Волшебная аптека попаданки 2 - Вера Амулетова

class="p1">— О! Так это вы? Мне сегодня кто-то уже говорил про спасительный препарат от боли, — воскликнула женщина, с которой я обсуждала растворимость сирония, — кажется, это была племянница леди Маргери. Я обязательно приду за этими пилюлями, тем более живу недалеко от площади Торлингов.

Я не ожидала, что сарафанное радио заработает так быстро. Леди Уотсон постаралась на славу.

— Буду вам очень рада! — сказала я.

— Пойдемте слушать советника, — обратился ко мне Жан.

Мы вернулись в фуршетную зону и встали в первом ряду в ожидании речи Коннингтона. Через минуту советник появился на сцене — как всегда безупречно одетый, с бесстрастным выражением лица. Его взгляд скользнул по залу. На секунду задержался на мне. Черт! Кажется, мой план затеряться в толпе не сработал.

Коннингтон начал говорить, и стоящий до этого гул в зале постепенно сошел на нет. Я заметила, как оживилось лицо советника, в глазах появился живой блеск, в голосе — эмоции (насколько это слово вообще было применимо к Коннингтону). Недаром говорят, когда человек занимается любимым, он преображается. Советник так увлеченно рассказывал про последние достижения в науке, про новые стремления, про задачи, стоящие перед медициной, что я невольно поддалась импульсу и в какой-то момент зааплодировала вместе со всеми. Хотя для человека из моего мира в озвученных открытиях не было ничего нового.

— Хорошая речь, не находите? — прозвучал рядом со мной голос Редгрейва.

Да что же за прилипчивый тип! Как ему объяснить, что я не собиралась играть в его игры?

— Не желаете ли шампанского? — лорд передал мне бокал.

Я приняла напиток, только чтобы не устраивать сцену прилюдно. В этот момент снова встретилась взглядом с Коннингтоном. Мне было неприятно, что советник видел меня в обществе кузена короля, который стоял рядом и дерзко улыбался.

От волнения и неловкости я сделала большой глоток из бокала. Меж тем Коннингтон закончил говорить и покинул сцену под громкие аплодисменты публики.

Воспользовавшись моментом, я в очередной раз ускользнула от Редгрейва, чтобы еще побродить по выставке. В толпе мелькнул знакомый сюртук. Кажется, Коннингтон был занят тем же самым. Я допила шампанское, отдала бокал официанту и стала рассматривать образцы растирочных камней, представленных на ближайшем стенде.

Наклонилась над заинтересовавшим меня экземпляром и почувствовала, что голова закружилась. Слишком сильно для одного бокала шампанского. В следующий момент мне стало трудно дышать.

— Леди… посмотрите еще вот этот образец, — сказал приятный мужчина, стоявший за столом.

— Мне… мне надо выйти на свежий воздух.

Я начала пробираться к выходу. Навстречу мне шел Коннингтон. Я чувствовала, что лицо горело, но на этот раз не от неловкости или смущения. Со мной что-то происходило.

— Воды? — я обернулась и вновь увидела рядом лорда Редгрейва.

Схватила предложенный мне стакан и выпила его залпом. Перед глазами все плыло.

— Пойдемте, вам нужно на улицу, — голос лорда звучал откуда-то издалека.

— Я… я не пойду с вами.

Сильная рука ловко подхватила меня за локоть и направила к выходу. Ноги были ватными. Что… что происходит? Куда я иду? Мне… нужно отделаться от Редгрейва.

Оказавшись на улице, я полной грудью вдохнула свежий воздух в надежде, что мне сейчас полегчает. Но стало только хуже. К крыльцу павильона подъехала небольшая черная карета. Редгрейв распахнул передо мной дверь.

— Прошу вас, леди Беверли, карета подана.

— Но… я не собираюсь с вами уезжать, — невнятно пробормотала я.

Беспомощно обвела глазами стоявших на крыльце людей. Может быть, пора было звать на помощь? Кажется, в дверях стоял Коннингтон. Или у меня уже начались галлюцинации?

Я схватилась за дверцу кареты, чтобы не упасть, и почувствовала, как лорд мягко толкнул меня внутрь.

Глава 37

— Что вы делаете? — я хотела закричать, но вышло едва слышимое бормотание. Дверь кареты захлопнулась, заточив меня в тесный плен.

Я попыталась открыть ее, но у меня не хватило сил. Мысли путались, тело отказывалось слушаться. Еще немного, и я отключусь. И где тогда окажусь? В каком-нибудь тайном особняке Редгрейва? Где буду его вечной пленницей? Или лорд воспользуется мной, а потом распустит слухи по всему городу? От этого пятна на репутации мне будет не отмыться, не говоря уже о том, что одна мысль о близости с мужчиной против воли вызывала во мне ужас.

Ольга, ты не можешь этого допустить! Редгрейв подмешал мне в напиток какую-то дрянь, скорее всего, опиат. Пока я еще могла сопротивляться действию порошка, но чувствовала, что силы покидали меня. Мне нужно было выбраться отсюда. Все равно, какой ценой.

Я нащупала в сумочке маленький пузырек с каплями фитума. Аналог нашатырного спирта, который я брала с собой, когда шла туда, где было много народу. У меня иногда кружилась голова от духоты, а одна капля, нанесенная на виски, быстро приводила в чувство. Там же была и бутылочка «Септиума».

Я растерла виски фитумом. Хотя бы в голове немного прояснилось, и я смогла осознать, что карета катилась уже не по брусчатке, а по загородной дороге, периодически натыкаясь на рытвины и ухабы. Окна были зашторены снаружи. Внутри я была одна. Уж не знаю, правил ли лорд лошадью, или ехал следом.

Я попыталась сменить позу и сесть вертикально. Тело слушалось плохо. Чувствовала себя сонной мухой, ползающей по столу — легкой добычей для человека с мухобойкой или тряпкой. Зажала в руке пузырек с «Септиумом». Состав лекарства был мне прекрасно известен. Но какая будет реакция с тем, что подсыпал в бокал проклятый Редгрейв?

Была не была. Ничего другого все равно не оставалось. Я открыла пузырек и сделала маленький глоток, памятуя о том, что, вообще-то, препарат нужно было разбавлять водой. Рот моментально обожгло, перед глазами закружились звездочки. Как бы сейчас не отправиться в гости к своей прабабке. В какой-то момент меня начало мутить, но вскоре симптомы отступили. Я даже смогла глубоко вздохнуть. Пошевелила руками, ногами, убедившись, что конечности меня слушались.

С досадой посмотрела на пышную юбку. Выпрыгивать из кареты на ходу сподручнее было бы в штанах или хотя бы в платье, которое можно подвязать. Но кто же знал, что меня похитит кузен короля. В следующий раз буду выбирать наряд с этим прицелом. Если вообще останусь жива.

У меня была всего одна попытка. Я подвинулась к двери и нерешительно взялась за ручку. А если я переломаю кости? Разобьюсь? На всякий случай нужно было попрощаться с жизнью.

— Что ты собираешься делать? — поинтересовался Закари.

— А что? Не видно? Выпрыгивать из кареты.

— Стой! У тебя еще нет детей, и