Эволюция целителя 4 - Сергей Витальевич Карелин

записал контакт, мы ещё немного пообщались, и нам принесли ароматный чай с мятой и чабрецом. Затем Меньшиков ушёл, как и усатый целитель. Мы остались наедине с мужичком в пенсне.

Ярослав Сергеич оказался странным собеседником. И нет-нет я ловил на себе его снисходительный взгляд. В то же время он до сих пор не мог поверить, что я проделал такую сложную операцию, и причём справился там, где целители оказались бессильны.

— Всё же если б у меня были в наличии золотые жёлуди, я справился бы с этим магическим барьером. Пробил бы его, — сообщил целитель Державиных, печально взглянув на Софью. — Но вот оказия — как раз перед вчера вечером я последний потратил на лечение гипертонии вашего отца.

— Хорошо, что Алексей оказался рядом, — улыбнулась Софья, взглянув на меня. — Правда ведь?

— У княжича шансов спастись почти и не было, — ответил я. — Но уверен, что если бы вы взяли с собой золотой жёлудь…

— Я понимаю ваш сарказм, молодой человек, — скривился Ярослав Сергеич. — Я просто ослаблен недавними операциями и не успел восстановиться. Окажись я в своей нормальной форме, Семён бы встал на ноги уже через несколько секунд.

— Не сомневаюсь, — кивнул я, слегка улыбнувшись.

На этом я решил завершить этот странный разговор. Целитель не мог себе простить свой провал, и в то же время пытался мне внушить, что я должен быть благодарен, что меня допустили до лечения аж самого наследника Меньшиковых.

Да к тому же меня смущало, что князь Меньшиков дал не свой номер телефона, а номер своего помощника.

После того как вечер был завершён и, попрощавшись с Софьей, я вернулся в своё поместье, рассказал о спасении Меньшикова-младшего и поделился с товарищами этими мыслями.

— Хе, телефон помощника он дал. Ну и чего? — хохотнул Захарыч в ответ. — Что ты хотел, Алексей? Ты барон, а он князь. Я бы очень удивился, если б он личный номер тебе дал. И ещё бы сказал — звони в любое время суток. Ага. Слышал? — он пихнул Пулю.

— Ну да, Лёха, ты что-то много требуешь от князя, тем более такой величины, — скривился в улыбке Пуля.

— Я спас его сына так то, — подчеркнул я.

— Да хоть весь клан, — улыбнулся Захарыч и скорчил физиономию, будто у него в голове стрельнуло. — Ты просто будь благодарен тому, что он вызвался тебе помочь.

— Да, Лёш, не возникай, — отозвалась Настя. — Тем более все знают, что Меньшиковы очень прижимисты на какую-либо помощь. И уже это достижение, что он вообще лично с тобой поговорил, а уж что поделился номером — так это ваще отвал башки.

— Да ну вас, пойду я, — отмахнулся я от них.

— Лёш, ты куда? — спросила Настя.

— Да пусть идёт… Обиделся он, видите ли, — пробурчал Захарыч.

— Пойду прогуляюсь! — ответил я Насте.

— А я с тобой. Можно? — подскочила ко мне брюнетка.

— Как хочешь, — пожал я плечами, и мы направились по территории к межевым столбам. Уже стемнело, и лента отлично освещала пространство в пяти метрах от себя.

— А что там ещё было? — спросил Настя. — Мне же интересно.

— Танцы, — улыбнулся я, вспоминая графа Донского. — Один чудак решил сплясать вприсядку под классическую музыку.

— Даже не представляю, сколько он выпил, — хихикнула Настя.

Мы шли вдоль столбов, а я размышлял насчёт такого кардинального разделения классов.

Сказать спасибо за то, что князь пригласил на разговор. Ага, щас! Ещё может в ноженьки поклониться? Будто я холоп какой-то.

В целом такое же отношение было и со стороны целителей. Их снисходительные взгляды раздражали. Слова приятелей о пропасти между лекарями и целителями оказались не пустым звуком.

Но именно это меня и подстегивало поскорей стать целителем. Главным условием, насколько я понял, был замер магического фона и некое испытание, для каждого индивидуальное.

Это всё, что знал мой реципиент насчёт перехода на высший уровень. Но это было настолько большой редкостью, что об этом все помалкивали.

— О, соседи! Я предлагаю продолжение банкета! — услышал я голос Долгопрудного. Его довольная пьяная физиономия выглядывала из калитки. Он поднял руки, в каждой из которых я заметил по бутылке шампанского.

— С радостью! — выпалила Настя и потащила меня за собой.

Не особо я был настроен общаться с Долгопрудным, но аппетитный запах жареного мяса, доносящийся со стороны стрельбища, перевесил всё. Я был слегка истощён после лечения и был не против отведать шашлыка. Да и Настю отпускать одну я не горел желанием. Непонятно, что у изрядно выпившего княжича на уме.

— Да ты и остальных зови, — хохотнул Долгопрудный, когда мы обогнули сетку стрельбища, и я заметил мангал, у которого переворачивал шампура слуга. Второй махал как заведённый опахалом, поддерживая затухающий жар.

— Мы ненадолго, — сообщил я.

— Всё равно. Зови, — кивнул княжич. — В большой компании веселее. Тем более твой охранник забавные анекдоты травит.

Я вздохнул, отправил сообщения Пуле и Захарычу. И если старик отказался, то здоровяк уже примчался, когда мы усаживались за большой стол под большим тентом.

— Не стесняйтесь, берите что есть на столе, — предложил княжич.

Я попробовал устриц, но они мне не понравились. Слишком склизкие. Лишь продегустировал омаров, которые мне показались излишне острыми. Нет, уж лучше я шашлычок поем.

— А это что? Устрицы, да? — радостно взглянула на одно из блюд Настюха, и княжич подвинул к ней свой стул, присаживаясь рядом.

— Это не просто устрицы, солнце моё, — улыбнулся он. — Это королевские белонги. Мы недавно на яхте в Средиземном море таких ловили. Пробуй.

Настя взглянула на раковины, затем взяла одну, сбрызнула лимоном и втянула в себя содержимое.

— Ну как? — княжич чуть ли не в рот Насте заглянул.

— М-м-м-м, — прожевывая, выдавила она. — Фкуфно.

— А то, Юрий Долгопрудный плохого не посоветует, — подмигнул он ей, поблёскивая масляными глазками. — Но давайте выпьем, друзья. Олег, давай свою чарку. Хоть попробуешь человеческого напитка.

Пуля взглянул на меня, но сдержался, протянул Долгопрудному свой бокал.

— Если бы вы видели, как Лёха там резал этого несчастного Семёнку, — захохотал княжич. — Всех этих целителей на место поставил, ха-ха! Кстати, Лёха, тебя Донской мясником прозвал, — подмигнул он мне. — Но он придурок, мало кто его поддержал. Все ж понимали, какую услугу ты оказал Меньшикову.

— Лёша просто талантище, — кивнула Настя. — И там было ещё фаер-шоу.

— О, дорогая, такую красоту ты пропустила, — причмокнул Долгопрудный. — Вот станешь моей любовницей, буду брать тебя на такие вечера.

Настя прыснула шампанским.

— Да вы что⁈ — воскликнула она.

Долгопрудный захохотал, вытирая слёзы.

— Ты бы видела своё лицо! Ха-ха! — воскликнул он, и затем уже тише добавил, приобнимая Настюху. — Кстати, я на