Трактирные шалости - Ева Финова

на бок и в который раз за ночь взбила подушку. Очередное неправильное решение в копилке всех неправильных решений, принятых за прошлую жизнь, а теперь ещё и нынешнюю. Молодец, Алина. Начала жизнь заново в другом мире, вот только привычки старые с собой притащила.

Что я делаю не так?

Причём постоянно.

Что во мне такого, притягивающего неприятности? Зачем он пристал и почему я сразу не отказала? Думаю ведь, не дай я слабину, он бы не полез ко мне с поцелуем! А затем и продолжением…

Ох…

Невольно припомнила его слова про убиенную, найденную в лесу. Так он не соврал? Или очередной обман ради перевода темы? В доме травницы точно зажгли очаг. Я сама видела, как дым валил из дымохода. Выходит, Мстислав мне соврал, или в самом деле его люди бесцеремонно вломились к знахарке без разрешения? Но как они посмели? И кто «они»?

Сказал, что пятый наследник Сивольда. Да хоть десятый. Разве хоть кому-то позволено влезать в чужой дом без разрешения?

Нет, нельзя.

Так что совершенно без разницы, князь он или сын блудницы. Тоже мне, царевич. Поэтому такой наглый, да?

Интересно ещё вот что: куда он ушёл? И вообще, ушёл ли?

Нехотя поднялась с кровати и нашла взглядом мою одежду. Заново застегнула ворот нательной рубашки и накинула платье. Мне срочно нужны были ответы. Очень нужны. Так сильно, что я не могла оставаться на месте и хотела сделать хоть что-нибудь.

Для начала спущусь и осмотрю дом, вдруг он остался ночевать внизу? Да и дверь бы закрыть. А ещё… налью-ка я молоко в блюдце, домовой — не домовой. Кто бы это ни был, мне не жалко.

Обулась и поспешила спуститься вниз. Угли тлели и слегка чадили, но хоть давали немного света. Надо будет завтра помещение хорошенько проветрить. Вонь стоит, чихать хочется. Если бы не дождь, открыла бы сильнее заслонку, но сейчас пока что нельзя. И так угол один влажный. Второй зальёт, и придётся ставить металлические жаровни рядом с камином. А во всём остальном: лавки чистые, помещение прибрано, кругом тишина, если не считать грозные раскаты грома. Заглянула в кухню — тоже пусто. Прошла к буфету и взяла кувшин с остатками молока — скисло, и неприятный запах чувствовался отчётливо, даже пробовать не пришлось.

Н-да. Про вторую часть плана придётся забыть. Нашла недоеденный кусочек хлеба под салфеткой и накрошила его на столе. Вот и проверю, права ли Илоша?

Вдруг на улице громыхнуло так, аж стены задрожали. Невдалеке послышалась череда щелчков и громкий треск. Словно дерево упало. Одно, второе, третье?

Неужели молния ударила?

Ох…

Только я хотела выйти в зал, как вдруг услышала тихий злобный рык. Тихонько завывая, в таверну пробрался волк. Волк? Я оцепенело застыла на месте рядом со столом, глядя наискосок в зал. Точно ведь дверь нараспашку! Ох…

Испуганно покосилась на стол и схватила лежащий под пустым казанком нож, а заодно и его схватила в другую руку!

Но вот чёрная тень выскочила будто из-за спины и ринулась в зал! Точно видела! Тень!

А…

Там…

Громкий визг и за ним тихий кряхтящий звук!..

Я ошалело прокралась к выходу из кухни и с удивлением обнаружила того самого ежа, который совсем недавно семенил за Илошей. Сейчас он усердно толкал дверь спиной, а едва послышался хлопок и шум улицы стих, то шагнул к лавке и принялся прыгать вверх, пытаясь допрыгнуть до деревянного засова, чтобы его опустить.

— Помочь?

Голос мой звучал робко. Оно и понятно. Я боялась его спугнуть. Но ещё больше боялась, что волк вернётся, ведь в следующий миг невдалеке послышался пугающий протяжный вой и не один. Будто по меньшей мере маленькая стая зашла к нам в деревню. А я, глупая, совсем не подумала об этом! Предупреждали же местные.

Плюнув на условности, я выскочила в зал и устремилась к двери. Крупный странный ёж испугался меня, спрятался под лавку и словно стал прозрачным.

Хмыкнула и отвела взгляд.

В уме же подумала: «Так вот как выглядят домовые?» И ещё: «Или это лесной дух?»

Не найдя ответа на свой вопрос, я быстро закрыла дверь на засов и только тогда успокоилась. Отошла и села на другую лавку.

— Спасибо, — поблагодарила я своего спасителя.

— Мф-ф, — послышалось в ответ.

Что бы это значило? Во всяком случае, так называемый домовой снова стал видимым и показал своё мохнатое личико. А взгляд такой наивный-наивный. Милаха, не могу, хочу погладить.

Глупость несусветная! Но мне действительно хотелось снять напряжение и отвлечься от неприятных мыслей. Как подумаю, что волк мог меня слопать, страх пробирает до костей, подобно холоду. Кстати об этом, я действительно замёрзла. Аж в горле запершило.

— Ух! Холодно! — подула горячим воздухом на ледяные пальцы и поспешила к очагу.

— Мфу-фы.

Не успела сделать и шага, огонь полыхнул в камине, будто я подкинула туда с десяток дров! Ого!

Тотчас в подсвечниках зажглась целая вереница свечей. Погодите, люстру я вообще не трогала. Там же не было даже старых огарков…

— Как ты это лихо? — Я обернулась к ежу, а его и след простыл. Взял и исчез на месте. А вместе с ним исчез и противный запах. — Ну дела…

Изумлённо похлопав глазками, я посмотрела на висящую на крюку ныне чистую верхнюю одежду и даже нижние юбки!

Так вот о чём говорил Мстислав. Неужели у них в столице есть домовые? Это же сколько дел можно успеть, имея под рукой такого помощника?

Но моя радость быстро поутихла, едва я снова услышала вой с другой стороны дома. Испуганно втянула голову в шею и на всякий случай сбегала на кухню, проверила ставни на окнах — закрыты плотно.

Всё. Можно немного расслабиться. На завтра провизия имеется, а там, как стихия стихнет, зверь и уйдёт.

Очень на это надеюсь.

Очень!

* * *

Князя бил озноб.

Крупная дрожь бежала по телу, а кожа блестела от пота в очередной раз. Всему виной баня, принятая накануне прогулки под дождём, или же не до конца зажившая рана, которая вновь открылась и немного кровоточила.

Но вот тёмная тень проскользнула в дом, и князь вновь почуял злую силу. Пощупав рядом с собой, он со страхом понял, что оставил родовой кинжал в таверне в седельной сумке, которую не забрал, покидая Велимиру. Потому что хотел использовать это как предлог для новой встречи. И сейчас он очень сильно об этом пожалел.

Тень тем временем росла, крепла и словно на глазах приняла смутные