Греймист Фейр. Дом для Смерти - Франческа Заппиа

– А что, разгадка не та?

– Нет! Разгадка была… пфф… разгадка была «ты», да, но «ты» в смысле ты, а не «ты» в смысле я! Но пусть так… я, вообще-то, не всегда был таким, знаешь ли! Я куда лучше выгляжу, когда не рыба.

Запутавшийся Фриц таращился на камбалу.

– Уверен, что ты… э-э… красивый? Как человек. Значит, говоришь, я ответил правильно?

– Видимо… хотя я не… Эврен ведь, наверное, по-прежнему мне друг, где бы он ни был. Эврен, случайно, не в деревне?

– Я не знаю никакого Эврена.

– Само собой. Конечно, он уехал. Вероятно, решил, что я сбежал без него. Ой, ну ладно! Загадывай свое желание и отстань от меня!

И Фриц загадал. Камбала очень долго не двигалась, а потом как будто сдулась на дне лодки.

– О, что ты натворил, ряборылый… – устало проговорила рыбина. – Что же ты сделал с этим парнем, которого считаешь за друга…

4

Фриц обнаружил, что натворил, едва причалил к берегу.

Ветер пробирал до костей, крупные хлопья снега падали на землю и делали мир размыто-белым. Юноша заковылял от причала вверх по склону, рассчитывая поскорее зайти в дом и разжечь огонь, пока пальцы на руках не онемели до такой степени, что не смогут и кремень удержать. Однако там, где среди деревьев должна была ютиться их хижина, торчали только обломки стен, почти невидимые под покровом инея. Фриц боязливо подошел поближе, пытаясь разглядеть среди руин свою кровать, найти их с отцом кастрюли и горшки, их инструменты, но остатки жилища представляли собой просто почерневшую свалку – напоминание о явно давнишнем разрушении.

Когда Фриц вышел в озеро, его отец был в хижине. Где же он теперь? Фриц покрепче завернулся в стеганку, поглубже натянул шапку и припустил по дороге в деревню.

Задолго до площади он увидел возвышающиеся над верхушками деревьев башенки замка. В Греймист Фейр не было замка, в Греймист Фейр никогда не было никакого замка, однако вот он стоит – маленький замок для маленького короля. На восточном косогоре, где раньше, сколько Фриц себя помнил, располагалась усадьба Греймист, – нахохлился, словно мокрая серая гаргулья. Над башнями развевался флаг – черный орел на золотом фоне. Свет плясал в резных окнах, факелы горели на зубчатой стене.

В деревне стояла тишина. И снег делал ее немного зловещей. Фриц шел мимо брошенных домов – некоторые из них обвалились и почти истлели, словно их бросили давным-давно. Он уже и забыл, что ищет отца, и теперь искал просто кого-нибудь, кого угодно, кто мог бы объяснить, что здесь стряслось. Где все? Метель обманчиво выдавала непривычные силуэты за человеческие фигуры, но Фриц, присмотревшись, обнаруживал только распахнутую дверь в пекарню Йоханны и Дагни, одинокий торчащий колодец, полуразвалившуюся стенку возле таверны. От самой таверны остался только черный остов: здесь явно был пожар. Увидев это, Фриц замер. Холод просачивался ему в нутро, прямо в легкие. Кто-то сжег таверну.

«Хочу, чтобы нахал из таверны был у меня мальчиком для битья».

Фриц развернулся и, прищурившись, воззрился на вздымавшийся над деревней замок. Ханс пожелал, чтобы жители Греймист Фейр стали его слугами. Ну да, зачем им свои дома, если все люди в услужении у короля?

Пока Фриц, пригибаясь от вьюги, карабкался на холм к замку, стало еще холоднее. Пальцы ног уже давно ничего не чувствовали, и юноша едва мог разлепить глаза. Надо было скорее согреться.

Вблизи замок оказался не намного больше, чем была усадьба, да и выглядел он не так, как, по представлениям Фрица, следовало выглядеть замку. Похоже, старую усадьбу просто немного подправили. Тут не было ни крепостной стены, ни рва, ни подъемного моста, ни внутреннего двора – ничего, о чем рассказывалось в историях. Фасад остался прежним, но дом расширился сзади и к нему прибавили еще пару этажей и замковые башни, торчащие теперь над верхушками деревьев. Фриц не заметил на укреплениях никаких караульных. Входные двери усадьбы вытянулись ввысь, и возле них перед маленьким костерком сидели человек и очень крупный пес.

– Готтфрид! – Фриц кинулся к огню. Герцог, жавшийся к Готтфриду сбоку, оскалил клыки и угрожающе зарычал. Темные глаза охотника выглянули из-под низко надвинутой шапки.

– Юный Фриц, – равнодушно сказал Готтфрид. Его голос скрадывался толстым шарфом, намотанным на шею и закрывавшим рот. – А я думал, ты внутри. Как выбрался?

– Я… не знаю, – ответил Фриц совершенно искренне. Готтфрид никогда не был таким безвольным, и юноша ни разу не слышал, чтобы Герцог рычал. – Я ищу отца. Он там, внутри?

– Все там. И тебе лучше пойти. Ступай. – Готтфрид кивком головы отправил Фрица ко входу.

Тот обошел костерок, держась поближе к слабенькому теплу, и затем поспешил к дубовым дверям. Герцог следил за ним, вздыбив шерсть на загривке. Фрицу пришлось навалиться всем своим весом, чтобы отворилась одна створка, – и он упал на каменные плиты холла.

Стены устремлялись вверх к темному сводчатому потолку. По обеим сторонам висели гобелены, изображавшие разные сюжеты. Слева прекрасная девушка устремлялась к магии, но какие-то тени загоняли ее в лесу и убивали. Справа юноша, напоминавший Ханса, тоже тянулся к волшебству, но выбирался из чащи, завладевал магией и становился королем. Из дверей в противоположном конце холла доносилась музыка и веяло теплом.

В громадном пиршественном зале у торцов длинных столов жарко бушевало пламя в каменных чашах. Места за столами занимали жители Греймист Фейр, на многих были лакейские ливреи, серые застиранные охотничьи или мастеровые одеяния. Несколько музыкантов играли возле огня в дальнем конце зала, вблизи от широкого помоста, где стоял высокий золотой трон. На троне восседал Ханс. Украшенная самоцветами корона покоилась на его светлых волосах. Он без особого интереса разглядывал блюдо подгорелого мяса, протянутое слугой. Фриц вздрогнул, внезапно узнав в слуге Венцеля.

Ханс выбил блюдо из рук Венцеля и сказал:

– Ну какой же ты, Свищ, неуклюжий. Теперь становись на колени и собирай.

Фриц не видел лица Венцеля, но, когда тот опустился на пол, плечи у него были скованы напряжением.

У Фрица перехватило дыхание. Загадывая желание, он предполагал, что перемены произойдут постепенно: Ханса сделают королем, потом местные начнут ему служить, затем он, может быть, переберется в усадьбу, однако жизнь в основном останется прежней. Но нет, мир изменился, и мгновенно – словно почву выбили из-под ног. Это была не та Греймист Фейр, которую Фриц знал. Здесь все шло не так, как должно.

Он отыскал отца у ближайшего к выходу костровища. Тот сидел