на том, чтобы не свалиться раньше времени в обморок — здесь, на воде, чесночный запах чувствовался гораздо сильнее, и я опять ощутила начинающееся головокружение.

— Остановите тут, — велела я друидам, управляющим плотами с помощью шестов. И те поспешили выполнить распоряжение. — Не бойтесь того, что сейчас произойдет! — во всеуслышание крикнула я. — Боги проверят вашу смелость, и она обязательно будет вознаграждена! Во имя Тараниса-громовержца, Бригиты-матери, богов холмов и духов предков!

И я опрокинула первую корзину в воду прямо над расщелиной.

То, что случилось дальше, превзошло все мои ожидания. Известь, встретившись с водой и газом, вступила в яростную реакцию. Озеро забурлило, зашипело и словно вскипело белой пеной. С шипением и свистом поднялись клубы пара, а со дна пошли крупные пузыри, лопающиеся с громким чавкающим звуком. Над водой поплыл резкий, едкий запах.

Люди, собравшиеся на берегу, ахнули и отпрянули подальше. Кто-то упал на колени, кто-то закрыл лицо руками. Если бы они умели креститься, наверняка сейчас осенили бы себя крестным знамением.

Брат Аодхэн, сглотнув, просипел:

— Духи! Они сражаются с проклятием! Смотрите, как кипят воды!

— Продолжайте, — сказала я жрецам, и те, помедлив, все же принялись скидывать в озеро остальную заготовленную известь, наверняка в душе ужасаясь тому, что творится с озером, но не прекращая работы.

А я тихо выдохнула.

Ну вот, слава всем химическим богам: моя негашеная известь вовсю превращала фосфин в абсолютно безопасный фосфид кальция. Затея удалась!

Воспользовавшись моментом, я опять воздела руки к небу:

— Боги приняли нашу жертву! А теперь они велят запечатать трещину в мир проклятых духов, чтобы зло больше не вырвалось наружу!

Возможно, я несла дикую ересь, но инфокристаллы уверяли меня, что эти фразы будут восприняты жрецами и всеми остальными вполне благосклонно, и, кажется, не соврали.

Вернувшись на плотах обратно к берегу, мы уступили место карнаннцам, пожелавшим принять участие в ритуале. Снова отплыв, по моему знаку, люди бросились засыпать расщелину заранее заготовленным на берегу песком и мелкими камешками. Работали они с какой-то исступленной яростью, а на их лицах отражалась вся гамма эмоций: от суеверного страха до детского восторга.

Через пару часов на месте зловещих пузырей осталась лишь мутная, постепенно успокаивающаяся вода, а внизу, как я очень надеялась, скрылась под горой песка принесшая столько неприятностей трещина в дне озера.

Я подошла к самой кромке воды, зачерпнула ее немного и поднесла к лицу. Запаха чеснока больше не ощущалось.

— Боги милостивы! Озеро очищено! — объявила я, не сдерживая внезапно хлынувших от перенапряжения слез радости. — Проклятие снято! Теперь мы сможем пользоваться всеми дарами Лох-Саланн. Возблагодарите за это богов!

Толпа разразилась криками, сначала неуверенными, а затем все более восторженными.

Первыми ко мне робко подошли женщины, с распахнутыми от удивления, трепета и счастья глазами, благодаря и стараясь при этом прикоснуться к краю моего плаща. Мужчины — карннанцы, дунморцы и все остальные — взирали на меня с почтением и некоторой опаской, но тоже не преминули подойти со словами признательности.

А за ними приблизились Ламберты и друиды во главе с братом Аодхэном.

Не просто благодарность была в их глазах. Там уже зарождалось кое-что посильнее — вера.

И, я прекрасно понимала, что мне придется очень-очень стараться, чтобы ее оправдать.

Пока на берегу разворачивалось спонтанное празднование, я смотрела на гладь озера, уже тихого и безвредного, и думала о том, что иногда боги действительно творят чудеса. Правда, для этого им нужны умные руки, практичный разум и капелька авантюризма.

Глава 27. В ожидании кораблей

После великого шоу спасения озера нужно было немного подождать, пока вода полностью не очистится от вредных примесей. Я же не хотела, чтобы наша будущая соль оказалась заражена фосфином. Дадим время Лох-Саланн обновить свои воды, а людям — привыкнуть к нему, и лишь потом начнем соляную добычу.

Что касается кристаллов с пьезоэлектрическим эффектом, то тут мне удалось решить проблему малой кровью.

Понятное дело, что я не могла день и ночь ползать по берегам Лох-Саланн в попытке собрать все подобные камни, дабы они исчезли с