Служебный контракт - Алекс Войтенко

И первым делом решил подготовить документы, чтобы после не делать этого впопыхах. Правда прежде чем заняться этим, пришлось хотя бы бегло просмотреть инструкции по заполнению, и самое главное научиться использовать чернильную авторучку. Это только с виду, кажется, что в этом нет ничего сложного. А я, как-то попытался делать это в приюте, и кроме клякс и исцарапанной бумаги, у меня ничего не получилось. Позже уже служа в армии мне показали, как это делать правильно. Оказалось, нужно держать авторучку так, чтобы противоположный кончик был направлен в край плечевого сустава, а сама ручка была расположена параллельно руке и под углом примерно в сорок пять градусов от листа бумаги. В противном случае, все окажется очень печально.

В итоге только три полных дня, с небольшими перерывами, у меня ушло на освоение чистописания. Причем мне требовалось в итоге изобразить, как минимум три разных почерка, а это та еще задача. А я, далеко не Штирлиц, чтобы мог это делать левой рукой, да еще и по-французски. На третий день, посадил жирную кляксу в один из чистых бланков паспортов, а в другом хоть и заполнил все практически идеально, но при этом пропустил одну букву в фамилии, из-за чего она оказалась практически нечитаемой, и чем-то напоминала армянскую фамилию с множеством гласных, и одной согласной буквой, и сделал еще одну ошибку в названии области, в которой был выдан паспорт. Так что пришлось все переделывать. Хорошо хоть пустые бланки паспортов имелись в наличии.

С фотографиями все оказалось гораздо проще. Отпечатки почти нужного размера сохранились еще с того момента, когда я оформлял контракт на поездку, так что проблем не было. Правда они были чуть больших размеров, но отрезать лишнее это не надставлять. Правда для паспорта это выглядело несколько грубовато, поэтому я подумал и решил просто вырезать свою фотографию из военного билета, и вклеить ее в новый паспорт. Так получилось даже лучше. В итоге у меня на руках оказался паспорт, выданный в мае 1964 года. Местом выдачи, я отметил город Хабаровск, решив, что оставаться здесь, или отправляться на Дальний Восток, не желаю. В моей истории Владивосток был закрытым городом, каким он является здесь, я не знаю. А кроме него, ничего более или менее приличного, по моему мнению, здесь не было. Да и хотелось осесть где-то в Европейской части страны, или же на крайний случай в Средней Азии. Несмотря ни на что, там, именно в эти годы, можно было очень даже хорошо устроиться, не вызывая никаких подозрений.

Поэтому выписав себе паспорт, тут же брякнул в него две печати, одну с пропиской по улице Щорса, а вторую о выписке из домовладения в связи с отъездом. И сразу же приложил к паспорту открепительный талон. С военным билетом, было даже несколько проще. Еще во время службы в армии, наш замполит выел все мозги, рассказывая историю нашей дивизии, чуть ли не на каждый праздник. Других тем, у него просто не находилось. В итоге к концу службы, я мог не хуже него повторить рассказ всего боевого пути, который прошла наша дивизия с момента создания в 1937 году, и до моего увольнения со службы. И честно говоря, если во время службы это воспринималось некоторым курьезом, потому что, все заранее знали, о чем будет говорить этот человек, а иногда даже ради смеха поправляли его, если замечали оговорку или заминку в выступлении, замполит любил приложиться к спиртному, и особенно в преддверии какого-нибудь праздника, его язык, бывало несколько заплетался. Но сейчас, это было даже к лучшему, потому что я точно помнил все его слова, и даже то, какие номера носила дивизия в тот или иной отрезок времени. Поэтому просто достал свой военный билет, и аккуратно, на этот раз печатными буквами, что допускалось при заполнении, переписал все данные со своего военного билета в новый, советского образца, изменив лишь, дату выдачи, годы службы, и номер войсковой части, на тот, что носила дивизия в эти годы. Даже если, кто-то решится проверить меня, я с увнеренностью назову и имя командира части, и все остальное.

Постепенно шаг за шагом, у меня появились все необходимые для последующей жизни документы. Комсомольский билет, проштампованный отметками о сдачи членских взносов. Двое водительских прав, одни на автомобиль, другие на мотоцикл. Категории должны появиться только через три года, поэтому права сейчас разные, и вдобавок с указанием классности водителя. Трудовая книжка с несколькими записями о месте работы, увольнении в связи с призывом в армию, и новом трудоустройстве, в геологоразведочную экспедицию, после окончания службы в армии, и с печатью об увольнении по собственному желанию, с открытой датой. До нового устройства на работу, она не потребуется, а пока доберусь до места, которое придется мне по душе пройдет, какое-то время. Не хотелось бы после искать оправдания в том, почему я долгое время не работал. Проще на любой вопрос указывать вышеназванную организацию, а когда понадобится трудовая книжка, сделать запись, и проставить нужную дату.

Некоторое время, покрутил в руках бланк диплома. И в итоге решил отказаться от него. Хотя мне сейчас уже больше двадцати одного, я просто не нахожу места, куда можно было втиснуть учебу, хоть в техникуме, хоть в институте. Да и честно говоря, не настолько подкован, чтобы выдавать себя, за какого-то специалиста. В приюте, смог получить водительские права и проходил практику в качестве плотника-бетонщика. Но это не та профессия, для которой требуется диплом. Поэтому решил не заморачиваться с этим, а просто выписал себе аттестат о полном среднем образовании, и на этом ограничил свои хотелки. Лучше, когда определюсь с местом, попытаюсь куда-нибудь поступить на учебу. Так будет и честнее, и надежнее.

Можно сказать в последний момент, вспомнил об охотничьем билете. Судя по найденным в сейфе инструкциям, подобные удостоверения, сейчас, имею ввиду шестидесятые, выдавались и в армии, и выданные там позволяли иметь нарезное оружие. Так и сделал, в итоге вписав в билет Самозарядный Карабин Симонова, с двухкратным армейским оптическим прицелом, и его же штык нож в качестве официального ножа. Благо что тот имел номер на рукояти, и потому был разрешен в качестве охотничьего оружия. Немного подумал и добавил туда же, найденный в квартире Смирнова Винчестер. Одним словом, теперь я был вооружен на все случаи жизни. Про пистолет я уже